1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Стефан цвейг рассказы. Стефан Цвейг и Россия

Стефан цвейг рассказы. Стефан Цвейг и Россия

Перевод Д. Горфинкеля.

Когда известный беллетрист Р. после трехдневной поездки для отдыха в горы возвратился ранним утром в Вену и, купив на вокзале газету, взглянул на число, он вдруг вспомнил, что сегодня день его рождения. Сорок первый, — быстро сообразил он, и этот факт не обрадовал и не огорчил его. Бегло перелистал он шелестящие страницы газеты, взял такси и поехал к себе на квартиру. Слуга доложил ему о приходивших в его отсутствие двух посетителях, о нескольких вызовах по телефону и принес на подносе накопившуюся почту. Писатель лениво просмотрел корреспонденцию, вскрыл несколько конвертов, заинтересовавшись фамилией отправителя; письмо, написанное незнакомым почерком и показавшееся ему слишком объемистым, он отложил в сторону. Слуга подал чай. Удобно усевшись в кресло, он еще раз пробежал газету, заглянул в присланные каталоги, потом закурил сигару и взялся за отложенное письмо.

В нем оказалось около тридцати страниц, и написано оно было незнакомым женским почерком, торопливым и неровным, — скорее рукопись, чем письмо. Р. невольно еще раз ощупал конверт, не осталось ли там сопроводительной записки. Но конверт был пуст, и на нем, так же как и на самом письме, не было ни имени, ни адреса отправителя. Странно, подумал он и снова взял в руки письмо. «Тебе, никогда не знавшему меня», — с удивлением прочел он не то обращение, не то заголовок… К кому это относилось? К нему или к вымышленному герою? Внезапно в нем проснулось любопытство. И он начал читать.

Мой ребенок вчера умер — три дня и три ночи боролась я со смертью за маленькую, хрупкую жизнь; сорок часов, пока его бедное горячее тельце металось в жару, я не отходила от его постели. Я клала лед на его пылающий лобик, днем и ночью держала в своих руках беспокойные маленькие ручки. На третий день к вечеру силы изменили мне. Глаза закрывались помимо моей воли. Три или четыре часа я проспала, сидя на жестком стуле, а за это время смерть унесла его. Теперь он лежит, милый, бедный мальчик, в своей узкой детской кроватке, такой же, каким я увидела его, когда проснулась; только глаза ему закрыли, его умные, темные глазки, сложили ручки на белой рубашке, и четыре свечи горят высоко по четырем углам кроватки. Я боюсь взглянуть туда, боюсь тронуться с места, потому что пламя свечей колеблется и тени пробегают по его личику, по сжатым губам, и тогда кажется, что его черты оживают, и я готова поверить, что он не умер, что он сейчас проснется и своим звонким голосом скажет мне что-нибудь детское, ласковое. Но я знаю, он умер, я не хочу смотреть на него, чтобы не испытать сладость надежды и горечь разочарования. Я знаю, знаю, мой ребенок вчера умер, — теперь у меня на свете только ты, беспечно играющий жизнью, не подозревающий о моем существовании. Только ты, никогда не знавший меня и которого я всегда любила.

Я зажгла пятую свечу и поставила ее на стол, за которым я тебе пишу. Я не могу остаться одна с моим умершим ребенком и не кричать о своем горе, а с кем же мне говорить в эту страшную минуту, если не с тобой, ведь ты и теперь, как всегда, для меня все! Я, может быть, не сумею ясно говорить с тобой, может быть, ты не поймешь меня — мысли у меня путаются, в висках стучит, и все тело ломит. Кажется, у меня жар; может быть, я тоже заболела гриппом, который теперь крадется от дома к дому, и это было бы хорошо, потому что тогда я пошла бы за своим ребенком и все сделалось бы само собой. Иногда у меня темнеет в глазах, я, может быть, не допишу даже до конца это письмо, но я соберу все свои силы, чтобы хоть раз, только этот единственный раз, поговорить с тобой, мой любимый, никогда не узнававший меня.

Читать еще:  Таблица тиражей 6 из 49. "Кому-то должно повезти"

С тобой одним хочу я говорить, впервые сказать тебе все; ты узнаешь всю мою жизнь, всегда принадлежавшую тебе, хотя ты никогда о ней не знал. Но ты узнаешь мою тайну, только если я умру, — чтобы тебе не пришлось отвечать мне, — только если лихорадка, которая сейчас бросает меня то в жар, то в холод, действительно начало конца. Если же мне суждено жить, я разорву это письмо и буду опять молчать, как всегда молчала. Но если ты держишь его в руках, то знай, что в нем умершая рассказывает тебе свою жизнь, свою жизнь, которая была твоей от ее первого до ее последнего сознательного часа. Не бойся моих слов, — мертвая не потребует ничего, ни любви, ни сострадания, ни утешения. Только одного хочу я от тебя, чтобы ты поверил всему, что скажет тебе моя рвущаяся к тебе боль. Поверь всему, только об этом одном прошу я тебя: никто не станет лгать в час смерти своего единственного ребенка.

Я поведаю тебе всю мою жизнь, которая поистине началась лишь в тот день, когда я тебя узнала. До того дня было что-то тусклое и смутное, куда моя память никогда уже не заглядывала, какой-то пропыленный, затянутый паутиной погреб, где жили люди, которых я давно выбросила из сердца. Когда ты появился, мне было тринадцать лет, и я жила в том же доме, где ты теперь живешь, в том самом доме, где ты держишь в руках это письмо — это последнее дыхание моей жизни; я жила на той же лестнице, как раз напротив дверей твоей квартиры. Ты, наверное, уже не помнишь нас, скромную вдову чиновника (она всегда ходила в трауре) и худенького подростка, — мы ведь всегда держались в тени, замкнувшись в своем скудном мещанском существовании. Ты, может быть, никогда и не слыхал нашего имени, потому что на нашей двери не было таблички и никто никогда не приходил к нам и не спрашивал нас. Да и так давно это было, пятнадцать, шестнадцать лет тому назад, нет, ты, конечно, не помнишь этого, любимый; но я — о, я жадно вспоминаю каждую мелочь, я помню, словно это было сегодня, тот день, тот час, когда я впервые услышала о тебе, в первый раз увидела тебя, и как мне не помнить, если тогда для меня открылся мир! Позволь, любимый, рассказать тебе все, с самого начала, подари мне четверть часа и выслушай терпеливо ту, что с таким долготерпением всю жизнь любила тебя.

Прежде чем ты переехал в наш дом, за твоей дверью жили отвратительные, злые, сварливые люди. Хотя они сами были бедны, они ненавидели бедность своих соседей, ненавидели нас, потому что мы не хотели иметь ничего общего с ними. Глава семьи был пьяница и колотил свою жену; мы часто просыпались среди ночи от грохота падающих стульев и разбитых тарелок; раз она выбежала, вся в крови, простоволосая, на лестницу; пьяный с криком преследовал ее, но из других квартир выскочили жильцы и пригрозили ему полицией. Мать с самого начала избегала всякого общения с этой четой и запретила мне разговаривать с их детьми, а они мстили мне за это при каждом удобном случае. На улице они кричали мне вслед всякие гадости, а однажды так закидали меня снежками, что у меня кровь потекла по лицу. Весь дом единодушно ненавидел этих людей, и, когда вдруг что-то случилось, — кажется, муж попал в тюрьму за кражу и они со своим скарбом должны были выехать, — мы все облегченно вздохнули. Два-три дня на воротах висело объявление о сдаче внаем, потом его сняли, и через домоуправителя быстро разнеслась весть, что квартиру снял какой-то писатель, одинокий, солидный господин. Тогда я в первый раз услыхала твое имя.

Читать еще:  Названия музеев мира. е место

Цвейг Стефан читать онлайн

Невозвратимое мгновение

Стефан ЦВЕЙГ (Из цикла » ЗВЕЗДНЫЕ ЧАСЫ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА») Перевод с немецкого П. Бернштейн ОГЛАВЛЕНИЕГруши Ночь в Кайу Утро в Ватерлоо Ошибка Груши Решающее мгновение в мировой истории После полудня Развязка Возврат

Корона и эшафот

Жанр: История

На обширном историческом фоне в книге рассказывается о причинах и обстоятельствах гибели королевы шотландской Марии Стюарт, английского короля Карла I, французских короля Людовика XVI и королевы Марии Антуанетты, импе

Двадцать четыре часа из жизни женщины (сборник)

Новеллы Стефана Цвейга Золотая классика европейского психологического реализма начала XX века. Их экранизировали гении европейского и американского кино времен его «золотого века»: Роберт Ланд и Макс Офюльс, Этьен Пер

Смятение чувств

Жанр: Проза

Унихбылисамыелучшиепобуждения умоихучеников и коллег пофакультету:вотонлежит,вроскошномпереплете,торжественномнепреподнесенный,первыйэкземплярюбилейногосборника,которыйфилологипосвятилимне в шестидесятуюг

Бальзак

Стефан Цвейг рассказывает о жизненном пути писателя Бальзака – трудном детстве, голодной юности, о молодых годах, прошедших в полной безвестности, и, наконец, о великой славе.

