5 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Основная проблематика публицистики М. Горького

Основная проблематика публицистики М. Горького

Анализ судьбы народа в публицистике М. Горького

Начало публицистической деятельности М. Горького относится к 1890-м годам, когда, работая в 1895-1896 гг. в провинциальных газетах Поволжья и Юга России — «Самарской газете», «Нижегородском листке» и «Одесских новостях», — он неизменно защищал интересы народа. В то время его мировоззрение окончательно ещё не сложилось; не принимая помещичье-буржуазный строй, Горький не видел реальных путей его замены.

Уже в раннем творчестве Горького крайний антропоцентризм сочетается с активным неприятием духовных качеств большинства современных людей. Это противоречие обусловило желание молодого писателя противопоставить несовершенной личности реального современного человека яркую индивидуальность, что и сблизило в 1890-х годы ХIХ века его гуманистическую концепцию с идеями Ф. Ницше. Под воздействием ницшеанства в творчестве Горького утверждается идеальный образ Человека-титана, который наделен сходными с ницшеанским сверхчеловеком чертами: прометеизмом, активизмом и духовной силой.

Для Горького с самого начала важна целенаправленность силы положительного героя, который уже в раннем творчестве задуман как спаситель людей от их же слабости, ничтожности и сонного прозябания. Противопоставление мещанского и героического типов индивидуализма, выраженное в программной публицистической статье «Заметки о мещанстве» (1905), стало важным мировоззренческим итогом, указав на движение горьковской мысли к философии коллективизма и обозначив два основных варианта последующего горьковского творчества, противопоставленные друг другу: индивидуалист — индивидуальность.

Обоснование идей, к которым он был близок, писатель нашел в работах «ницшеанских марксистов» — богостроителей — А. А. Богданова и А. В. Луначарского. Начиная с богостроительского периода, антропоцентризм Горького попадает в полную и безоговорочную зависимость от логики «творческой, то есть социально-связующей людей» идеи. Во второй половине 1900х годов Горький называет ее «великая монистическая идея социализма», а в 1930-е это — большевизм, коммунизм.

Под влиянием «руководящей» идеи ницшеанские черты горьковского Человека трансформируются, и со второй половины 1900х годов это уже не Озорник, не абстрактный «Человек, с большой буквы», а пролетарский революционер, и даже не просто революционер — а «революционер в духе». В 1917 — 1918 годы у писателя появляется образ «вечного революционера», который «хотел бы оживить, одухотворить весь мозг мира, сколько его имеется в черепах людей», и которого Горький противопоставляет «революционеру на время», преследующему в ходе радикальной социально-политической ломки свои эгоистические классовые интересы. С этого момента в творчестве Горького фактически исчезает чистый ницшеанский тип как герой, несущий позитивное начало. Почему? Ответ на этот вопрос можно найти уже в «Несвоевременных мыслях», где писатель вступает в спор с вождями, проводящими сверхчеловеческий эксперимент над Россией, свидетельствует о реальных, крайне жестоких проявлениях этого эксперимента.

Большевистских лидеров Горький обвиняет в индивидуализме и вождизме: «… уже отравились гнилым ядом власти». «Вообразив себя Наполеонами от социализма, ленинцы рвут и мечут, довершая разрушение России — русский народ заплатит за это озерами крови», они «хладнокровно бесчестят революцию, бесчестят рабочий класс, заставляя его устраивать кровавые бойни, понукая к погромам, к арестам ни в чем не повинных людей. ». Но идеи, настаивает писатель, не побеждают «приемами физического насилия». Подлинно героическая индивидуальность — «вечный революционер», — постоянно напоминает Горький в «Несвоевременных мыслях», «не способен прибегать к тем или иным приемам насилия над человеком иначе, как в случаях неустранимой необходимости и с чувством органического отвращения ко всякому акту насилия».

Изменив впоследствии отношение к личности В. И. Ленина, Горький не отказался от своего принципиально отрицательного отношения к жестокости сверхчеловеков революции. «Вождизм» — это болезнь; развиваясь из атрофии эмоции коллективизма, она выражается в гипертрофии «индивидуального начала», — пишет Горький. В 1930 году, руководя работой по изданию книги «История гражданской войны», Горький пишет в письме М. Н. Покровскому о необходимости «особенно внимательного изучения партизанщины, перехваленной, — как и Вы согласитесь — беллетристами и поэтами» По мнению Горького, «героизация вождей партизан — дело политически не безвредное, и в наших обстоятельствах не следовало бы так романтически густо подчеркивать «роль личности» в партизанском движении». О каких обстоятельствах идет речь? Преобладающее большинство читателей — крестьянство, героизация вождей может уводить захваченное частнособственническими эмоциями сознание крестьянской массы от коллективизма к индивидуализму сильной личности, оторвавшейся от народа или ставящей себя выше коллектива.

Горький уверен, что личность, охваченная мещанским «зоологическим индивидуализмом» собственника, вне зависимости от того, кто это: капиталистический мелкий или крупный хищник, представитель «бывших людей» (эмигрантов), «механических граждан» Советского Союза (обывателей), «социально-нездоровой силы» (крестьянства) или «многоглаголивой» интеллигенции — неизбежно будет двигаться только в одном направлении: индивидуализм — вождизм — фашизм. «Волчья психика крупного мещанства, лисья — мелкого создает лгунов, лицемеров, предателей, убийц из-за угла». В публицистике советских лет Горький завершает цепочку «мещанин» — «циник» — «хулиган», обозначенную в его творчестве 1900х годов. Он пишет: «от хулиганства до фашизма расстояние «короче воробьиного носа».

Приравняв вождизм и мещанский индивидуализм к фашизму, Горький в то же время продолжает отстаивать индивидуализм героический, он убежден, что индивидуальное «я» может и должно слиться с коллективным «мы» без какого-либо ущерба для себя: «Я хотел — и хочу — видеть всех людей героями труда и творчества, строителями новых свободных форм жизни. Мы должны жить так, чтобы каждый из нас, несмотря на различие индивидуальностей, чувствовал себя человеком, равноценным всем другим и всякому другому».

Журнально-публицистическая деятельность Горького. Проблема революции и культуры в цикле статей «Несвоевременные мысли» (1917-1918)

На рубеже нового революционного подъема в середине 90-х годов, когда началось «массовое рабочее движение с участием социал-демократии»[199] в России, на поприще журналиста-профессионала вступил М. Горький. Ранняя публицистика великого пролетарского писателя продолжала лучшие традиции революционно-демократической печати. Работая в 1895—1896 гг. в провинциальных газетах Поволжья и Юга России — «Самарской газете», «Нижегородском листке» и «Одесских новостях», — он неизменно защищал интересы народа. Правда, в то время его мировоззрение окончательно еще не сложилось; отвергая помещичье-буржуазный строй, Горький не видел реальных путей его замены. И тем не менее появление Горького в легальной печати явилось важным событием в русской журналистике.

В «Очерках и набросках», к написанию которых Горький приступил тотчас по приезде в Самару весной 1895 г., он впервые получил возможность непосредственно обратиться к читателю и дать публичную оценку ряду явлений общественной жизни. «Очерки и наброски» строились главным образом на материалах провинциальной прессы.

Почти одновременно Горький под псевдонимом Иегудиил Хламида стал вести один из самых боевых отделов газеты — фельетон на местную тему под заглавием «Между прочим». Обыденные факты он использует для серьезного разговора по важным вопросам, подмечает типическое, переходит к широким социальным обобщениям. В отличие от многих провинциальных газетчиков Горький не раболепствует перед фактом: он для него важен не только сам по себе, сколько в качестве повода для беседы с читателем по острым проблемам жизни. Горький глубоко верил в великую прогрессивную силу печати и рассматривал газету как «арену борьбы за правду и добро», называл ее «бичом обывательской совести, благородным колоколом, вещающим только правду»[200].

Читать еще:  Катя огонек умерла причины смерти. Смерть в больнице

Общий характер выступлений Горького-публициста — протестующий, обличительный. Его материалы свидетельствуют о глубоком недовольстве автора всем строем жизни помещичье-буржуазного государства. Фельетоны писателя с необычайной смелостью вскрывали многие язвы провинциальной жизни: издевательство над человеческим достоинством, бесправие женщины, дикость, бескультурье, внутреннюю пустоту жизни обывателей и пр.

Самое большое внимание уделено эксплуатации трудового народа. Не страшась административных и цензурных преследований, Горький разоблачает самарского фабриканта Лебедева, применяющего на своей фабрике детский труд («Между прочим»). О положении рабочих говорится в зарисовках «Нечто о наборщиках», «Совсем как у нас» и др. Симпатии Горького целиком на стороне рабочих. Он радуется проявлению солидарности среди них, тяге к культуре, «зарождению у некоторой части рабочей среды самосознания и сознания своих человеческих прав» (XXIII, 106).

Пребывание в Самаре — чрезвычайно важный этап в идейном и творческом росте Горького. Наряду с публицистикой здесь были созданы «Песня о Соколе», «Старуха Изергиль» и другие произведения. Работа в «Самарской газете» дала писателю обильный материал для разработки темы мещанства, «окуровщины».

В конце 1895 г. Горький в качестве корреспондента газеты «Одесские новости» выехал в Нижний Новгород на Всероссийскую промышленную и художественную выставку и одновременно начал сотрудничать в газете «Нижегородский листок».

Правдиво рисует Горький вырождение буржуазной интеллигенции, тлетворное ее влияние на все стороны общественной и культурной жизни. Все, к чему прикоснется буржуазия своими грязными руками, опошляется: кино, живопись, музыка, театр. На выставке особенно ярко проявилось стремление буржуазии превратить искусство в пикантное развлечение. Буржуазному интеллигенту, как и сибирскому купчику, оказались доступны лишь кафешантанные удовольствия («Развлечения»).

К выступлениям Горького, затрагивающим вопросы искусства, примыкает его статья «Поль Верлен и декаденты», опубликованная «Самарской газетой» в 1896 г. В ней наиболее полно вскрываются корни и социальный смысл декадентства как искусства, порожденного загнивающей буржуазией. Пессимизм и полное безучастие к действительности — вот характерные черты творчества французских и русских декадентов (Рембо, Маларме, Сологуба, Мережковского и др.). «. Декаденты и декадентство — явление вредное, антиобщественное, — явление, с которым необходимо бороться», — пишет Горький (XXIII, 125). В борьбе против попыток увести искусство от действительности он вновь выступает как продолжатель лучших традиций революционно-демократической критики.

От статьи к статье крепнет публицистическое мастерство Горького. Выходец из народа, много видевший «в людях» и во время странствований по Руси, писатель неустанно работает над собой и все ближе подходит к классовой правде пролетариата, к шедеврам своего творчества — «Песне о Буревестнике», роману «Мать» и другим лучшим произведениям. До конца жизни не прекращал он публицистической деятельности. Школа профессионального журналиста оказалась чрезвычайно полезной для будущего роста писателя. Непосредственно на газетной работе сблизился он с лучшими представителями рабочего класса — революционерами-ленинцами. С конца 90-х годов все творчество Горького развивалось под прямым влиянием коммунистической партии и лично В. И. Ленина, чрезвычайно высоко ценившего великого пролетарского писателя

«Несвоевременные мысли» М. Горького. Это уникальная во всей истории

русской литературы книга, возникшая из коротких газетных откликов писателя

на злобу дня. Статьи Горького появлялись чуть ли не ежедневно в

петроградской газете «Новая жизнь». Газета была открыта после Февральской

революции и закрыта после Октябрьской. Она жила с 1 мая 1917 по 16 июня

1918 года, т. е. в самое переходное, переломное время.

Путь между двумя революциями — буржуазной и социалис-тической —

трудный путь. Печатаясь на страницах «Новой жизни», Горький пытался

выработать свою позицию, свое отношение к действи- тельности, развивающимся

«Певец революции». Это словосочетание неотделимо от имени Горького.

Правда, увидев революцию а действии, столкнувшись с откровенными

братоубийственными схватками, Горький пришел в ужас и больше не вспоминал

слов, сказанных им в канун 1906 года: «Пусть сильнее грянет Буря».

Он понял, как опасно призывать народ к буре, к разрушению, возбуждать

ненависть представителей одних классов к представителям других. «Вражда

между людьми не есть явление нормальвое», — с горечью резюмирует он.

Две злобы, считает Горький, у текущего дня: борьба партий и культурное

строительство. Что победит? По какому пути пойдет Россия? Из статьи в

статью он подчеркивает опасность увлечения классовой борьбой («это

необходимое дело, но принимаю это дело, как неизбежное зло»), ибо при

наличии некоторых особенностей, как считает он, «русской психики —

политическая борьба делает строительство культуры почти невозможным».

Только искусство, уверен Горький, «открывает в человеке

общечеловеческое, соединяет нас». Он призывает образумиться, понять, что

«нужно бороться не друг с другом за хлеб и власть, а с природой, отвоевывая

на пользу себе ее богатства»,

Выход из состояния ненависти, возбужденной злобы друг к другу, как

считает он, один: «возбуждение в народе рядом с возбужденными в нем

эмоциями политическими — эмоций этических и эстетических. Художник должен

вторгнуться в хаос настроения улицы».

Горький не только полностью отрицает разрушенный строй, но и отрицает

положительные качества самого народа, рассматривая его как носителя

негативных свойств, присущих этой системе.

Противопоставление некультурного, звероподобного крестьянина

культурному промышленному рабочему — главное на страницах публицистических

Социалистическая революция еще более заострила выступления Горького.

Закрытие ряда газет, расстрелы, самосуды вызвали у него чувство глубокого

возмущения. Он один из первых заметил утопизм программы В. И. Ленина и

Он не может согласиться с ограничением демократии, свободы слова.

«Зачем?» становится постоянным словом на страницах его статей. «Зачем

закрывать газеты, истреблять политических противников?» Вновь и вновь

предупреждает Горький рабочий класс, что насилие над демократией приведет к

тому, что в конце концов «рабочий класс должен будет заплатить за ошибки и

преступления своих вождей — тысячами жизней, потоками крови». С глубочайшей

горечью предсказывает Горький кровавые схватки, гражданскую войну,

окончательное падение нравственности.

Обозначив симптомы болезни, указав на ее тяжелый характер, Горький

оказался не в состоянии понять ее причины и найти правильный метод лечения.

И художник-реалист все более побеждается романтиком-утопистом. Как

наивны обращения Горького к крестьянам, которые должны будут осознать свое

несоответствие социализму и перевоспитаться. Он даже сам не замечает, как

превращается в наивного мечтателя, пытающегося увидеть в разрушенной России

будущую страну чудес. «Если мы заставим энергично работать всю массу мозга

каждой страны — мы создадим страну чудес», — пишет он за месяц до закрытия

газеты, 17 мая 1918 года. Так романтик 90-х годов, даже пройдя школу

реализма, превращается в утописта в 1918 году.

Статьи Горького этого периода становятся все более не отвечающими

Читать еще:  Высказывания о героизме. Афоризмы про героя

рубрике, под которой они печатались: ранее «несвоевременные», они

становятся все более «своевременными», созвучными для новой власти. Он

призывает «смягчать» нравы большевиков, говорит о необходимости оказания им

помощи. Голос его последних статей звучит тихо. Он не требует, не

настаивает, не возмущается, не кричит. Он тихо просит, обращаясь неизвестно

к кому: «Надо что-то делать, необходимо бороться с процессом физического и

духовного истощения интеллигенции, надо почувствовать, что она является

И снова, как когда-то, когда Горький не принимал эгоизма крестьянского

собственника, летом 1918 года, перейдя на позиции откровенного утопического

социализма, он обрушивается и на рабочих, и на ремесленников, и на мещан,

не способных выработать в себе новые формы мышления, чувств. Уже

предлагается создавать новых людей — «необходимо ускорить рост и развитие

новых сил, необходимо тотчас же создавать условия для воспитания нового

Конечно, и сегодня иные мысли Горького вызывают желание спорить с

писателем, да и история не во всем оправдывает его, но, читая книгу,

преклоняешься перед его самоотверженным, бесстрашным умом. Перед нами

великий человек, восставший против великого времени- Буревестник, который

77.243.189.117 © studopedia.ru Не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования. Есть нарушение авторского права? Напишите нам | Обратная связь.

Отключите adBlock!
и обновите страницу (F5)

очень нужно

Публицистическая деятельность М. Горького

СОДЕРЖАНИЕ

  1. Начало публицистической деятельности М.Горького
  2. Основные идеи публицистической деятельности М.Горького

Список используемой литературы

Введение

На рубеже нового революционного подъема в середине 90-х годов, когда началось «массовое рабочее движение с участием социал-демократии» в России, на поприще журналиста-профессионала вступил М. Горький. Ранняя публицистика великого пролетарского писателя продолжала лучшие традиции революционно-демократической печати. Работая в 1895—1896 гг. в провинциальных газетах Поволжья и Юга России — «Самарской газете», «Нижегородском листке» и «Одесских новостях», — он неизменно защищал интересы народа. Правда, в то время его мировоззрение окончательно еще не сложилось; отвергая помещичье-буржуазный строй, Горький не видел реальных путей его замены. И, тем не менее, появление Горького в легальной печати явилось важным событием в русской журналистике.

1. Начало публицистической деятельности М.Горького

«Самарская газета» представляла собой типичное либерально-буржуазное провинциальное издание. В ней были широко развернуты отделы хроники, обозрений (столичной и провинциальной печати, местной жизни), печатались корреспонденции, фельетоны, беллетристика. В 90-е годы в газете сотрудничали: Н. И. Ашешов, С. С. Гусев, Н. Г. Гарин-Михайловский, С. Г. Петров (Скиталец). Тираж газеты составлял две-три тысячи экземпляров.

В «Очерках и набросках», к написанию которых Горький приступил тотчас по приезде в Самару весной 1895 г., он впервые получил возможность непосредственно обратиться к читателю и дать публичную оценку ряду явлений общественной жизни. «Очерки и наброски» строились главным образом на материалах провинциальной прессы.

Почти одновременно Горький под псевдонимом Иегудиил Хламида стал вести один из самых боевых отделов газеты — фельетон на местную тему под заглавием «Между прочим». Обыденные факты он использует для серьезного разговора по важным вопросам, подмечает типическое, переходит к широким социальным обобщениям. В отличие от многих провинциальных газетчиков Горький не раболепствует перед фактом: он для него важен не только сам по себе, сколько в качестве повода для беседы с читателем по острым проблемам жизни. Горький глубоко верил в великую прогрессивную силу печати и рассматривал газету как «арену борьбы за правду и добро», называл ее «бичом обывательской совести, благородным колоколом, вещающим только правду».

Общий характер выступлений Горького-публициста — протестующий, обличительный. Его материалы свидетельствуют о глубоком недовольстве автора всем строем жизни помещичье-буржуазного государства. Фельетоны писателя с необычайной смелостью вскрывали многие язвы провинциальной жизни: издевательство над человеческим достоинством, бесправие женщины, дикость, бескультурье, внутреннюю пустоту жизни обывателей и пр.

Самое большое внимание уделено эксплуатации трудового народа. Не страшась административных и цензурных преследований, Горький разоблачает самарского фабриканта Лебедева, применяющего на своей фабрике детский труд («Между прочим»). О положении рабочих говорится в зарисовках «Нечто о наборщиках», «Совсем как у нас» и др. Симпатии Горького целиком на стороне рабочих. Он радуется проявлению солидарности среди них, тяге к культуре, «зарождению у некоторой части рабочей среды самосознания и сознания своих человеческих прав».

Ряд очерков и фельетонов посвящен положению крестьян. Горький не идеализирует мужика, он видит его неразвитость, забитость, подавленное чувство человеческого достоинства и понимает, что в этом виноват общественный строй, обрекающий народ на бесправное, полуголодное существование. Чиновники и купцы обходятся с крестьянином грубо, обворовывают его при сделках, корыстно пользуются его безвыходным положением. Особенно возмущает Горького цинизм людей интеллигентных профессий — адвокатов, врачей — по отношению к простому народу («Операция с мужиком»). Он осуждает нравы буржуазной провинциальной прессы, которая беды и несчастья одних людей делает развлечением для других.

Большое место в фельетонах отводится контрастам большого капиталистического города, критике отсталости провинциальной жизни, бескультурья. Ясно выраженные симпатии Горького к рабочим, крестьянам и мелким служащим вызывали злобу местных заправил, но это не пугало его. «. Газета! Я ею доволен, она не дает спокойных дней здешней публике. Она — колется, как еж. Хорошо! Хотя нужно бы, чтоб она колотила по пустым башкам, как молот», — заметил Горький в письме Короленко 15 марта 1895 г.

Самарские темы под пером Горького звучали социально широко, далеко выходя за границы города и губернии. В фельетонах писателя, опубликованных в «Самарской газете», ясно проглядывает лицо всей самодержавной России.

Пребывание в Самаре — чрезвычайно важный этап в идейном и творческом росте Горького. Наряду с публицистикой здесь были созданы «Песня о Соколе», «Старуха Изергиль» и другие произведения. Работа в «Самарской газете» дала писателю обильный материал для разработки темы мещанства, «окуровщины».

В конце 1895 г. Горький в качестве корреспондента газеты «Одесские новости» выехал в Нижний Новгород на Всероссийскую промышленную и художественную выставку и одновременно начал сотрудничать в газете «Нижегородский листок».

По замыслу царского министра Витте выставка должна была показать успехи русского капитализма, достигнутые за последние 10—12 лет. Но рекламный характер выставки не обманул Горького. Он оказался среди тех немногочисленных русских корреспондентов, которые сумели справедливо оценить ее, несмотря на шумиху, поднятую либеральными и монархическими газетами вокруг «нижегородского чуда». Трезвый голос Горького прозвучал на всю Россию: «Выставка поучительна гораздо более как правдивый показатель несовершенств человеческой жизни, чем как картина успехов промышленной техники страны». Молодого журналиста не отуманили размах и пышность, с какими она была устроена.

Горький сразу отметил решающий недостаток экспозиции: в павильонах и на стендах совершенно не были отражены жизнь и труд народа, производящего все ценности, выставленные для обозрения. Как, кем, в каких условиях добыты тонны железа, угля, хлопка, построены машины, изготовлены вещи — узнать было невозможно. Выставка не показывала великую созидательную силу народа.

Писатель пользуется любым случаем, чтобы напомнить о жестокой эксплуатации, которая царит на отечественных предприятиях, о чем, разумеется, умолчали организаторы выставки. Он говорит о нищенском заработке, о полурабском труде рабочих в условиях капитализма. Ненормальна жизнь, когда железо первенствует, а человек ему рабски служит (очерк «Среди металла»).

Читать еще:  Маленькие тролли и наводнение. Детские сказки онлайн

Описывая последние приготовления к открытию павильонов, Горький отмечает, что даже здесь картины эксплуатации встречаются на каждом шагу: «Со всех сторон вас окружают разные архитектурные деликатесы. а между ними, на той же самой земле. согнувшись в три погибели, грязные и облитые потом рабочие возят на деревянных тачках и носят «на хребтах» десятипудовые ящики с экспонатами. Это слишком резко бьет в глаза. Неприятно видеть на художественно-промышленной выставке — выставку изнурительного поденного труда чернорабочих».

2. Основные идеи публицистической деятельности М.Горького

Горьковские очерки и корреспонденции, составившие цикл «С Всероссийской выставки», полны глубокого возмущения против нелепого, ничем не оправданного преклонения ее организаторов перед иностранщиной, пренебрежения своим, отечественным. Обидно видеть Запад постоянно и всюду в роли нашего учителя, говорит он. Машинный отдел поражает отсутствием русских имен — кругом только Бромлеи, Лагарпы, Нобели, Циндели, и это оскорбляет патриотическое чувство Горького.

«Я не националист, не апологист русской самобытности, но, когда я прохожу по машинному отделу, мне становится грустно. Русские фамилии отсутствуют в нем почти совсем — все немецкие, польские фамилии. Но, однако, какой-то, кажется, Людвиг Цоп вырабатывает железо «по системе инженера Артемьева». Это производит колющее впечатление. Говорят, что почва промышленной деятельности всего скорей сроднит человечество. Это бы хорошо, конечно, но пока мне все-таки хочется видеть инженера Артемьева самостоятельно проводящим в жизнь свою систему обработки продукта».

Писатель с тревогой присматривается, как иностранный капитал прибирает к рукам при попустительстве царского правительства одну за другой ведущие отрасли национальной промышленности: машиностроительную, нефтяную, текстильную. Ему чужд казенный патриотизм. Он осуждает организаторов выставки за попытку представить как образец русской сметки, как национального гения кустаря-самоучку Коркина, который пытался вручную изготовить велосипед и пианино, иронизирует над теми, кто лишь ради выставки вспомнил Ползунова и Яблочкина.

Труд талантливых и трудолюбивых русских людей, хорошо организованный и умело направленный, мог бы действительно дать великие результаты, но в царской России этого нет и быть не может.

Правдиво рисует Горький вырождение буржуазной интеллигенции, тлетворное ее влияние на все стороны общественной и культурной жизни. Все, к чему прикоснется буржуазия своими грязными руками, опошляется: кино, живопись, музыка, театр. На выставке особенно ярко проявилось стремление буржуазии превратить искусство в пикантное развлечение. Буржуазному интеллигенту, как и сибирскому купчику, оказались доступны лишь кафешантанные удовольствия («Развлечения»).

Острота очерков и корреспонденции Горького была такова, что городским газетам было запрещено печатать его статьи во время посещения Нижнего Новгорода царем.

Следует отметить некоторую разницу подхода к теме выставки между очерками и корреспонденциями Горького в «Нижегородском листке» и в «Одесских новостях». Нижегородцы были более полно информированы о выставке и выставочном быте, поэтому их интересовали не описания торжества, а оценка и комментарии публициста. И наоборот, одесский читатель хотел узнать о всех достопримечательностях выставки, о том, как и чем живет Нижний Новгород. Горький учитывал это в своей корреспондентской работе, никогда, однако, не поступаясь ради занимательности серьезными заключениями. Он умел на страницах «Одесских новостей» контрастом настроений, пейзажем, иносказанием, репликами собеседников подчеркнуть недостатки существующего общественного строя.

Статьи, очерки и корреспонденции Горького о Всероссийской выставке 1896 г. помогли русскому читателю уяснить показной характер «этой универсальной лавочки», прикрывавшей антинародную суть политики царского правительства. Они сыграли немалую роль и в творческом росте самого писателя.

Выставка дала Горькому новый материал для резкой критики упадочной буржуазной культуры, искусства и литературы. В ряде статей и очерков писатель раскрыл реакционную сущность натурализма и декадентства — течений в искусстве, порожденных эпохой капитализма, перерастающего в империализм.

По поводу оценки новых течений в русской живописи, особенно картин Врубеля и Галлена, Горький вступает в полемику с художником Карелиным, писавшим в газетах «Нижегородская почта» и «Волгарь», и публицистом Дедловым из «Недели». Он критикует не только модную живопись импрессионистов, но и поэзию декадентов, символистов, чуждую людям труда. «. Господа художники и поэты, пораженные декадансом, модной болезнью, смотрят на искусство как на область свободного и никакими законами не стесняемого выражения своих личных чувств и ощущений. «Искусство — свободно», — твердо помнят они и с уверенностью занимаются гайдамачеством в искусстве, выдвигая на место кристально чистого и звучного пушкинского стиха свои неритмичные стихи, без размера и содержания, с туманными образами и с дутыми претензиями на оригинальность тем, а на место картин Репина, Перова, Прянишникова и других колоссов русской живописи — колоссальные полотна, техника которых вполне родственна угловатым и растрепанным стихам madame Гиппиус и иже с ней. Какой социальный смысл во всем этом, какое положительное зна­чение может иметь эта пляска святого Витта в поэзии и живописи?». Сам писатель защищает ясность и простоту в искусстве, его тесную связь с жизнью. Задача литературы и живописи — облагородить дух человека, идейно воспитать его, показать правду жизни. Искусство должно учить человека думать, в нем не может быть места глупым и вредным «чудачествам».

Горький высоко ставит реализм живописи Маковского, игры актеров Малого театра, программной музыки, утверждает неизмеримое превосходство художников эпохи Возрождения и русских мастеров XIX в. над живописью импрессионистов. Особенно ценит он подлинное искусство самого народа, в каких бы оно формах ни проявлялось. С восторгом отзывается писатель о безымянных русских камнерезах, придающих камню «легкие воздушные формы» и обладающих «тонким вкусом», «уверенной рукой» и «хорошо развитым чувством меры». Симпатии Горького отданы «бабушке Ирине», знаменитой сказительнице Ирине Андреевне Федосовой (очерк «Вопленица»).

К выступлениям Горького, затрагивающим вопросы искусства, примыкает его статья «Поль Верлен и декаденты», опубликованная «Самарской газетой» в 1896 г. В ней наиболее полно вскрываются корни и социальный смысл декадентства как искусства, порожденного загнивающей буржуазией. Пессимизм и полное безучастие к действительности — вот характерные черты творчества французских и русских декадентов (Рембо, Маларме, Сологуба, Мережковского и др.). «. Декаденты и декадентство — явление вредное, антиобщественное, — явление, с которым необходимо бороться», — пишет Горький.

Заключение

От статьи к статье крепнет публицистическое мастерство Горького. Выходец из народа, много видевший «в людях» и во время странствований по Руси, писатель неустанно работает над собой и все ближе подходит к классовой правде пролетариата, к шедеврам своего творчества — «Песне о Буревестнике», роману «Мать» и другим лучшим произведениям. До конца жизни не прекращал он публицистической деятельности. Школа профессионального журналиста оказалась чрезвычайно полезной для будущего роста писателя.

Список используемой литературы

  1. Парамонов Б.. Горький, белое пятно. Октябрь, 1992 г., N 5, с. 158.
  2. Пьяных М.. К постижению «русского строя души» в революционную эпоху. Звезда. — 1991 г. — N 7. — с. 183.

Источники:

http://studbooks.net/2078571/zhurnalistika/osnovnaya_problematika_publitsistiki_gorkogo
http://studopedia.ru/8_101247_zhurnalno-publitsisticheskaya-deyatelnost-gorkogo-problema-revolyutsii-i-kulturi-v-tsikle-statey-nesvoevremennie-misli—.html
http://help-stud.ru/referat_gorkiy.php

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector