1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Пир во время чумы история. Пир во время чумы

Пир во время чумы история. Пир во время чумы

Странное совпадение

Войны, глобальный кризис, непрерывные стихийные бедствия, загубленная земная экология, ужасные техногенные катастрофы, неизлечимые болезни — всё это приметы надвигающегося апокалипсиса? И всё чаще нынешние судорожно-пресыщенные радости определенной части человеческого общества сравнивают с пиром во время чумы./

Вообще, прежде чем рассказывать об истории возникновения на планете «черной смерти», или бубонной чумы, следует обратиться к искусству и литературе. О чуме создано невообразимое количество картин, полотен, графики, иллюстраций к книгам. Самая известная -гравюра Голбейна Младшего «Пляска смерти», которая с 1830 по 1844 г. выдержала 88 изданий. Точно так же называлось произведение Михаэля Вольмегута (1493). Нельзя не вспомнить и знаменитый «Триумф смерти» Питера Брейгеля Старшего (1562). Даже современных художников-графиков, рожденных в ХХ веке, волнует пресловутая тема «пира во время чумы». Все эти произведения, как правило, наполнены жуткими персонажами-скелетами — в оргиях, верхом на лошадях и в телегах, с неизменной косой в руке, в черных балахонах с островерхими капюшонами.

Странное совпадение: Шекспир создавал свои трагедии, когда на Лондон навалилась чума, а Пушкин перевел поэму английского автора на свой лад во время холерного карантина в Болдине в 1830 г. Исследователи настаивают на версии, что если бы не эти две напасти-эпидемии, не сохранились бы пьесы Шекспира и не появились бы «Маленькие трагедии» Пушкина.

Другой интереснейший вопрос: что хотел сказать великий русский поэт следующими строками:

Зажжем огни, нальем бокалы,
Утопим весело умы
И, заварив пиры да балы,
Восславим царствие Чумы.

Мнения разные. Одни считают, что пиры, балы и оргии — это своеобразный протест против покорности судьбе, форма сопротивления; другие видят в чуме неведомое упоение и наслаждение; третьи называют чуму гневом Бога, карающим грешников. И четвертое: люди пред лицом глобальных бедствий просто сходят с ума. Об этом пишет и гениальный флорентиец автор «Декамерона» Джованни Бокаччо. А по поводу нынешней апокалиптической картины в России стоит вспомнить остроумные слова весьма известного писателя Александра Кабакова: «От предыдущего кризиса можно было улететь через Шереметьево-2, от нынешнего — только через Байконур».

Этот краткий рассказ о «черной смерти» надо бы дополнить интервью «Медицинской газеты» с инфекционистом с мировым именем академиком РАМН Виктором Малеевым (см. «МГ» №8 от 06.02.2009). В частности, за ликвидацию эпидемии чумы в Индии он в 1995 г. был награжден орденом Дружбы. И наконец, в 2006 г. вышел в Москве двухтомник «Очерки истории чумы» 53-летнего россиянина, ученого-биолога М.Супотницкого в соавторстве с Н.Супотницкой. В этом фундаментальном издании впервые собраны воедино все известные материалы о страшном заболевании.

Жертвы

Не будем заглядывать за пределы нашей эры, там тоже были страшные эпидемии, но сведения о них весьма зыбкие. Давайте рассмотрим более поздние.

«Юстинианова чума» — с 542 по 767 г. Пришла из глубин Африки, достигла Средиземорского побережья и охватила всю Малую Азию, унеся 40 млн жизней.

В 1347 г. чума была завезена по морю из Константинополя в Сицилию. Эпидемия длилась 60 лет и не пощадила ни одно европейское государство, обойдя только Исландию. Европа потеряла около 25 млн человек — четверть всего населения континента. Пандемия получила название «черная смерть» из-за внешнего вида погибших, казавшихся обугленными. От чумы умерли королева Арагона и король Кастилии в Испании, королевы Франции и Наварры, в Гаскони умерла младшая дочь короля принцесса Жанна.

Третья современная пандемия началась в китайской провинции Юньнань в конце XIX века. К 1910 г. чума распространилась по всему миру, но в 1920-м пошла на спад благодаря международным соглашениям об уничтожении крыс в портах и корабельных трюмах и обязательной проверке судов. Показательны меры в чумном Лос-Анджелесе. Как в свое время всё население Китая восстало против воробев-уничтожителей посевов, так и в Лос-Анджелесе все жители ринулись ловить и сжигать крыс. Их было уничтожено 2 млн. А всего в третью эпидемию на Земле заболело 26 млн человек, 12 млн погибло.

В Россию чума проникла в 1352 г. Любопытный факт из истории завоеваний Золотой Орды. Хан Джанибек противостоял экспансии генуэзцев в Поволжье и Причерноморье. Во время осады Кафу (современная Феодосия) Джанибек приказал забросить катапультой в крепость труп умершего от чумы человека. Началась эпидемия, которая поразила Новгород, Псков, Москву, где от нее умер князь Симеон Гордый. А испуганный царь Алексей Михайлович вместе с семейством бежал в Вязьму.

К 1950 г. заболеваемость чумой во всем мире стала носить спорадический характер. Возникающие вспышки удавалось подавлять с помощью эпидемиологического надзора, дезинсекции, дератации и антибактериальной терапии. Из городов чума практически исчезла и встречается сейчас в сельских и пригородных районах. Но страх у населения и медиков остался. Доказательством служит паника в связи со вспышкой бубонной и легочной чумы в Индии в 1994 г., в ликвидации которой активное участие принял упоминавшийся выше академик РАМН Виктор Малеев.

Вообще, медицина может гордиться, она победила одну из самых страшных болезней на земле. Правда, не может до конца правильно назвать болезнь. Споры не утихают.

Симптомы

Согласно Энциклопедическому словарю Брокгауза и Ефрона, болезнь обычно начиналась внезапно. После озноба возникают сильнейшая головная боль, головокружение, рвота, температура в первый же день подскакивает до 40-410С. Русские врачи, описывавшие московскую чуму 1772 г., отмечали, что у больных «выговор невнятен и невразумителен, язык как бы прикушен или приморожен, или как у пьяного». Если больной не умер в первые сутки, то на вторые обрисовывается развитие либо бубонов (болезненное воспаление лимфатических узлов), либо воспаления легких. Бубоны бывают паховые, подмышечные и шейные.

В средние века чума практически не лечилась, действия сводились лишь к вырезанию или прижиганию чумных бубонов. При этом человек невыносимо, до потери разума, страдал от боли. Советовали также изолироваться дома, разжигать костры на улицах (считалось, что это очистит воздух), вдыхать пары селитры и пороха. А ещё, смешно сказать, рекомендовали ставить всюду в жилище блюдца с молоком, которое якобы абсорбирует отравленный воздух. Ко всему к нарывам прикладывали пиявки, высушенных жаб и ящериц, в раны вкладывали свиное сало и масло. Врачи носили костюмы, состоявшие из кожаного покрывала и маски птичьего вида. В клюве находились пахучие травы обеззараживания, в жезле имелся ладан, якобы защищающий от нечистой силы. В отверстия для глаз вставляли стеклянные линзы. И всё равно тогдашние врачи, мужественные самоотверженные люди, повально гибли. Вспоминая эти трагические и героические факты прошлого, мы снова ощущаем великую поступь медицины. Врачи проявляли необычную стойкость и величие человеческого духа.

Читать еще:  Что такое идеология? (Тезисная лекция).

Причины

Снова сошлемся на слова академика Виктора Малеева: «Когда скопление людей тесно соприкасается со скоплением домашних животных, ничего хорошего не получается». А вот что пишут старинные источники: «В Средние века люди жили тесно, их дома зачастую являлись продолжением хлева с животными. Царила полная антисанитария, лежанки из шкур или грубой материи были полны блох. Жуткая антисанитария существовала в зимнее время в каменных замках английской знати. Продуваемые сквозняками, их было трудно топить каминами. Обитатели не мылись долгими месяцами, придворные дамы непомерно пудрились, чтобы скрыть грязь, применяли разные ароматы. В их одеждах была спрятана особая колбочка, в которую собирались блохи. »

В самом конце XIX века французский ученый Поль-Луи Симон, изучая бубонную чуму в Бомбее, выделил ее возбудитель Yersinia pestis из трупов крыс и предположил, что именно эти грызуны являются источником заражения человека чумой. Но надо было найти еще и переносчика микроба. Им оказа-лась. блоха. Та самая блоха, воспетая в свое время Гёте, Мусоргским, Шаляпиным с ярким гротеском и прозорливым ощущением ее зловещей значимости. Однако понадобится еще почти полвека, пока З.Ваксман и его коллеги синтезируют стрептомицин, который окажется эффективным против возбудителя чумы.

Как жаль, что почти невозможно найти описание подвига Поля-Луи Симона! Ночью он пробирался в морг с чумными мертвецами и вырезал эти смердяще-гниющие и кроваво-черные бубоны, похожие на студень, потом изучал.

Но с причинами не всё так просто. Английские эпидемиологи из Ливерпульского университета Сьюзен Скотт и Кристофер Дункан выступают с опровержением выводов Поля-Луи Симона. «Черная смерть» — это, мол, не бубонная чума. (Кстати, другой французский бактериолог Александр Ерсин в конце ХIX века тоже связал «черную смерть» с крысами и блохами.) Скотт и Дункан выявили в этой теории пробелы. Карта распространения «черной смерти» по их исследованиям не совпадает с расселением крыс. «Черная смерть» проносилась гораздо быстрее, чем могут передвигаться грызуны. Далее: переносчиками заразы не могли быть крысы, потому что бактерии чумы убивают их самих. Ко всему бубонная чума несравненно менее заразна, чем «черная смерть», которая, как выяснилось, передается не через грызунов, а от человека человеку.

Так что же это было? Во всем виноват, как полагают ученые, белок CCR5. Якобы этот белок способен захватывать из внешней среды молекулы, и затем вирус попадает в саму иммунную клетку, убивая ее. Представим, пишут ученые, что 700 лет назад население Европы подверглось нашествию какого-то вируса, который хорошо «усаживался в карман» нормального рецептора CCR5 и плохо — в мутантный рецептор. Если вирус был очень опасен, то выживали только счастливые обладатели рецептора мутантной формы, гибли в основном носители его нормальной формы. Надо сказать, что бактерии бубонной чумы тоже убивают иммунные клетки. Но лабораторные проверки не дали пока однозначного ответа, защищает ли мутация указанного рецептора от этих бактерий или нет. Наконец, Скотт и Дункан полагают и пытаются это доказать. что возбудителем «черной смерти» является геморрагический филовирус Эбола. И загадочную «черную смерть» предлагается назвать геморрагической чумой. Окончательную точку может поставить лишь исследование древних ДНК погибших людей. Эти исследования пока невероятно трудны.

Но ученые спешат. Сходство и повторяемость страшных эпидемий в каждые несколько столетий пугают не на шутку. Надо найти этот вирус, пока он вновь не нашел нас.

Основоположник российской эпидемиологии

В 1744 г. в семье сельского протоиерея на Черниговщине родился Данило Самойлович (Сущин-ский) — будущий основоположник отечественной эпидемиологии. Окончил госпитальную школу при Петербургском адмиралтействе.

Во время войны с Турцией служил в действующей армии, начал там принимать активное участие в борьбе с чумой. В 1771 г. в самый разгар эпидемии («моровой язвы») приехал в Москву и вызвался работать в госпиталях для зачумленных. Кроме того, на юге России служил главным доктором нескольких карантинов. Он убедительно доказал, что заражение чумой происходит при непосредственном соприкосновении с больными или зараженными вещами и предметами. Самойлович разработал систему мероприятий по борьбе с этой страшной болезнью. Он оптимистически писал: «Чума — болезнь прилипчивая, но удобно обуздываемая и пресекаемая и поэтому не должна быть для рода столь опасною, как обычно ее изображают».

Особое внимание доктора было обращено на монашескую медицину, вызывавшую в обществе одни насмешки. Но Самойлович доказал эффективность этой системы. То есть он организовал чумные бараки на изолированных территориях Даниловского, Донского монастырей, где и лечил сам. А в Николо-Угрешской обители была создана первая специальная чумная больница. За особые заслуги Данило Самойлович был назначен штаб-лекарем при Московском сенате. И по высочайшему повелению вместе с другими коллегами был отправлен для усовершенствования в науках во Францию, Германию, Италию, Англию и Голландию. Написал на французском языке несколько научных статей, получил степень доктора медицины. Кроме того, изучил акушерское дело. Умер выдающийся ученый и врач на 86-м году жизни, оставив после себя большое количество медицинских сочинений, среди которых особой популярностью пользовалась работа «Способ повсеместного врачевания смертельной язвы, заразы носящей чумы». Он даже императрице писал записки о своих методиках, в частности о пользе прививании болезни, употреблении курительных порошков и обтирании тела льдом. С высоты сегодняшних достижений эти способы кажутся примитивными, но они сыграли свою положительную роль.

Чума и экономика

Эпидемия чумы в 1348 г. привела к нехватке рук в сельском хозяйстве и к реставрации барщины в полном объеме. В Англии население сократилось, крестьян стало меньше, поэтому и ценились они больше и стали требовать для себя более высокий социальный статус. Парламент, в свою очередь, стремился экономически умерить крестьян. Начались крупномасштабные недовольства. Эпоха феодалов уходила со сцены, в господских хозяйствах устанавливались арендные отношения.

Вот что такое чума. И всё же, всё же. Когда-то Луи Пастер сказал, что последнее слово будет за микробами. Откуда и почему с периодичностью в несколько столетий сваливается на людей эта страшная болезнь? И когда ждать новую эпидемию? Или ее заменили СПИД, прочие новые болезни?

«Пир во время чумы», анализ пьесы Пушкина

История создания

Пьеса «Пир во время чумы» была написана в 1930 г в Болдине и напечатана в 1832 г. в альманахе «Альциона». Для своей «маленькой трагедии» Пушкин перевёл отрывок драматической поэмы Джона Вильсона «Город чумы». В этой поэме изображается эпидемия чумы в Лондоне в 1666 г. В произведении Вильсона 3 акта и 12 сцен, множество героев, среди которых главный – благочестивый священник.

Читать еще:  Родился коненков. Самый загадочный блогер россии

В 1830 г. в России свирепствовала холера. Пушкин не мог приехать из Болдина в оцепленную карантинами Москву к невесте. Эти настроения поэта созвучны состоянию героев поэмы Вильсона. Пушкин взял из неё наиболее подходящий отрывок и полностью переписал две вставные песни.

Цикл из четырёх коротких драматических отрывков уже после смерти Пушкина стал называться «маленькими трагедиями». Хотя герои пьесы не умирают, но их смерть от чумы почти неизбежна. В «Пире во время чумы» зарифмованы только оригинальные песни Пушкина.

Тема, сюжет и композиция

Страсть, которую изображает Пушкин в этой пьесе – страх смерти. Перед лицом неминуемой гибели от чумы люди ведут себя по-разному. Одни живут так, будто смерти не существует: пируют, любят, наслаждаются жизнью. Но смерть напоминает им о себе, когда телега с мёртвыми проезжает по улице.

Другие ищут утешения в Боге, смиренно молясь и принимая любую волю Божью, в том числе и смерть. Таков священник, уговаривающий пирующих разойтись по домам и не осквернять памяти умерших.

Третьи не хотят быть утешенными, они в поэзии, в песнях переживают горечь разлуки, смиряются с горем. Это путь шотландской девушки Мери.

Четвёртые, как Вальсингам, не смиряются со смертью, но побеждают страх смерти силой духа. Оказывается, страхом смерти можно наслаждаться, потому что победа страха смерти – это залог бессмертия. В конце пьесы каждый остаётся при своём: священник не смог переубедить пирующих во главе с председателем, они же никак не повлияли на позицию священника. Только Вальсингам глубоко задумывается, но, скорее всего, не о том, хорошо ли он поступил, когда не пошёл за священником, а о том, сможет ли он и дальше противостоять страху смерти силой своего духа. Этой финальной ремарки у Вильсона нет, её вводит Пушкин. Кульминация, момент наивысшего напряжения (минутная слабость Вальсингама, его порыв к благочестивой жизни и к Богу), не равна здесь развязке, отказу Вальсингама от этого пути.

Герои и образы

Главный герой – председатель пира Вальсингам. Он смелый человек, который не хочет избегать опасности, а встречается с ней лицом к лицу. Вальсингам не поэт, но ночью он сочиняет гимн чуме: «Есть упоение в бою, И бездны мрачной на краю. » Председатель учится наслаждаться смертельной опасностью: «Всё, всё, что гибелью грозит, Для сердца смертного таит Неизъяснимы наслажденья – Бессмертья, может быть, залог!» Даже мысли о погибшей три недели назад матери и недавно умершей любимой жене не колеблют убеждений председателя: «Нам не страшна могилы тьма. »

Председателю противопоставлен священник – воплощение веры и благочестия. Он поддерживает на кладбище всех, кто потерял родных и отчаялся. Священник не приемлет другого способа противостояния смерти, кроме смиренных молитв, которые позволят живым после смерти встретить на небесах возлюбленные души. Священник заклинает пирующих святою кровью Спасителя прервать чудовищный пир. Но он уважает позицию председателя пира, просит у него прощения за то, что напомнил ему об умерших матери и жене.

Молодой человек в пьесе – воплощение жизнерадостности и энергии молодости, не смиряющейся со смертью. Пирующие женщины являют собой противоположные типы. Печальная Мери предаётся тоске и унынию, вспоминая счастливую жизнь в родном доме, а Луиза внешне мужественна, хотя и пугается до обморока телеги, наполненной мёртвыми телами, которую везёт негр.

Образ этой телеги – это образ самой смерти и её посланника – чёрного человека, которого Луиза принимает за демона, чёрта.

Конфликт

В этой пьесе конфликт идей не приводит к прямому противостоянию, каждый остаётся при своём. Только глубокие раздумья председателя свидетельствуют о внутренней борьбе.

Художественное своеобразие

Сюжет пьесы полностью заимствован, но лучшие и главные части в ней сочинены Пушкиным. Песня Мери – лирическая песня о желании жить, любить, но невозможности сопротивляться смерти. Песня председателя раскрывает его мужественный характер. Она — его жизненное кредо, его способ противостать страху смерти: «Итак, хвала тебе, Чума, Нам не страшна могилы тьма. »

Пир во время чумы

№ 2009 / 49, 23.02.2015

700 лет назад по Европе прокатилась, подобно лесному пожару, самая страшная эпидемия, унёсшая более 25 миллионов человек. Непонятную болезнь назвали Чёрной смертью или бубонной чумой. Верно ли это?

700 лет назад по Европе прокатилась, подобно лесному пожару, самая страшная эпидемия, унёсшая более 25 миллионов человек. Непонятную болезнь назвали Чёрной смертью или бубонной чумой. Верно ли это?

Войны, глобальный кризис, непрерывные стихийные бедствия, загубленная земная экология, ужасные техногенные катастрофы, неизлечимые болезни – всё это приметы надвигающегося Апокалипсиса? И всё чаще нынешние судорожно-пресыщенные радости определённой части человеческого общества (в России это обожравшиеся бизнесмены) сравнивают с пиром во время чумы.

Вообще, прежде чем рассказывать об истории возникновения на планете Чёрной смерти, или бубонной чумы, следует обратиться к искусству и литературе. О чуме создано невообразимое количество картин, полотен, графики, иллюстраций к книгам. Самая известная – гравюра Гольбейна Младшего «Пляска смерти», которая с 1830 года по 1844-й выдержала 88 изданий. Точно так называлась ранняя картина Михаэля Вольгемута (1493 г.). Все знают картину Питера Брейгеля Старшего «Триумф смерти» (1562). Даже сейчас молодых художников-графиков, рождённых в 70-х годах, волнует тема «пира во время чумы». Все эти произведения, как правило, наполнены жуткими скелетами-персонажами – во время оргий, верхом на конях и телегах, с неизменной косой в руке, в чёрных балахонах с островерхими капюшонами.

Странное совпадение: Шекспир создавал свои трагедии, когда на Лондон навалилась чума, а Пушкин перевёл поэму английского автора на свой лад во время холерного карантина в Болдине в 1830 году. Исследователи доказали, что если бы не эти две напасти-эпидемии, не сохранились бы пьесы Шекспира и не появились бы «Маленькие трагедии» Пушкина. Газетная площадь не позволяет на этом остановиться подробнее, так что верьте на слово.

Другой интереснейший вопрос: что хотел сказать великий русский поэт следующими строками:

Утопим весело умы

И, заварив пиры да балы,

Восславим царствие Чумы.

Мнения разные. Одни считают, что пиры, балы и оргии – это своеобразный протест против покорности судьбе, форма сопротивления; другие видят в чуме неведомое упоение и наслаждение; третьи называют чуму гневом Бога, карающим грешников. И четвёртое: люди пред лицом глобальных бедствий просто сходят с ума. Об этом пишет и гениальный флорентиец, автор «Декамерона» Джованни Бокаччо. А по поводу нынешней апокалиптической картины в России стоит вспомнить остроумные слова 66-летнего очень известного во всём мире писателя Александра Кабакова: «От предыдущего кризиса можно было улететь через Шереметьево-2, от нынешнего – только через Байконур».

Читать еще:  Фурри (субкультура) в России. Кто такие фурри

Не будем заглядывать за пределы нашей эры, там тоже были страшные эпидемии, но неизвестно, была ли это чума, или оспа, или брюшной тиф. Начнём летопись с более поздних зафиксированных времён.

«Юстинианова чума» – с 542 по 767 год. Пришла из глубин Африки, достигла Средиземноморского побережья и охватила всю Малую Азию, унеся 40 миллионов жителей.

1347 год. Чума была завезена по морю из Константинополя в Сицилию. Эпидемия длилась 60 лет и не пощадила ни одно европейское государство, обойдя почему-то Исландию. Европа потеряла около 25 миллионов человек – четверть всего населения этого громадного региона. Пандемия получила название «чёрная смерть» из-за внешнего вида погибших, казавшихся обугленными. От чумы умерли королева Арагона и король Кастилии в Испании; королевы Франции и Наварры, в Гаскони умерла младшая дочь короля принцесса Жанна.

Третья современная пандемия началась в китайской провинции Юньнань в конце XIX века. К 1910 году чума распространилась по всему миру, но в 1920-м пошла на спад благодаря международным соглашениям об уничтожении крыс в портах и корабельных трюмах и обязательной проверке судов. Показательны меры в чумном Лос-Анджелесе. Как в своё время всё население Китая восстало против воробьёв, уничтожителей посевов, так и в Лос-Анджелесе все жители ринулись ловить и сжигать в огне крыс. Их было уничтожено 2 миллиона. А всего в третью эпидемию заболело на земле 26 миллионов человек, из которых 12 погибли.

В Россию чума проникла в 1352 году. Любопытный факт из истории завоеваний Золотой Орды. Хан Джанибек противостоял экспансии генуэзцев в Поволжье и Причерноморье. Во время осады Кафы (современная Феодосия) Джанибек приказал забросить катапультой в крепость труп умершего от чумы человека. Труп перелетел через стену и разбился вдребезги.

Началась чума. Она попала в Новгород, Псков, Москву, где от неё умер князь Симеон Гордый. А испуганный царь Алексей Михайлович вместе с семейством бежал в Вязьму.

К 1950 году заболеваемость чумой во всём мире стала носить спорадический характер. Возникающие вспышки удавалось подавлять с помощью эпидемиологического надзора, дезинсекции, дератации и антибактериальной терапии. Из городов чума практически исчезла и встречается сейчас в сельских и пригородных районах. Но страх у людей и медиков остался. Доказательством служит паника в связи со вспышкой бубонной и лёгочной чумы в Индии в 1994 году.

Согласно Энциклопедическому словарю Брокгауза и Ефрона, болезнь обычно начиналась внезапно. Всё начинается с озноба, возникает сильнейшая головная боль, головокружение, рвота, температура в первый же день подскакивает до 40–41 градуса. Русские врачи, описывавшие московскую чуму 1772 года, отмечали, что у больных «выговор невнятен и невразумителен, язык как бы прикушен или приморожен, или как у пьяного». Если больной не умер в первые сутки, то на вторые обрисовывается развитие либо бубонов (болезненное воспаление лимфатических узлов), либо воспаление лёгких. Бубоны бывают паховые, подмышечные и шейные.

В средние века чума практически не лечилась, действия сводились лишь к вырезанию или прижиганию чумных бубонов. При этом человек невыносимо, до потери разума, страдал от боли. Советовали также изолироваться дома, разжигать костры на улицах (считалось, что это очистит воздух), вдыхать пары селитры и пороха… А ещё, смешно сказать, рекомендовали ставить всюду в жилище блюдца с молоком, которое якобы абсорбирует отравленный воздух. Ко всему к нарывам прикладывали пиявки, высушенных жаб и ящериц, в раны вкладывали свиное сало и масло. Врачи носили костюмы, состоявшие из кожаного покрывала и маски птичьего вида. «В клюве» находились пахучие обеззараживающие травы, в жезле имелся ладан, якобы защищающий от нечистой силы. В отверстия для глаз вставляли стеклянные линзы. И всё равно тогдашние врачи, мужественные самоотверженные люди, повально гибли.

Сошлёмся на слова академика Виктора Малеева: «Когда скопление людей тесно соприкасается со скоплением домашних животных, ничего хорошего не получается». А вот что пишут старинные источники: «В средние века люди жили тесно, их дома зачастую являлись продолжением хлева с животными. Царила полная антисанитария, лежанки из шкур или грубой материи были полны блох. Мы мало знаем, что жуткая антисанитария существовала в зимнее время в каменных замках английской знати. Продуваемые сквозняками, их было трудно топить каминами. Обитатели не мылись долгими месяцами, придворные дамы непомерно пудрились, чтобы скрыть грязь, применяли разные ароматы. В их одеждах была спрятана особая колбочка, в которую собирались блохи…

В самом конце XIX века французский учёный Поль-Луи Симон, изучая бубонную чуму в Бомбее, выделил Yersinia pestis из трупов крыс и предположил, что именно эти грызуны являются источником заражения человека чумой. Но надо было найти ещё и переносчика микроба. Им оказалась… блоха. Та самая блоха, воспетая в своё время Гёте, Мусоргским, Шаляпиным с ярким гротеском и прозорливым ощущением её зловещей значимости. Однако понадобится ещё почти полвека, пока З.Ваксман и его коллеги синтезируют стрептомицин, который окажется эффективным против возбудителя чумы».

Как жаль, что почти невозможно найти описание подвига Поль-Луи Симона. Ночью он пробирался в морг с чумными мертвецами и вырезал эти смердяще-гниющие и кроваво-чёрные бубоны, похожие на студень, потом изучал.

Но с причинами не всё так просто.

Английские эпидемиологи из Ливерпульского университета Сьюзен Скотт и Кристофер Дункан выступают с опровержением выводов Поль-Луи Симона. Чёрная смерть – это не бубонная чума. Кстати, другой французский бактериолог Александр Ерсин в конце XIX века тоже связал Чёрную смерть с крысами и блохами. Но Скотт и Дункан выявили в этой теории пробелы. Карта распространения Чёрной смерти, по их исследованиям, не совпадает с расселением крыс. Она галопировала через Альпы и по Северной Европе при слишком низких для размножения блох температурах. Чёрная смерть проносилась гораздо быстрее, чем могут передвигаться крысы. Далее: переносчиками заразы не могли быть крысы, потому что бактерии чумы убивают их самих. Ко всему, бубонная чума несравненно менее заразна, чем Чёрная смерть, которая, как выяснилось, передаётся не через грызунов, а от человека к человеку. Так что же это было? Во всём виноват, как спорно заключают учёные, белок CCR5.

Скотт и Дункан полагают и пытаются это доказать, что возбудителем Чёрной смерти (не имеющей научного названия) является геморрагический (то есть вызывающий кровотечение) филовирус типа Эболы. И загадочную Чёрную смерть предлагается назвать геморрагической чумой. Окончательную точку может поставить лишь исследование древних ДНК погибших людей.

Учёные спешат со своими исследованиями. Сходство и повторяемость страшных эпидемий в каждые несколько столетий пугают не на шутку. Надо найти этот вирус, пока он вновь не нашёл нас.

Источники:

http://www.mgzt.ru/%E2%84%96-91-%D0%BE%D1%82-2-%D0%B4%D0%B5%D0%BA%D0%B0%D0%B1%D1%80%D1%8F-2009%D0%B3/%D0%BF%D0%B8%D1%80-%D0%B2%D0%BE-%D0%B2%D1%80%D0%B5%D0%BC%D1%8F-%D1%87%D1%83%D0%BC%D1%8B
http://goldlit.ru/pushkin/808-pir-vo-vremya-chumy-analiz
http://litrossia.ru/item/3970-oldarchive/

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector
×
×