Письмо незнакомки

В новелле » Письмо незнакомки» Цвейг рассказывает о чистой и прекрасной женщине, всю жизнь преданно и самоотверженно любившей черствого себялюбца, который так и не понял, что он прошёл, как слепой, мимо великого чувства. S

Двадцать четыре часа из жизни женщины

За десять лет до войны я отдыхал на Ривьере, в маленьком пансионе, и вот однажды за столом вспыхнул жаркий спор, грозивший кончиться настоящей ссорой со злобными выпадами и даже оскорблениями Большинство людей не отли

Шахматная новелла

Самобытный, сильный и искренний талант австрийского писателя Стефана Цвейга (1881–1942) давно завоевал признание и любовь читательской аудитории Интерес к его лучшим произведениям с годами не ослабевает, а напротив, неуклонно растет, и это свидетельствует о том, что Цвейгу удалось внести свой, весьм

Мария Стюарт

Книга известного австрийского писателя Стефана Цвейга (18811942) « Мария Стюарт» принадлежит к числу так называемых «романтизированных биографий» — жанру, пользовавшемуся большим распространением в тридцатые годы, когда создавалось это жизнеописание шотландской королевы, и не утратившему популярност

Стефан Цвейг Амок В марте 1912 года, в Неаполе, при разгрузке в порту большого океанского парохода, произошел своеобразный несчастный случаи, по поводу которого в газетах появились подробные, но весьма фантастические со

Новеллы: Письмо незнакомки. Страх. Летняя новелла

Всемирно известный австрийский писатель Стефан Цвейг (1881–1942) является замечательным новеллистом В своих новеллах он улавливал и запечатлевал некоторые важные особенности современной ему жизни, и прежде всего разоб

Погребенный светильник

» Погребенный светильник» удивительная притча о путешествии меноры из Иерусалима в Рим, из Рима в Карфаген, из Карфагена в Константинополь и о возвращении святыни в Землю обетованную » Возможно, это самое удивительное

Борьба с демоном

» Кого демон держит в руках, того он отрывает от действительности», сказал Стефан Цвейг о немецких поэтах XVIII– XIX веков Гёльдерлине, Клейсте и поэте и философе Ницше «скитальцах», «отверженных», «чудаках». Книга написана с

Двадцать четыре часа из жизни женщины

Stefan Zweig Verwirrung der Gefühle 1927. Перевод немецкого Л Вольфсон Стефан Цвейг Магеллан Америго Новеллы Издательство » Дружба народов» Москва 1992 Стефан Цвейг • Двадцать четыре часа из жизни женщины За десять лет до войны я отдых

Бальзак

Стефан Цвейг рассказывает о жизненном пути писателя Бальзака – трудном детстве, голодной юности, о молодых годах, прошедших в полной безвестности, и, наконец, о великой славе. Содержание: Предисловие 1 Книга первая Ю

Принуждение

Стефан Цвейг Принуждение Пьеру Жувус братскою дружбой Погруженная в крепкий сон, жена дышала ровно и отчетливо Казалось, легкая улыбка или слово вотвот слетят с ее полуоткрытых уст Спокойно вздымалась под покрывало

Стефан Цвейг: Почему гениальный писатель и сосед фюрера добровольно ушёл из жизни

Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.

Серебряные струны

Стефан Цвейг родился в столице Австрии в семье богатого фабриканта. Его дед по материнской линии был известным банкиром. Мальчик с детства гордился своим происхождением и ни в чем не знал отказа. Позже, уже став известным писателем, он утверждал, что детских воспоминаний у него нет.

Эти годы прошли, как и у всех детей европейской интеллигенции. В 19 лет Цвейг окончил гимназию и поступил в Венский Университет. Здесь он всерьез увлекся философией и по окончании учебного заведения уже имел докторскую степень.

Читать еще:  Определение мобильность. Социальная мобильность

Молодой человек не прекращал заниматься поэтическим творчеством, и сам спонсировал выход своего первого сборника стихов “Серебряные струны” в 1901 году. Этот сборник имел большой успех в Австрии, критики отзывались о нем весьма благодушно. Несколько стихотворений были положены на музыку Иоганном Штраусом.

Стефан отправил первый экземпляр сборника Райнеру Рильке, известному тогда поэту-модернисту. В знак признательности и уважения к таланту молодого дарования Рильке прислал Цвейгу свои сочинения. Так началась дружба двух единомышленников, которая длилась много лет.

В поисках истины

По окончании Университета Стефан отправился в путешествие по миру, которое продлилось более десяти лет. К тому времени его взгляды на жизнь значительно изменились. Если раньше в людях на первое место он ставил происхождение, то теперь Цвейг понял, что это не самое главное. Переоценка жизненных ценностей повлекла за собой желание найти смысл человеческого бытия.

Длительное путешествие по разным странам принесло несказанный творческий опыт, который повлиял на новеллистику писателя. В перерывах между странствиями Цвейг создавал произведения совершенно нового типа. События его новелл происходят, чаще всего, во время опасных, но увлекательных путешествий, где на первый план выходят человеческие качества.

В драматический момент жизни герой Цвейга произносит монолог, который становится пиком каждого рассказа. И столько в этих словах человеческой мудрости, страсти, способности к самопожертвованию, что читатель чувствует себя участником происходящего.

Позади остались Франция, Англия, Италия, Испания, Америка, Куба, Индокитай, Панама и Индия и тринадцать лет скитаний по миру в поисках истины. А истина заключалась в том, что за это время Цвейг сформировался как опытный аналитик исторических документов, знаток человеческой психологии и мастер слова. Все это он виртуозно сочетал в своих новеллах.

Крушение идеалов

До Второй Мировой войны жизнь писателя складывалась довольно успешно. Он женился на аристократке, которая стала его верным союзником на долгие восемнадцать лет. Они познакомились по переписке и за короткое время стали духовно близки друг другу. Хотя их брак не был образцом супружеской верности со стороны Стефана, Фредерика всегда проявляла женскую мудрость и ангельское терпение. Она была хорошим советчиком мужу и сама много писала и печаталась.

Семья переселилась в Зальцбург, подальше от войны. По иронии судьбы их соседом оказался тогда еще не очень известный Адольф Гитлер. Значительно позже, когда этот человек возглавит немецкий фашизм, здесь будет резиденция фюрера, а домик писателя разгромят. В уединении и тиши Цвейг хотел найти идеальное место для работы, но жизнь повернулась иначе. Здесь, в живописном месте Австрии он познал лишь голод и холод.

Разочарование в идеалах отнюдь не способствовало его творчеству. Если раньше Стефан скрупулезно изучал исторические факты, дневники и рукописи великих людей, то теперь он был доведен до нищеты, которая отнимала последние силы. К тому же и в личной жизни писателя произошли изменения. Жена Цвейга застала его с секретаршей, занимавшихся в его кабинете далеко не корректировкой новелл. За этим последовал развод, и Стефан с молодой возлюбленной Шарлоттой уехал в предместье Рио-де-Жанейро.

Новая жена была безликой и молчаливой, поклонялась писателю, словно божеству, смотрела на него восторженными глазами. Была преданным человеком, но духовно далеким. Все чаще Цвейг чувствовал себя разбитым и потерянным. Его убеждения рушились, моральные ориентиры были потеряны. Огнем жгла тоска по семье и родным местам. Воспоминания о счастливом прошлом приносили нестерпимую боль. Он с горечью наблюдал, как фашистская коричневая чума уродует мир и насаждает свою идеологию.

В письмах бывшей жене Цвейг признавался, что его разочарование в жизни достигло предела, и работает он вполсилы, да и то по привычке. В таком состоянии возможно написать только депрессивные романы, а это — моральное преступление для творческого человека. Все чаще он жаловался Фредерике, что устал от жизни, а прошлого уже не вернуть.

Именно тогда и родилась его крылатая фраза о том, что смысл жизни — это когда человек осознает, что необходим другим. Так в феврале 1942 года Стефан и Шарлотта Цвейг, приняв смертельную дозу снотворного, оставили этот мир, принесший им страдания и отчаяние. Их нашли на следующее утро держащимися за руки и уснувшими навсегда.

Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:

Источники:

http://www.litmir.me/br/?b=569047&p=1
http://dom-knig.com/author/498
http://kulturologia.ru/blogs/271217/37212/

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector