2 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Театр а люди актеры. История одной метафоры

Жизнь театр а люди в нем актеры кто сказал. История одной метафоры

Весь мир — театр.
В нем женщины, мужчины — все актеры.
У них свои есть выходы, уходы,
И каждый не одну играет роль.
Семь действий в пьесе той. Сперва младенец,
Ревущий громко на руках у мамки.
Потом плаксивый школьник с книжкой сумкой,
С лицом румяным, нехотя, улиткой
Ползущий в школу. А затем любовник,
Вздыхающий, как печь, с балладой грустной
В честь брови милой. А затем солдат,
Чья речь всегда проклятьями полна,
Обросший бородой, как леопард,
Ревнивый к чести, забияка в ссоре,
Готовый славу бренную искать
Хоть в пушечном жерле. Затем судья
С брюшком округлым, где каплун запрятан,
Со строгим взором, стриженой бородкой,
Шаблонных правил и сентенций кладезь,—
Так он играет роль. Шестой же возраст —
Уж это будет тощий Панталоне,
В очках, в туфлях, у пояса — кошель,
В штанах, что с юности берег, широких
Для ног иссохших; мужественный голос
Сменяется опять дискантом детским:
Пищит, как флейта. А последний акт,
Конец всей этой странной, сложной пьесы —
Второе детство, полузабытье:
Без глаз, без чувств, без вкуса, без всего.

В.Шекспир
Монолог Жака из комедии «Как вам это понравится»

Театр

Сказал Шекспир: «Весь мир — театр, а люди в нем — актеры!
Кто плут, кто — шут, а кто простак, мудрец или герой».
А потому, а потому оставьте ваши споры –
Ищите в жизни свою роль, лепите образ свой.

Наш мир — это зал! Наша жизнь — это сцена,
Где смешались смех и слезы, горе и любовь
Но, хоть сотню жизней проживи одновременно,
Будь и оставайся ты всегда самим собой.

Кто славен, кто бесславен — мы не ведаем порою,
Почет и деньги раздаем все чаще наугад.
Смущает лицемерный бес нас дьявольской игрою,
Сменить картину не спешит и объявить антракт.

Но иногда, да, иногда — ведь в жизни все бывает! –
Присвоит кто-нибудь себе украденную роль.
Господь таких, найдя, клеймит. Судьба их раздевает,
И убеждается народ, что голым был король.

И каждый день, и каждый день мы надеваем маски,
И, глядя в зеркало, порой себя не узнаем.
Лишь у себя, наедине, мы можем без опаски
Спросить:» Что в этой жизни мы — играем иль живем?»

Весь мир театр, а люди в нем актеры:
— Так говорил Вильям Шекспир,
Бывают честные, однако, есть и воры,
У каждого, есть свой кумир.
Много ролей, частей, антрактов,
Много разнообразных сцен,
Много открытий, много фактов,
Много любви, убийств, измен.
Все это есть как в театре, так и в жизни,
Одна душа другой капризней,
Но все они играют и живут,
Из одной чаши воду пьют.
Лишь только мысль одна тревожит,
Никто не пишет нам сценарий,
Быть может это нам поможет
И мы напишем его сами.
Напишем так, как захотим,
Как только сердце нам прикажет,
И мы конечно победим,
Нам сердце верный путь укажет.
Мы все, когда нибудь, умрем
Всему всегда конец приходит,
Ну а пока еще живем,
Пока по чуду свету бродим.
Будем любить, творить, играть.
Мы память о себе оставим,
Нас будут люди вспоминать,
Будут писать о нас стихами!

«Весь мир – театр, а люди в нем – актеры»

Человек многолик. Мы являемся чьим-то ребенком и одновременно родителем, мужем (женой), другом, соседом, коллегой по работе, клиентом, пациентом и так до бесконечности. И в каждой ситуации ведем себя по-разному, играем определенную роль.

Многие об этом даже не задумываются, исполняя, хорошо, плохо ли, разные роли в спектакле под названием «Жизнь». Кто-то играет главные роли, кто-то – в массовке.

Играют все вокруг. Некоторые персонажи нам нравятся, и мы вживаемся в них с радостью, даже упоением (друг, любимый, возможно, начальник). Другие роли нас не привлекают, некоторые даже отвратительны.

В наше время мы встречаем «нищих», которые талантливо исполняют свою роль. Можно поучаствовать в предложенном спектакле, сыграть роль сердобольного, великодушного человека. А можно просто побыть зрителем. И напомнить себе: надо ценить то, что есть.

Можно поиграть в политику, поучаствовать в митинге, демонстрации. Или посидеть возле телевизора, порассуждать об идеях, ценностях, поступках других людей.

Играть или не играть? Вот в чем вопрос.
Играть приходится, нравится нам это или нет. Чаще всего мы участвуем в жизненном спектакле неосознанно, не отдавая себе в этом отчета, слепо подчиняемся режиссеру. А если принять эту жизненную позицию сознательно?

Посмотрите на детей, играющих легко, с интересом, удовольствием, радостью.
Есть и трудности, которые нужно преодолевать, но справляясь с ними, дети становятся взрослее, сильнее, умнее.

Большинство из нас любят если не театр, то кино. Почему бы нам не воспринять нашу жизнь как искусство, искусство жить? И получать удовольствие от творчества.

Каким образом? Стать сценаристом своей жизни. Не хотите? А зря
Преимущества такого отношения к жизни могут быть весьма существенны.

Что оно нам дает?

  • Свободу, возможность выбора. Что хотим, то и выбираем. Как думаем, так и живем. Получаем то, во что верим.
  • Азарт, энергию, желание действовать. Увлеченный человек живет с радостью и не чувствует усталости.
  • Уверенность в себе. Оптимизм, надежду, что добьемся желаемого.
  • Эмоциональную стабильность, отсутствие стрессов, депрессий.
  • Освобождение от страха перед неудачами, поражениями.

В любой игре есть победа или поражение (проигрыш). И это поражение – не вселенская катастрофа, а всего лишь временная неудача. Понравившаяся девушка полюбила другого, значит, вы проиграли. Но во втором акте спектакля под названием «Любовь» вы можете оказаться главным героем. Есть и другой вариант – играть в несчастную любовь. Выбирайте.

На работе вы не получили должность, о которой мечтали. Но ведь до пенсии далеко, и у вас еще будет возможность добиться желаемого. А может случиться так, что вам предложат роль в другом спектакле, которая вам понравится значительно больше.

Вас постоянно преследуют неудачи, провалы? Значит, вы играете не в свою игру.
Откажитесь от нее и попытайтесь поучаствовать в другой.

Правила игры
Наличие цели.
Например, цель – деньги. Тогда вам надо выбирать высокооплачиваемую работу или заниматься бизнесом.
А если вы считаете, что главное – быть нужным, приносить пользу людям, то можно стать волонтером, социальным работником, врачом, учителем. В этих сферах не получишь высоких доходов, но ведь вы и не ставили перед собой этой цели.

Общепринятые правила. Например, ограничения, накладываемые Уголовным кодексом. Конечно, если вы не хотите обманывать государство и бегать от правосудия. Но это уже ваш выбор, другая игра.

Локальные правила. Скажем, во многих фирмах есть своя корпоративная культура, которую вы должны принимать.

Личные ценностные ориентации, убеждения. Человек может быть кристально честным или болезненно ревнивым. Может выбирать позицию «Никакая цель не может оправдать безнравственных средств» или «Кто сильнее, тот и прав». Естественно, что эти качества или убеждения будут влиять на ваше отношение к событиям жизни, на ваши поступки.

Эмоциональная сдержанность. Выбирая такую жизненную позицию, вы внутренне готовы к проигрышу, поэтому никаких трагедий, обид, злости. Бизнесмены знают, что если сорвалась сделка, надо не горевать, а думать про следующую. Иначе тупик.

Посмотрите на политиков, чиновников. Они меняют партии, должности, покровителей, заранее зная, что это не навсегда. И в любой ситуации они не похожи на несчастных, обиженных судьбой. Ибо хорошо знают: это ситуативно, временно.

Жизнь – это не наука, а искусство, творчество. Возможно, осознание этой истины поможет вам идти по жизни с большей легкостью, стать успешным и счастливым.

Весь мир — театр.
В нем женщины, мужчины — все актеры.
У них свои есть выходы, уходы,
И каждый не одну играет роль.
Семь действий в пьесе той. Сперва младенец,
Ревущий громко на руках у мамки.
Потом плаксивый школьник с книжкой сумкой,
С лицом румяным, нехотя, улиткой
Ползущий в школу. А затем любовник,
Вздыхающий, как печь, с балладой грустной
В честь брови милой. А затем солдат,
Чья речь всегда проклятьями полна,
Обросший бородой, как леопард,
Ревнивый к чести, забияка в ссоре,
Готовый славу бренную искать
Хоть в пушечном жерле. Затем судья
С брюшком округлым, где каплун запрятан,
Со строгим взором, стриженой бородкой,
Шаблонных правил и сентенций кладезь,—
Так он играет роль. Шестой же возраст —
Уж это будет тощий Панталоне,
В очках, в туфлях, у пояса — кошель,
В штанах, что с юности берег, широких
Для ног иссохших; мужественный голос
Сменяется опять дискантом детским:
Пищит, как флейта. А последний акт,
Конец всей этой странной, сложной пьесы —
Второе детство, полузабытье:
Без глаз, без чувств, без вкуса, без всего.

В.Шекспир
Монолог Жака из комедии «Как вам это понравится»

Театр

Сказал Шекспир: «Весь мир — театр, а люди в нем — актеры!
Кто плут, кто — шут, а кто простак, мудрец или герой».
А потому, а потому оставьте ваши споры –
Ищите в жизни свою роль, лепите образ свой.

Наш мир — это зал! Наша жизнь — это сцена,
Где смешались смех и слезы, горе и любовь
Но, хоть сотню жизней проживи одновременно,
Будь и оставайся ты всегда самим собой.

Кто славен, кто бесславен — мы не ведаем порою,
Почет и деньги раздаем все чаще наугад.
Смущает лицемерный бес нас дьявольской игрою,
Сменить картину не спешит и объявить антракт.

Читать еще:  Предание: определение, понятие, значение.

Но иногда, да, иногда — ведь в жизни все бывает! –
Присвоит кто-нибудь себе украденную роль.
Господь таких, найдя, клеймит. Судьба их раздевает,
И убеждается народ, что голым был король.

И каждый день, и каждый день мы надеваем маски,
И, глядя в зеркало, порой себя не узнаем.
Лишь у себя, наедине, мы можем без опаски
Спросить:» Что в этой жизни мы — играем иль живем?»

Весь мир театр, а люди в нем актеры:
— Так говорил Вильям Шекспир,
Бывают честные, однако, есть и воры,
У каждого, есть свой кумир.
Много ролей, частей, антрактов,
Много разнообразных сцен,
Много открытий, много фактов,
Много любви, убийств, измен.
Все это есть как в театре, так и в жизни,
Одна душа другой капризней,
Но все они играют и живут,
Из одной чаши воду пьют.
Лишь только мысль одна тревожит,
Никто не пишет нам сценарий,
Быть может это нам поможет
И мы напишем его сами.
Напишем так, как захотим,
Как только сердце нам прикажет,
И мы конечно победим,
Нам сердце верный путь укажет.
Мы все, когда нибудь, умрем
Всему всегда конец приходит,
Ну а пока еще живем,
Пока по чуду свету бродим.
Будем любить, творить, играть.
Мы память о себе оставим,
Нас будут люди вспоминать,
Будут писать о нас стихами!

Уильям Шекспир
Монолог Жака из комедии
«Как вам это понравится» (акт II, действие VII)
Весь мир — театр

Весь мир — как театральные подмостки,
Все люди на которых – лишь актеры.
Семь актов в пьесе, каждый в ней играет,
У каждого свой выход и уход,
И семь ролей. Вот, в первой он – младенец:
Лепечет, плачет, пузыри пускает.
Затем – плаксивый школьник: неохотно
Спросонья, как улитка, сумку тащит.
Потом – влюбленный: жаром страсти пышет,
Всю ночь стихи бровям и лбу кропая.
Затем – вояка с бородой торчащей:
Всегда клянется, горячится в споре,
Завидует известности других,
И ради слухов о своей отваге
Рискует жизнью. Дальше он — судья:
Степенный, как откормленный каплун,*
И взгляд суров, и борода опрятна;
Примерами из жизни щедро сыплет
И часто поговорки в ход пускает.
А в акте номер шесть он переходит
В роль дряблого худого старикашки:
На поясе ключи и кошелек,
Чулки все те же – ноги отказали,
Красивым был когда-то, сочным, голос —
Как в детстве тонким стал, куда там, — лепет
Со свистом сиплым. А уход с подмостков —
В последней сцене этой странной драмы:
Впадает в детство, тащится в забвенье,
Теряя слух и зренье – все на свете.

*Возможный вариант: По горло сытый жирным каплуном. Однако, смущает in в начале строки, и наводит на мысль: из-за своего достаточно объемного живота своим видом напоминает каплуна (встает в (один) ряд), тогда in — как, например, в in this tool he has a good help. Возможно, это рассуждение «хромает», но, в любом случае, первый вариант пока мне представляется более выразительным, а некоторая вольность — допустимой.

All the world»s a stage,
And all the men and women merely players;
They have their exits and their entrances,
And one man in his time plays many parts,
His acts being seven ages. At first, the infant,
Mewling and puking in the nurse»s arms.
Then the whining schoolboy, with his satchel
And shining morning face, creeping like snail
Unwillingly to school. And then the lover,
Sighing like furnace, with a woeful ballad
Made to his mistress» eyebrow. Then a soldier,
Full of strange oaths and bearded like the pard,
Jealous in honor, sudden and quick in quarrel,
Seeking the bubble reputation
Even in the cannon»s mouth. And then the justice,
In fair round belly with good capon lined,
With eyes severe and beard of formal cut,
Full of wise saws and modern instances;
And so he plays his part. The sixth age shifts
Into the lean and slippered pantaloon,
With spectacles on nose and pouch on side;
His youthful hose, well saved, a world too wide
For his shrunk shank, and his big manly voice,
Turning again toward childish treble, pipes
And whistles in his sound. Last scene of all,
That ends this strange eventful history,
Is second childishness and mere oblivion,
Sans teeth, sans eyes, sans taste, sans everything.

Жизнь театр а люди в нем актеры кто сказал. История одной метафоры

Весь мир — театр.
В нем женщины, мужчины — все актеры.
У них свои есть выходы, уходы,
И каждый не одну играет роль.
Семь действий в пьесе той. Сперва младенец,
Ревущий громко на руках у мамки.
Потом плаксивый школьник с книжкой сумкой,
С лицом румяным, нехотя, улиткой
Ползущий в школу. А затем любовник,
Вздыхающий, как печь, с балладой грустной
В честь брови милой. А затем солдат,
Чья речь всегда проклятьями полна,
Обросший бородой, как леопард,
Ревнивый к чести, забияка в ссоре,
Готовый славу бренную искать
Хоть в пушечном жерле. Затем судья
С брюшком округлым, где каплун запрятан,
Со строгим взором, стриженой бородкой,
Шаблонных правил и сентенций кладезь,—
Так он играет роль. Шестой же возраст —
Уж это будет тощий Панталоне,
В очках, в туфлях, у пояса — кошель,
В штанах, что с юности берег, широких
Для ног иссохших; мужественный голос
Сменяется опять дискантом детским:
Пищит, как флейта. А последний акт,
Конец всей этой странной, сложной пьесы —
Второе детство, полузабытье:
Без глаз, без чувств, без вкуса, без всего.

В.Шекспир
Монолог Жака из комедии «Как вам это понравится»

Театр

Сказал Шекспир: «Весь мир — театр, а люди в нем — актеры!
Кто плут, кто — шут, а кто простак, мудрец или герой».
А потому, а потому оставьте ваши споры –
Ищите в жизни свою роль, лепите образ свой.

Наш мир — это зал! Наша жизнь — это сцена,
Где смешались смех и слезы, горе и любовь
Но, хоть сотню жизней проживи одновременно,
Будь и оставайся ты всегда самим собой.

Кто славен, кто бесславен — мы не ведаем порою,
Почет и деньги раздаем все чаще наугад.
Смущает лицемерный бес нас дьявольской игрою,
Сменить картину не спешит и объявить антракт.

Но иногда, да, иногда — ведь в жизни все бывает! –
Присвоит кто-нибудь себе украденную роль.
Господь таких, найдя, клеймит. Судьба их раздевает,
И убеждается народ, что голым был король.

И каждый день, и каждый день мы надеваем маски,
И, глядя в зеркало, порой себя не узнаем.
Лишь у себя, наедине, мы можем без опаски
Спросить:» Что в этой жизни мы — играем иль живем?»

Весь мир театр, а люди в нем актеры:
— Так говорил Вильям Шекспир,
Бывают честные, однако, есть и воры,
У каждого, есть свой кумир.
Много ролей, частей, антрактов,
Много разнообразных сцен,
Много открытий, много фактов,
Много любви, убийств, измен.
Все это есть как в театре, так и в жизни,
Одна душа другой капризней,
Но все они играют и живут,
Из одной чаши воду пьют.
Лишь только мысль одна тревожит,
Никто не пишет нам сценарий,
Быть может это нам поможет
И мы напишем его сами.
Напишем так, как захотим,
Как только сердце нам прикажет,
И мы конечно победим,
Нам сердце верный путь укажет.
Мы все, когда нибудь, умрем
Всему всегда конец приходит,
Ну а пока еще живем,
Пока по чуду свету бродим.
Будем любить, творить, играть.
Мы память о себе оставим,
Нас будут люди вспоминать,
Будут писать о нас стихами!

«Весь мир – театр, а люди в нем – актеры»

Человек многолик. Мы являемся чьим-то ребенком и одновременно родителем, мужем (женой), другом, соседом, коллегой по работе, клиентом, пациентом и так до бесконечности. И в каждой ситуации ведем себя по-разному, играем определенную роль.

Многие об этом даже не задумываются, исполняя, хорошо, плохо ли, разные роли в спектакле под названием «Жизнь». Кто-то играет главные роли, кто-то – в массовке.

Играют все вокруг. Некоторые персонажи нам нравятся, и мы вживаемся в них с радостью, даже упоением (друг, любимый, возможно, начальник). Другие роли нас не привлекают, некоторые даже отвратительны.

В наше время мы встречаем «нищих», которые талантливо исполняют свою роль. Можно поучаствовать в предложенном спектакле, сыграть роль сердобольного, великодушного человека. А можно просто побыть зрителем. И напомнить себе: надо ценить то, что есть.

Можно поиграть в политику, поучаствовать в митинге, демонстрации. Или посидеть возле телевизора, порассуждать об идеях, ценностях, поступках других людей.

Играть или не играть? Вот в чем вопрос.
Играть приходится, нравится нам это или нет. Чаще всего мы участвуем в жизненном спектакле неосознанно, не отдавая себе в этом отчета, слепо подчиняемся режиссеру. А если принять эту жизненную позицию сознательно?

Посмотрите на детей, играющих легко, с интересом, удовольствием, радостью.
Есть и трудности, которые нужно преодолевать, но справляясь с ними, дети становятся взрослее, сильнее, умнее.

Большинство из нас любят если не театр, то кино. Почему бы нам не воспринять нашу жизнь как искусство, искусство жить? И получать удовольствие от творчества.

Каким образом? Стать сценаристом своей жизни. Не хотите? А зря
Преимущества такого отношения к жизни могут быть весьма существенны.

Что оно нам дает?

  • Свободу, возможность выбора. Что хотим, то и выбираем. Как думаем, так и живем. Получаем то, во что верим.
  • Азарт, энергию, желание действовать. Увлеченный человек живет с радостью и не чувствует усталости.
  • Уверенность в себе. Оптимизм, надежду, что добьемся желаемого.
  • Эмоциональную стабильность, отсутствие стрессов, депрессий.
  • Освобождение от страха перед неудачами, поражениями.

В любой игре есть победа или поражение (проигрыш). И это поражение – не вселенская катастрофа, а всего лишь временная неудача. Понравившаяся девушка полюбила другого, значит, вы проиграли. Но во втором акте спектакля под названием «Любовь» вы можете оказаться главным героем. Есть и другой вариант – играть в несчастную любовь. Выбирайте.

Читать еще:  Месть, честь и дуэль. Отношение к любви

На работе вы не получили должность, о которой мечтали. Но ведь до пенсии далеко, и у вас еще будет возможность добиться желаемого. А может случиться так, что вам предложат роль в другом спектакле, которая вам понравится значительно больше.

Вас постоянно преследуют неудачи, провалы? Значит, вы играете не в свою игру.
Откажитесь от нее и попытайтесь поучаствовать в другой.

Правила игры
Наличие цели.
Например, цель – деньги. Тогда вам надо выбирать высокооплачиваемую работу или заниматься бизнесом.
А если вы считаете, что главное – быть нужным, приносить пользу людям, то можно стать волонтером, социальным работником, врачом, учителем. В этих сферах не получишь высоких доходов, но ведь вы и не ставили перед собой этой цели.

Общепринятые правила. Например, ограничения, накладываемые Уголовным кодексом. Конечно, если вы не хотите обманывать государство и бегать от правосудия. Но это уже ваш выбор, другая игра.

Локальные правила. Скажем, во многих фирмах есть своя корпоративная культура, которую вы должны принимать.

Личные ценностные ориентации, убеждения. Человек может быть кристально честным или болезненно ревнивым. Может выбирать позицию «Никакая цель не может оправдать безнравственных средств» или «Кто сильнее, тот и прав». Естественно, что эти качества или убеждения будут влиять на ваше отношение к событиям жизни, на ваши поступки.

Эмоциональная сдержанность. Выбирая такую жизненную позицию, вы внутренне готовы к проигрышу, поэтому никаких трагедий, обид, злости. Бизнесмены знают, что если сорвалась сделка, надо не горевать, а думать про следующую. Иначе тупик.

Посмотрите на политиков, чиновников. Они меняют партии, должности, покровителей, заранее зная, что это не навсегда. И в любой ситуации они не похожи на несчастных, обиженных судьбой. Ибо хорошо знают: это ситуативно, временно.

Жизнь – это не наука, а искусство, творчество. Возможно, осознание этой истины поможет вам идти по жизни с большей легкостью, стать успешным и счастливым.

Весь мир — театр.
В нем женщины, мужчины — все актеры.
У них свои есть выходы, уходы,
И каждый не одну играет роль.
Семь действий в пьесе той. Сперва младенец,
Ревущий громко на руках у мамки.
Потом плаксивый школьник с книжкой сумкой,
С лицом румяным, нехотя, улиткой
Ползущий в школу. А затем любовник,
Вздыхающий, как печь, с балладой грустной
В честь брови милой. А затем солдат,
Чья речь всегда проклятьями полна,
Обросший бородой, как леопард,
Ревнивый к чести, забияка в ссоре,
Готовый славу бренную искать
Хоть в пушечном жерле. Затем судья
С брюшком округлым, где каплун запрятан,
Со строгим взором, стриженой бородкой,
Шаблонных правил и сентенций кладезь,—
Так он играет роль. Шестой же возраст —
Уж это будет тощий Панталоне,
В очках, в туфлях, у пояса — кошель,
В штанах, что с юности берег, широких
Для ног иссохших; мужественный голос
Сменяется опять дискантом детским:
Пищит, как флейта. А последний акт,
Конец всей этой странной, сложной пьесы —
Второе детство, полузабытье:
Без глаз, без чувств, без вкуса, без всего.

В.Шекспир
Монолог Жака из комедии «Как вам это понравится»

Театр

Сказал Шекспир: «Весь мир — театр, а люди в нем — актеры!
Кто плут, кто — шут, а кто простак, мудрец или герой».
А потому, а потому оставьте ваши споры –
Ищите в жизни свою роль, лепите образ свой.

Наш мир — это зал! Наша жизнь — это сцена,
Где смешались смех и слезы, горе и любовь
Но, хоть сотню жизней проживи одновременно,
Будь и оставайся ты всегда самим собой.

Кто славен, кто бесславен — мы не ведаем порою,
Почет и деньги раздаем все чаще наугад.
Смущает лицемерный бес нас дьявольской игрою,
Сменить картину не спешит и объявить антракт.

Но иногда, да, иногда — ведь в жизни все бывает! –
Присвоит кто-нибудь себе украденную роль.
Господь таких, найдя, клеймит. Судьба их раздевает,
И убеждается народ, что голым был король.

И каждый день, и каждый день мы надеваем маски,
И, глядя в зеркало, порой себя не узнаем.
Лишь у себя, наедине, мы можем без опаски
Спросить:» Что в этой жизни мы — играем иль живем?»

Весь мир театр, а люди в нем актеры:
— Так говорил Вильям Шекспир,
Бывают честные, однако, есть и воры,
У каждого, есть свой кумир.
Много ролей, частей, антрактов,
Много разнообразных сцен,
Много открытий, много фактов,
Много любви, убийств, измен.
Все это есть как в театре, так и в жизни,
Одна душа другой капризней,
Но все они играют и живут,
Из одной чаши воду пьют.
Лишь только мысль одна тревожит,
Никто не пишет нам сценарий,
Быть может это нам поможет
И мы напишем его сами.
Напишем так, как захотим,
Как только сердце нам прикажет,
И мы конечно победим,
Нам сердце верный путь укажет.
Мы все, когда нибудь, умрем
Всему всегда конец приходит,
Ну а пока еще живем,
Пока по чуду свету бродим.
Будем любить, творить, играть.
Мы память о себе оставим,
Нас будут люди вспоминать,
Будут писать о нас стихами!

Уильям Шекспир
Монолог Жака из комедии
«Как вам это понравится» (акт II, действие VII)
Весь мир — театр

Весь мир — как театральные подмостки,
Все люди на которых – лишь актеры.
Семь актов в пьесе, каждый в ней играет,
У каждого свой выход и уход,
И семь ролей. Вот, в первой он – младенец:
Лепечет, плачет, пузыри пускает.
Затем – плаксивый школьник: неохотно
Спросонья, как улитка, сумку тащит.
Потом – влюбленный: жаром страсти пышет,
Всю ночь стихи бровям и лбу кропая.
Затем – вояка с бородой торчащей:
Всегда клянется, горячится в споре,
Завидует известности других,
И ради слухов о своей отваге
Рискует жизнью. Дальше он — судья:
Степенный, как откормленный каплун,*
И взгляд суров, и борода опрятна;
Примерами из жизни щедро сыплет
И часто поговорки в ход пускает.
А в акте номер шесть он переходит
В роль дряблого худого старикашки:
На поясе ключи и кошелек,
Чулки все те же – ноги отказали,
Красивым был когда-то, сочным, голос —
Как в детстве тонким стал, куда там, — лепет
Со свистом сиплым. А уход с подмостков —
В последней сцене этой странной драмы:
Впадает в детство, тащится в забвенье,
Теряя слух и зренье – все на свете.

*Возможный вариант: По горло сытый жирным каплуном. Однако, смущает in в начале строки, и наводит на мысль: из-за своего достаточно объемного живота своим видом напоминает каплуна (встает в (один) ряд), тогда in — как, например, в in this tool he has a good help. Возможно, это рассуждение «хромает», но, в любом случае, первый вариант пока мне представляется более выразительным, а некоторая вольность — допустимой.

All the world»s a stage,
And all the men and women merely players;
They have their exits and their entrances,
And one man in his time plays many parts,
His acts being seven ages. At first, the infant,
Mewling and puking in the nurse»s arms.
Then the whining schoolboy, with his satchel
And shining morning face, creeping like snail
Unwillingly to school. And then the lover,
Sighing like furnace, with a woeful ballad
Made to his mistress» eyebrow. Then a soldier,
Full of strange oaths and bearded like the pard,
Jealous in honor, sudden and quick in quarrel,
Seeking the bubble reputation
Even in the cannon»s mouth. And then the justice,
In fair round belly with good capon lined,
With eyes severe and beard of formal cut,
Full of wise saws and modern instances;
And so he plays his part. The sixth age shifts
Into the lean and slippered pantaloon,
With spectacles on nose and pouch on side;
His youthful hose, well saved, a world too wide
For his shrunk shank, and his big manly voice,
Turning again toward childish treble, pipes
And whistles in his sound. Last scene of all,
That ends this strange eventful history,
Is second childishness and mere oblivion,
Sans teeth, sans eyes, sans taste, sans everything.

«Весь мир – театр а люди в нем актеры. История одной метафоры

Мир – театр. А кто в нем кто? – вот в чем вопрос. Еще во времена Всемирного потопа Ной в свой ковчег собрал каждой твари по паре. Зачем? Ведь недаром же. Значит, каждому существу, в том числе и человеку, уготовано свое место в этом жестоком мире, до которого он либо дойдет, твердо шагая, сам, либо выплывет к нему на суденышке судьбы. В вопросе о театре нельзя не отметить, что театр без зрителей не театр, а без актеров – и подавно. Каждому человеку свойственно сделать свой выбор: либо место на галерке, либо на сцене.

Однако нельзя не учитывать роль судьбы в этом выборе. Определенный склад обстоятельств тем или иным образом влияет на события в жизни человека, которые, в свою очередь, влияют на место данного человека в жизни-театре. Если человек попал на сцену, это еще не значит, что он актер. Он может быть суфлером, установщиком декораций, монтером-осветителем каким-нибудь в крайнем случае. Выходит, что присутствие человека на сцене еще не означает его возвышения до ранга актера. Зритель. Он не принимает участия в действиях на сцене. Он лишь лицезреет происходящее, переживая или сопереживая. Но зритель остается самим собой, ему не надо надевать маску того или иного героя. Редко можно увидеть натянутую улыбку или выдавленную слезу. Всем известно, что театр начинается с вешалки. Гардеробщики – вот еще одна категория людей в театре. Он ходит гордой походкой, таскает тяжелые шубы зрителей зимой, а летом скучает. Такая его работа.

Таких в театре много: уборщик, контролер билетов, продавец в кафе – это второстепенные лица. Чтобы поставить спектакль, надо иметь сценарий. Писатель. Без него не обойтись. Его труд играет основную роль в театре. Благодаря ему актер имеет роль, гардеробщик – работу, зритель – повод сходить в театр. Но писателя мало кто видит, на улицу он ходит редко, популярностью не пользуется, “звездной болезнью”, как актер, не болеет. Если рассматривать мир, как театр и себя в этом мире, то я не хотела бы быть ни писателем, потому что писать сценарий чьей-то жизни может лишь Бог; ни автором, потому что лицемерие в любых его проявлениях служит тормозом в развитии себя как личности; ни зрителем, так как молча созерцать – не моя стихия; ни гардеробщиком, потому что гардеробщик всего лишь гардеробщик, ни больше ни меньше.

Читать еще:  Все по клеточкам. Рисование по клеточкам

Я хотела бы быть сценой, на которой разворачиваются события, занавесом, который символизирует начало или заключение действия, зрительным залом, в общем, чем-то неодухотворенным и вечным, поскольку только неодухотворенность может занять позицию без изъянов, то есть идеальную позицию в театре-жизни; а вечность поможет правильно ориентироваться во времени и нравах, которые от него зависят. Пока я в театре лишь зритель, хоть и не равнодушный, однако, следуя утверждению: “Мир – театр, а люди в нем актеры”, я в маске какого-нибудь героя займу все же свое место на сцене жизни.

(Пока оценок нет)

Сочинения по темам:

  1. Театр – древнейший вид искусства. Мы узнали о начале его существования из книг, из исторических рукописей. Этот вид искусства зародился.
  2. Гул затих. Я вышел на подмостки. Прислонясь к дверному косяку, Я ловлю в далеком отголоске, Что случится на моем веку.

Уильям Шекспир
Монолог Жака из комедии
«Как вам это понравится» (акт II, действие VII)
Весь мир — театр

Весь мир — как театральные подмостки,
Все люди на которых – лишь актеры.
Семь актов в пьесе, каждый в ней играет,
У каждого свой выход и уход,
И семь ролей. Вот, в первой он – младенец:
Лепечет, плачет, пузыри пускает.
Затем – плаксивый школьник: неохотно
Спросонья, как улитка, сумку тащит.
Потом – влюбленный: жаром страсти пышет,
Всю ночь стихи бровям и лбу кропая.
Затем – вояка с бородой торчащей:
Всегда клянется, горячится в споре,
Завидует известности других,
И ради слухов о своей отваге
Рискует жизнью. Дальше он — судья:
Степенный, как откормленный каплун,*
И взгляд суров, и борода опрятна;
Примерами из жизни щедро сыплет
И часто поговорки в ход пускает.
А в акте номер шесть он переходит
В роль дряблого худого старикашки:
На поясе ключи и кошелек,
Чулки все те же – ноги отказали,
Красивым был когда-то, сочным, голос —
Как в детстве тонким стал, куда там, — лепет
Со свистом сиплым. А уход с подмостков —
В последней сцене этой странной драмы:
Впадает в детство, тащится в забвенье,
Теряя слух и зренье – все на свете.

*Возможный вариант: По горло сытый жирным каплуном. Однако, смущает in в начале строки, и наводит на мысль: из-за своего достаточно объемного живота своим видом напоминает каплуна (встает в (один) ряд), тогда in — как, например, в in this tool he has a good help. Возможно, это рассуждение «хромает», но, в любом случае, первый вариант пока мне представляется более выразительным, а некоторая вольность — допустимой.

All the world»s a stage,
And all the men and women merely players;
They have their exits and their entrances,
And one man in his time plays many parts,
His acts being seven ages. At first, the infant,
Mewling and puking in the nurse»s arms.
Then the whining schoolboy, with his satchel
And shining morning face, creeping like snail
Unwillingly to school. And then the lover,
Sighing like furnace, with a woeful ballad
Made to his mistress» eyebrow. Then a soldier,
Full of strange oaths and bearded like the pard,
Jealous in honor, sudden and quick in quarrel,
Seeking the bubble reputation
Even in the cannon»s mouth. And then the justice,
In fair round belly with good capon lined,
With eyes severe and beard of formal cut,
Full of wise saws and modern instances;
And so he plays his part. The sixth age shifts
Into the lean and slippered pantaloon,
With spectacles on nose and pouch on side;
His youthful hose, well saved, a world too wide
For his shrunk shank, and his big manly voice,
Turning again toward childish treble, pipes
And whistles in his sound. Last scene of all,
That ends this strange eventful history,
Is second childishness and mere oblivion,
Sans teeth, sans eyes, sans taste, sans everything.

«Весь мир – театр, в нем женщины, мужчины, все – актеры».
(У. Шекспир).

Весь мир — театр.
В нем женщины, мужчины — все актеры.
У них свои есть выходы, уходы,
И каждый не одну играет роль.
Семь действий в пьесе той. Сперва младенец,
Ревущий громко на руках у мамки.
Потом плаксивый школьник с книжкой сумкой,
С лицом румяным, нехотя, улиткой
Ползущий в школу. А затем любовник,
Вздыхающий, как печь, с балладой грустной
В честь брови милой. А затем солдат,
Чья речь всегда проклятьями полна,
Обросший бородой, как леопард,
Ревнивый к чести, забияка в ссоре,
Готовый славу бренную искать
Хоть в пушечном жерле. Затем судья
С брюшком округлым, где каплун запрятан,
Со строгим взором, стриженой бородкой,
Шаблонных правил и сентенций кладезь,—
Так он играет роль. Шестой же возраст —
Уж это будет тощий Панталоне,
В очках, в туфлях, у пояса — кошель,
В штанах, что с юности берег, широких
Для ног иссохших; мужественный голос
Сменяется опять дискантом детским:
Пищит, как флейта. А последний акт,
Конец всей этой странной, сложной пьесы —
Второе детство, полузабытье:
Без глаз, без чувств, без вкуса, без всего.

Так полностью звучит высказывание Уильяма Шекспира.

Не возможно не согласиться с высказыванием великого поэта и драматурга.
Каждый человек в обществе имеет свою социальную роль. Но и эту роль можно сыграть по-разному, возможно он хороший специалист, но как отец и семьянин никакой. Кто-то может жить «не своей жизнью», а напоказ, будто играя роль и не показывать свою истинную сущность. Ведь, действительно, играть достойно свою роль не легко. Но такова роль человека в обществе, каким он себя покажет, такой статус и получит, такое отношение вызовет у окружающих.
Весь мир театр-это так.Это сцена.Большая,безграничная сцена.И каждый может выступить на ней по своему сценарию.Каждый может,но для этого надо стать режиссером.Таких людей много.Они диктуют нам как надо поступать какие слова говорить.Мы их слушаемся.А ведь как иначе?А еще есть продюсеры.Они то же влияют на нашу жизнь.Они беспрерывно следят за работой режиссера.Их работа пускай не всегда приятна,но особенно необходима.Если очень захотеть,можно стать одним из них,но надо помнить,что это большая ответственность.
В нем женщины,мужчину-все актеры.Все люди выступают по сценарию.Одним повезло-их роль на мировой сцене это президент,олигарх,король,королева,талантливый певец или художник,известный врач.Другим повезло меньше-они,так сказать,актеры второго плана-учителя,продавцы,секретари,повара.Но есть и хуже-актеры третьего сорта-уборщики,бомжи.Однако каждому актеру кроме рода деятельности достается характер,семья.Он может и король,но вредный,злой,его никто не любит и обходят стороной.А есть кухарка в вашем садике.Она добрая,ласковая,милая.У нее есть любимый муж и ребенок.Она счастлива,НО У КАЖДОГО АКТЕРА ЕСТЬ ВЫБОР!Он запросто может пойти к другому режиссеру.Изменит своего героя.Свою жизнь.Никто не говорит,что будет лучше,но режиссеров много и сценариев хватит на всех.

(Акт II, сцена VII)

Жак: У них свои есть выходы, уходы, И каждый не одну играет роль. Семь действий в пьесе той. Сперва младенец, Ревущий горько на руках у мамки. Потом плаксивый школьник с книжной сумкой, С лицом румяным, нехотя, улиткой Ползущий в школу. А затем любовник, Вздыхающий, как печь, с балладой грустной В честь брови милой. А затем солдат, Чья речь всегда проклятьями полна, Обросший бородой, как леопард, Ревнивый к чести, забияка в ссоре, Готовый славу бренную искать Хоть в пушечном жерле. Затем судья С брюшком округлым, где каплун запрятан, Со строгим взором, стриженой бородкой, Шаблонных правил и сентенций кладезь, — Так он играет роль. Шестой же возраст — Уж это будет тощий Панталоне, В очках, в туфлях, у пояса — кошель, В штанах, что с юности берег, широких Для ног иссохших; мужественный голос Сменяется опять дискантом детским: Пищит, как флейта. А последний акт, Конец всей этой странной, сложной пьесы — Второе детство, полузабытье: Без глаз, без чувств, без вкуса, без всего.

JAQUES All the world»s a stage, And all the men and women merely players; They have their exits and their entrances; And one man in his time plays many parts, His acts being seven ages. At first the infant, Mewling and puking in the nurse»s arms; And then the whining school-boy, with his satchel And shining morning face, creeping like snail Unwillingly to school. And then the lover, Sighing like furnace, with a woeful ballad Made to his mistress» eyebrow. Then a soldier, Full of strange oaths, and bearded like the pard, Jealous in honour, sudden and quick in quarrel, Seeking the bubble reputation Even in the cannon»s mouth. And then the justice, In fair round belly with good capon lin»d, With eyes severe and beard of formal cut, Full of wise saws and modern instances; And so he plays his part. The sixth age shifts Into the lean and slipper»d pantaloon, With spectacles on nose and pouch on side; His youthful hose, well sav»d, a world too wide For his shrunk shank; and his big manly voice, Turning again toward childish treble, pipes And whistles in his sound. Last scene of all, That ends this strange eventful history, Is second childishness and mere oblivion; Sans teeth, sans eyes, sans taste, sans everything.

Весь мир лицедействует

Авторство этой фразы традиционно приписывается Уильяму Шекспиру, но первоисточник шекспировских слов — сочинения римского писателя Гая Петрония. Его строка «Mundus universus exercet histrioniam» (мундус унивэрсус егзерсэт хистрионам) в буквальном переводе с латинского означает — «Весь мир занимается лицедейством».

Фраза «Totus mundus agit histrionem» (весь мир играет комедию) украшала здание театра «Глобус», для которого писал свои пьесы Шекспир.

Источники:

http://nevsauto.ru/zhizn-teatr-a-lyudi-v-nem-aktery-kto-skazal-istoriya-odnoi-metafory.html
http://nevsauto.ru/zhizn-teatr-a-lyudi-v-nem-aktery-kto-skazal-istoriya-odnoi-metafory.html
http://poezdonlin.ru/detskie-igry/ves-mir-teatr-a-lyudi-v-nem-aktery-istoriya-odnoi-metafory/

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector