3 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Кто написал в ожидании годо. В ожидании годо

Кто написал в ожидании годо. В ожидании годо

  • ЖАНРЫ
  • АВТОРЫ
  • КНИГИ 589 562
  • СЕРИИ
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 548 325

В ожидании Годо (сборник)

В ожидании Годо

Деревенская дорога. Дерево. Вечер. Эстрагон сидит на земле и пытается снять ботинок. Тяжело дыша, стаскивает его обеими руками. В изнеможении останавливается, переводит дух, начинает сначала. Сцена повторяется.

Эстрагон (вновь останавливаясь). Гиблое дело.

Владимир (подходит к нему мелкими шажками, широко расставляя негнущиеся ноги). Мне тоже начинает так казаться. (Молчит, думает.) Сколько лет я гнал от себя эту мысль, все уговаривал себя: Владимир, подумай, может, еще не все потеряно. И опять бросался в бой. (Задумывается, вспоминая тяготы борьбы. Эстрагону.) Я смотрю, ты опять здесь.

Владимир. Рад тебя снова видеть. Я думал, ты больше не вернешься.

Эстрагон. Я тоже.

Владимир. Надо как-то отметить нашу встречу. (Задумывается.) А ну-ка, встань, я тебя обниму. (Протягивает Эстрагону руку.)

Эстрагон (раздраженно). Погоди, погоди.

Владимир (оскорбленный, холодно). Позвольте узнать, где месье изволил провести ночь?

Эстрагон. В канаве.

Владимир (в изумлении). В канаве?! Где?

Эстрагон (не шевелясь). Там.

Владимир. И тебя не били?

Эстрагон. Били… Не очень сильно.

Владимир. Все те же?

Эстрагон. Те же? Не знаю.

Владимир. Вот я думаю… давно думаю… все спрашиваю себя… во что бы ты превратился… если бы не я… (Решительно.) В жалкую кучу костей, можешь не сомневаться.

Эстрагон (задетый за живое). Ну и что?

Владимир (подавленно). Для одного человека это слишком. (Пауза. Решительно.) А с другой стороны, вроде кажется, сейчас-то чего расстраиваться попусту. Раньше надо было решать, на целую вечность раньше, еще в тысяча девятисотом году.

Эстрагон. Ладно, хватит. Помоги мне лучше снять эту дрянь.

Владимир. Мы с тобой взялись бы за руки и чуть не первыми бросились бы с Эйфелевой башни. Тогда мы выглядели вполне прилично. А сейчас уже поздно – нас и подняться-то на нее не пустят.

Эстрагон с новой силой принимается снимать ботинок.

Эстрагон. Разуваюсь. Можно подумать, тебе самому не приходилось.

Владимир. Сколько можно повторять – ботинки нужно снимать каждый день. Мог бы, наконец, и запомнить.

Эстрагон (жалобно). Помоги мне!

Владимир. Тебе что, больно?

Эстрагон. Больно! Он еще спрашивает.

Владимир (с горечью). Можно подумать, один ты на этом свете страдаешь. Остальные не в счет. Вот побывал бы хоть раз в моей шкуре, то-то бы, наверное, запел.

Эстрагон. Тебе что, тоже было больно?

Владимир. Больно! Он еще спрашивает!

Эстрагон (показывая пальцем). Это же не повод, чтобы ходить расстегнутым.

Владимир (наклоняясь). Ну да. (Застегивает брюки.) Распускаться не следует даже в мелочах.

Эстрагон. Ну что тебе сказать, вечно ты ждешь последнего момента.

Владимир (задумчиво). Последнего момента… (Раздумывает.) Можно и подождать, если есть чего ждать. Чьи это слова?

Эстрагон. Ты что, не хочешь мне помочь?

Владимир. Иногда я думаю, ведь когда-то же он наступит. И чувствую себя как-то странно. (Снимает шляпу, заглядывает в нее, засовывает в нее руку, трясет, снова надевает.) Как бы это сказать? Вроде становится легко и в то же время… (ищет подходящее слово) жутко. (С силой.) Жут-ко! (Снова снимает шляпу, заглядывает в нее.) Надо же. (Стучит по шляпе, словно надеясь вытрясти из нее что-либо, снова заглядывает в нее, надевает на голову.) Ну и ну…

Эстрагон (ценой невероятных усилий наконец снимает ботинок. Смотрит в него, засовывает руку вовнутрь, переворачивает, трясет, смотрит, не выпало ли оттуда что-нибудь, ничего не находит, снова засовывает в него руку. Выражение лица отсутствующее). И что же?

Владимир. Ничего. Дай посмотрю.

Эстрагон. Смотреть тут не на что.

Владимир. Попробуй его снова надеть.

Эстрагон (осмотрев ногу). Пусть немного проветрится.

Владимир. Вот, полюбуйтесь – человек во всей красе: набрасывается на ботинок, когда виновата нога. (Снова снимает шляпу, заглядывает в нее, засовывает руку, трясет, стучит по ней, дует на нее, надевает на голову.) Ничего не понимаю.

Пауза. Эстрагон тем временем разминает ногу, шевелит пальцами, чтобы их лучше обдуло ветром.

Один из разбойников был спасен. (Пауза.) В процентном отношении вполне честно. (Пауза.) Гого…

Владимир. Может, нам покаяться?

Владимир. Ну, там… (Пытается подыскать слово.) Да вряд ли стоит вдаваться в подробности.

Эстрагон. Уж не в том ли, что мы на свет родились?

Владимир начинает хохотать, но тут же замолкает, с искаженным лицом схватившись за низ живота.

Владимир. Даже смеяться не могу.

Эстрагон. Вот ведь беда какая.

Владимир. Только улыбаться. (Растягивает рот в невероятно широкой улыбке, держит ее некоторое время, потом так же внезапно убирает.) Только это совсем не то. Хотя… (Пауза.) Гого!

Эстрагон (раздраженно). Ну, что еще?

Владимир. Ты читал Библию?

Эстрагон. Библию? (Размышляет.) Наверное, когда-то просматривал.

Владимир (удивленно). Где? В школе для безбожников?

Эстрагон. Для безбожников или нет, не знаю.

Владимир. А может, ты ее с тюрьмой путаешь?

Эстрагон. Возможно. Помню карту Палестины. Цветную. Очень красивую. Мертвое море бледно-голубое. От одного взгляда на него пить хотелось. Я мечтал: вот там мы проведем медовый месяц. Будем плавать. Будем счастливы.

Владимир. Тебе надо было быть поэтом.

Эстрагон. Я и был. (Показывая на свои лохмотья.) Разве не видно?

Владимир. Так о чем это я говорил… Как твоя нога?

Владимир. Ах да, вспомнил, о тех разбойниках. Ты знаешь эту историю?

Владимир. Хочешь, расскажу?

Владимир. Так быстрее время пройдет. (Пауза.) Это история про двух злодеев, которых распяли вместе со Спасителем. Говорят…

Владимир. Со Спасителем. Два злодея. Говорят, что один был спасен, а другой… (ищет подходящее слово) был обречен на вечные муки.

Эстрагон. Спасение от чего?

Владимир. От ада.

Эстрагон. Я ухожу. (Не двигается.)

Владимир. Только вот… (Пауза.) Не могу понять почему… Надеюсь, мой рассказ тебя не очень утомляет?

В ожидании Годо

Эстрагон сидит на холмике и безуспешно пытается стащить с ноги башмак. Входит Владимир и говорит, что рад возвращению Эстрагона: он уж думал, что тот исчез навсегда. Эстрагон и сам так думал. Он провёл ночь в канаве, его били — он даже не заметил кто. Владимир рассуждает о том, что трудно все это вынести в одиночку. Надо было думать раньше, если бы они давным-давно, ещё в девяностые годы, бросились с Эйфелевой башни вниз головой, то были бы среди первых, а теперь их даже наверх не пустят. Владимир снимает шляпу, трясёт её, но из неё ничего не выпадает. Владимир замечает, что, видно, дело не в башмаке: просто у Эстрагона такая нога. Владимир задумчиво изрекает, что один из разбойников был спасён, и предлагает Эстрагону покаяться. Он вспоминает Библию и удивляется, что из четырёх евангелистов только один говорит о спасении разбойника, и все почему-то верят ему. Эстрагон предлагает уйти, но Владимир считает, что уходить нельзя, ведь они ждут Годо, и если он не придёт сегодня, то надо будет ждать его здесь завтра Годо обещал прийти в субботу. Эстрагон и Владимир уже не помнят, ждали ли они Годо вчера, не помнят, суббота сегодня или какой-то другой день. Эстрагон задрёмывает, но Владимиру сразу становится одиноко, и он будит товарища. Эстрагон предлагает повеситься, но они никак не могут решить, кому вешаться первым, и в конце концов решают ничего не делать, ибо так безопаснее. Они подождут Годо и узнают его мнение. Они никак не могут вспомнить, о чем они просили Годо, кажется, они обращали к нему что-то вроде неопределённой мольбы. Годо ответил, что он должен подумать, посоветоваться с семьёй, списаться кое с кем, порыться в литературе, свериться с банковскими счетами и только после этого принять решение.

Читать еще:  Что такое описание. Типы речи в русском языке

Слышен пронзительный вопль. Владимир и Эстрагон, прижавшись друг к другу, замирают от страха. Входит Лаки с чемоданом, складным стулом, корзиной с едой и пальто; вокруг шеи у него верёвка, конец которой держит Поццо. Поццо щёлкает кнутом и погоняет Лаки, браня его на чем свет стоит. Эстрагон робко спрашивает Поццо, не Годо ли он, но Поццо даже не знает, кто такой Годо. Поццо путешествует один и рад встретить себе подобных, то есть тех, кто сотворён по образу и подобию Божьему. Он не может долго обходиться без общества. Решив сесть, он велит Лаки подать стул. Лаки ставит на землю чемодан и корзину, подходит к Поццо, раскладывает стул, затем отходит и снова берет в руки чемодан и корзину. Поццо недоволен: стул надо поставить ближе. Лаки снова ставит чемодан и корзину, подходит, переставляет стул, затем снова берет в руки чемодан и корзину. Владимир и Эстрагон недоумевают: почему Лаки не поставит вещи на землю, зачем он все время держит их в руках? Поццо принимается за еду. Съев цыплёнка, он бросает на землю его кости и раскуривает трубку. Эстрагон робко спрашивает, нужны ли ему кости. Поццо отвечает, что они принадлежат носильщику, но если Лаки от них откажется, Эстрагон может их взять. Поскольку Лаки молчит, Эстрагон подбирает кости и начинает их грызть. Владимир возмущается жестокостью Поццо: разве можно так обращаться с человеком? Поццо, не обращая внимания на их осуждение, решает выкурить ещё одну трубку. Владимир и Эстрагон хотят уйти, но Поццо приглашает их остаться, ведь иначе они не встретятся с Годо, которого так ждут.

Эстрагон пытается выяснить у Поццо, почему Лаки не ставит свои чемоданы. После того как он несколько раз повторяет свой вопрос, Поццо наконец отвечает, что Лаки имеет право поставить тяжёлые вещи на землю, и коль скоро он этого не делает, значит, он этого не хочет. Вероятно, он надеется разжалобить Поццо, чтобы Поццо его не прогонял. Толку от Лаки как от козла молока, с работой он не справляется, вот Поццо и решил от него избавиться, но по доброте душевной, вместо того чтобы просто вышвырнуть Лаки, он ведёт его на ярмарку в надежде получить за него хорошую цену. Поццо считает, что лучше всего было бы убить Лаки. Лаки плачет. Эстрагон жалеет его и хочет утереть ему слезы, но Лаки изо всей силы пинает его ногой. Эстрагон плачет от боли. Поццо замечает, что Лаки перестал плакать, а Эстрагон начал, так что количество слез в мире всегда остаётся неизменным. Так же и со смехом Поццо говорит, что всем этим замечательным вещам его научил Лаки, ведь они вместе уже шестьдесят лет. Он велит Лаки снять шляпу. Под шляпой у Лаки длинные седые волосы. Когда сам Поццо снимает шляпу, то оказывается, что он совершенно лыс. Поццо рыдает, говоря, что не может идти с Лаки, не может его больше выносить. Владимир укоряет Лаки за то, что тот истязает такого доброго хозяина. Поццо успокаивается и просит Владимира и Эстрагона забыть все, что он им говорил. Поццо произносит напыщенную речь о красоте сумерек. Эстрагону и Владимиру скучно. Чтобы их развлечь, Поццо готов приказать Лаки спеть, сплясать, продекламировать или подумать. Эстрагон хочет, чтобы Лаки сплясал, а потом подумал. Лаки пляшет, затем думает вслух. Он произносит длинный научно-заумный монолог, лишённый всякого смысла. Наконец Поццо и Лаки уходят. Эстрагон тоже хочет уйти, но Владимир останавливает его: ведь они ждут Годо. Приходит мальчик и говорит, что Годо просил передать, что сегодня он не придёт, но обязательно придёт завтра. Наступает ночь. Эстрагон решает не носить больше свои башмаки, пусть лучше их возьмёт кто-нибудь, кому они впору. А он будет ходить босиком, как Христос. Эстрагон пытается вспомнить, сколько лет они знакомы с Владимиром. Владимир считает, что лет пятьдесят. Эстрагон вспоминает, как он однажды бросился в Рону, а Владимир его выловил, но Владимир не хочет ворошить прошлое. Они думают, не расстаться ли им, но решают, что пока не стоит. «Ну что, пойдём?» — говорит Эстрагон. «Пойдём», — отвечает Владимир. Оба не двигаются с места.

Следующий день. Тот же час. То же место, но на дереве, накануне совсем голом, появилось несколько листьев. Входит Владимир, рассматривает стоящие посреди сцены башмаки Эстрагона, потом напряжённо вглядывается в даль. Когда появляется босой Эстрагон, Владимир радуется его возвращению и хочет обнять его. Поначалу тот не подпускает его к себе, но вскоре смягчается, и они бросаются друг другу в объятия. Эстрагона снова били. Владимир жалеет его. Им лучше поодиночке, но все же они каждый день приходят сюда и убеждают себя, что рады видеть друг друга. Эстрагон спрашивает, чем им заняться, раз они так рады. Владимир предлагает ждать Годо. Со вчерашнего дня многое изменилось: на дереве появились листья. Но Эстрагон не помнит, что было вчера, он не помнит даже Поццо и Лаки. Владимир и Эстрагон решают поговорить спокойно, раз уж они не умеют молчать. Болтовня самое подходящее занятие, чтобы не думать и не слушать. Им чудятся какие-то глухие голоса, и они долго обсуждают их, потом решают начать все сначала, но начать — самое трудное, и хотя начинать можно с чего угодно, надо все-таки выбрать, с чего именно. Отчаиваться рано. Вся беда в том, что мысли все равно одолевают. Эстрагон уверен, что вчера они с Владимиром здесь не были. Они были в какой-то другой дыре и весь вечер болтали о том о сём и продолжают болтать который год. Эстрагон говорит, что стоящие на сцене башмаки — не его, они совсем другого цвета. Владимир предполагает, что кто-то, кому жали башмаки, взял башмаки Эстрагона, а свои оставил. Эстрагон никак не может понять, зачем кому-то его башмаки, ведь они тоже жали. «Тебе, а не ему», — объясняет Владимир. Эстрагон пытается разобраться в словах Владимира, но безуспешно. Он устал и хочет уйти, но Владимир говорит, что нельзя уходить, надо ждать Годо.

Владимир замечает шляпу Лаки, и они с Эстрагоном надевают по очереди все три шляпы, передавая их друг другу: свои собственные и шляпу Лаки. Они решают поиграть в Поццо и Лаки, но вдруг Эстрагон замечает, что кто-то идёт. Владимир надеется, что это Годо, но тут оказывается, что с другой стороны тоже кто-то идёт. Боясь, что они окружены, друзья решают спрятаться, но никто не приходит: вероятно, Эстрагону просто показалось. Не зная, чем заняться, Владимир и Эстрагон то ссорятся, то мирятся. Входят Поццо и Лаки. Поццо ослеп. Лаки несёт те же вещи, но теперь верёвка короче, чтобы Поццо было легче идти за Лаки. Лаки падает, увлекая за собой Поццо. Лаки засыпает, а Поццо пытается встать, но не может. Понимая, что Поццо в их власти, Владимир и Эстрагон обдумывают, на каких условиях стоит ему помочь. Поццо обещает за помощь сто, потом двести франков. Владимир пытается его поднять, но сам падает. Эстрагон готов помочь Владимиру подняться, если после этого они уйдут отсюда и не вернутся. Эстрагон пытается поднять Владимира, но не может удержаться на ногах и тоже падает. Поццо отползает в сторону. Эстрагон уже не помнит, как его зовут, и решает называть его разными именами, пока какое-нибудь не подойдёт. «Авель!» — кричит он Поццо. В ответ Поццо зовёт на помощь. «Каин!» — кричит Эстрагон Лаки. Но отзывается снова Поццо и снова зовёт на помощь. «В одном — все человечество», — поражается Эстрагон. Эстрагон и Владимир встают. Эстрагон хочет уйти, но Владимир напоминает ему, что они ждут Годо. Подумав, они помогают Поццо встать. Он не стоит на ногах, и им приходится поддерживать его. Глядя на закат, они долго спорят, вечер сейчас или утро, закат это или восход. Поццо просит разбудить Лаки. Эстрагон осыпает Лаки градом ударов, тот встаёт и собирает поклажу. Поццо и Лаки собираются идти. Владимир интересуется, что у Лаки в чемодане и куда они направляются. Поццо отвечает, что в чемодане песок, и они идут дальше. Владимир просит Лаки спеть перед уходом, но Поццо утверждает, что Лаки немой. «Давно ли?» — удивляется Владимир. Поццо теряет терпение. Почему его терзают вопросами о времени? Давно, недавно. Все происходит в один прекрасный день, похожий на все остальные. В один день мы родились и умрём в тот же день, в ту же секунду. Поццо и Лаки уходят. За сценой слышен грохот: видно, они снова упали. Эстрагон задрёмывает, но Владимиру становится одиноко и он будит Эстрагона. Владимир не может понять, где сон, где явь: может быть, на самом деле он спит? И когда завтра он проснётся или ему покажется, что он проснулся, что он будет знать о сегодняшнем дне, кроме того, что они с Эстрагоном до самой ночи ждали Годо? Приходит мальчик. Владимиру кажется, что это тот же самый мальчик, который приходил вчера, но мальчик говорит, что пришёл впервые. Годо просил передать, что сегодня не придёт, но завтра придёт обязательно.

Читать еще:  Лайма вайкуле замужем. Лайма вайкуле

Эстрагон и Владимир хотят повеситься, но у них нет крепкой верёвки. Завтра они принесут верёвку и, если Годо снова не придёт, повесятся. Они решают разойтись на ночь, чтобы утром вернуться и снова ждать Годо. «Идём», — говорит Владимир. «Да, Пошли», — соглашается Эстрагон. Оба не трогаются с места.

Сэмюэль Беккет, «В ожидании Годо»: краткое содержание и отзывы

Сэмюэля Беккета, ирландского драматурга, называли писателем отчаяния. Он был очень добрым, и его любовь к человечеству лишь возрастала, погружаясь в бездну отчаяния и мерзости. Его едва различимый голос был слышен, когда человек переставал верить в себя. Порой его произведения сложно понять, но в беккеровских шедеврах всегда кроется глубокий смысл.

Персонажи

В драме «В ожидании Годо» Сэмюэль Беккет рассказывает историю двух бродяг, которые проводят свои дни в ожидании Годо. Автор расширяет пространство драмы: с одной стороны, рассказывает о двух бродягах, с другой – об их памяти как исторической памяти человечества. Они слышат голоса людей, который уже отжили свое и отмучились, но шелестят, напоминают, что это и их участь тоже. Участь всего человечества – рождение и смерть. Это грустное, но очевидное утверждение фиксируется статичностью действия: вечное ожидание двух бродяг протекает в одинаковой последовательности: закончен «дневной репертуар» — окончен день, а следующий начинается таким же невыносимым ожиданием, которое превращается для них в страшную пытку. И поэтому в пьесе нет временных рамок, складываясь из тех же самых действий, время здесь опрокинуто в вечность.

Иронически снижены образы героев Беккета «В ожидании Годо». Анализ пьесы показывает, что внешний вид их, скорее убожество, сильно преувеличены, одеты в лохмотья, кое-как передвигаются. Эстрагону малы ботинки, сползают брюки. Косноязычие только подчеркивает их убожество. Автор показывает это посредством повторения фраз: «Уйдем», — говорит Эстрагон. «Мы не можем», — вторит Владимир. Они не уверены ни в чем, даже в реальности своего существования. Им трудно ориентироваться и во времени, и в пространстве. На следующий день все им кажется новым и незнакомым. Эстрагон даже забывает, велики ли ему ботинки. К ним дважды прибегает с поручениями от Годо мальчик и говорит, что впервые встречает их.

Персонажи разбиты на пары, в пьесе они олицетворяют шаблон человеческого сообщества. Автор вводит еще одну пару: Поццо и Лакки. Взаимоотношения этих пар построены на зависимости друг от друга. Владимир и Эстрагон постоянно ссорятся, но не могут существовать друг без друга. Между Поццо и Лакки более четкие отношения как между слугой и хозяином. Все герои пьесы мечутся между пустотой и словом. Заметить это можно и в кратком содержании «В ожидании Годо». Беккет как бы хотел сказать, что ожидание Годо, который так и не появится, — это символ «невыразимого». Когда автора спросили, кого же он подразумевал под образом Годо, он ответил: «Если бы знал, не писал».

Владимир и Эстрагон

Эстрагон сидит на пригорке, пытаясь стянуть с ноги ботинок. Пришел Владимир и радуется, потому что думал, что Эстрагон никогда не вернется. Эстрагон тоже так думал. Ночь он провел в канаве, его били, а он даже не знает, кто. Владимир рассуждает, как трудно быть одному. Будь это раньше, в девяностые годы, бросились бы вместе с Эйфелевой башни, а теперь их туда не пустят. Тут же вспоминает, что один из разбойников был спасен, и им, видимо, надо покаяться. Вспомнив Библию, удивляется, что только один из четырех евангелистов говорит, что разбойник был спасен. Такой картиной и начинается пьеса Беккета «В ожидании Годо».

Тут Эстрагон собирается уходить, но Владимир говорит, что они не могут этого сделать, потому что ждут Годо. Его надо ждать – если не сегодня, то завтра он придет. Они оба уже не помнят, вчера ждали они Годо или нет, да и какой сегодня день, не помнят. Эстрагон засыпает, Владимиру становится скучно, и он его будит. Эстрагон предлагает повеситься, но они не могут договориться, кто первым это сделает. В конце концов, делают вывод, что лучше не вешаться – так безопаснее. Подождут Годо, а уж он знает, как поступить. Стали вспоминать, просили ли о чем-либо Годо, но не могут ничего такого вспомнить.

Лакки и Поццо

Продолжаем краткое содержание пьесы Беккета «В ожидании Годо». Раздается пронзительный вопль, они в страхе прижались друг к другу. Заходит Лакки, несет чемодан, складной стул, корзину с едой и пальто. Следом идет Поццо, держа его за веревку, щелкает кнутом и подгоняет Лакки, бранясь, на чем свет стоит. Эстрагон его спрашивает, не Годо ли он. Поццо отвечает, что не знает никакого Годо, он путешествует и рад встретить таких же, как он. Велит Лакки подать стул. Он ставит на землю корзину и чемодан, раскладывает стул, и снова берет в руки свою поклажу.

Бродяги недоумевают, почему бы не положить вещи на землю. Поццо принимается за цыпленка, съев его, раскуривает трубку. Эстрагон интересуется, нужны ли ему косточки от куры. Поццо говорит, что они принадлежат его слуге, если Лакки откажется, то он сможет их взять. Эстрагон подбирает остатки еды. Владимир упрекает Поццо в жестокости. Эстрагон с Владимиром собираются уйти, но их останавливает Поццо, говорит, что если они уйдут, то как встретятся с Годо.

Читать еще:  Как называется гравюра на дереве. История гравюры

Всегда вместе

Продолжают драму Беккета «В ожидании Годо» размышления Эстрагона, почему Лакки не поставит свои чемоданы. Он пытается выяснить это у Поцца. Он несколько раз повторяет вопрос, наконец, Поццо отвечает, что он может поставить вещи на землю, если хочет. Но раз он этого не сделал, значит, не хочет. Поццо рассуждает, что от Лакки толку, как от козла молока, и, вероятно, он просто хочет, чтобы Поццо его не выгонял, пытается быть полезным. Вот Поццо и ведет его на ярмарку, в надежде выручить за него хорошие деньги. Вообще, лучше было б его убить. Лакки заплакал.

Эстрагону его жалко, он хочет утереть Лакки щеки, но тот, что есть силы, пинает его. Эстрагон расплакался от боли. Поццо заметил, что раз Лакки перестал плакать, а Эстрагон заплакал, то в мире количество слез всегда остается неизменным. И продолжает, что всем замечательным вещам его научил Лакки, потому что вместе они шестьдесят лет, и приказывает слуге снять шляпу, под которой длинные седые волосы. Лакки снимает шляпу, но под ней лысина. Поццо расплакался, что Лакки просто невыносим, и он не хочет больше с ним никуда идти. Эстрагону с Владимиром скучно, и они просят Лакки спеть или сплясать. Лакки пляшет, а потом произносит бессмысленный монолог. Наконец, они уходят.

Годо будет завтра

В следующем действии пьесы Беккета «В ожидании Годо» приходит мальчик и сообщает им, что Годо не придет, но будет здесь завтра. Наступила ночь. Эстрагон решил не носить больше своих башмаков – пусть их кто-нибудь другой носит. А он, как Христос, будет ходить босиком. Тут же силится вспомнить, сколько лет они знакомы. Они считают, что пятьдесят, и вспоминают, как однажды Эстрагон бросился в реку, а Владимир его спас. Они думают, не пора ли им расстаться, но не трогаются с места.

Когда пришло завтра

На следующий день в том же месте, в тот же час, но на дереве, вчера абсолютно голом, появились листья. Входит Владимир и рассматривает ботинки Эстрагона, и пристально вглядывается вдаль. Появляется босой Эстрагон, его ночью опять били, Владимир жалеет его. Эстрагон спрашивает, чем же им тогда заняться, раз они так рады. Решили ждать Годо.

Следующее действие пьесы «В ожидании Годо» Сэмюэля Беккета начинается утром. «Многое изменилось, — замечает Владимир, — на дереве листики появились». Но Эстрагон не помнит ни Лакки, ни Поццо, ни то, что было вчера. Они решили спокойно поговорить, уж очень тяжело молчать. Это самое подходящее занятие, не надо слушать, не требуется думать. Им слышатся голоса, они долго обсуждают их. И договариваются начать все сначала. Трудно выбирать — с чего же начать? Но отчаиваться рано. Мысли одолевают постоянно.

Эстрагон уверен, что вчера их здесь не было, а бродили они в какой-то другой дыре и болтали о том, о сем. Эстрагон увидел ботинки, но не признает их. Владимир предполагает, что его ботинки кто-то забрал, а взамен оставил другие. Эстрагон не может понять, если это другие башмаки, то отчего они опять жмут. Собрались уходить, но нет – надо ждать Годо.

Возвращение Поццо и Лакки

Владимиру на глаза попалась шляпа Лакки, и они стали примерять его шляпу и свои, передавая их друг другу. Решили поиграть в Поццо и Лакки, но вдруг заметили, что кто-то идет. Они надеются, что это Годо. Но с другой стороны тоже кто-то идет. Они спрятались, но никто так и не приходит. Не зная, чем заняться, Владимир с Эстрагоном то мирятся, то ссорятся. Входят Лакки и Поццо. Лакки несет те же самые вещи. Но Поццо ослеп, и веревка на шее Лакки значительно короче. Он падает, Поццо – следом за ним. Владимир с Эстрагоном стоят раздумывают, на каких условиях им можно помочь.

Поццо говорит, что даст за помощь сто франков, потом двести. Владимир пытается помочь, но падает сам. Эстрагон соглашается помочь при условии, что они с Владимиром сразу же уйдут. Поццо отползает, но Эстрагон уже забыл, как его зовут. Поццо зовет на помощь. Владимир с Эстрагоном поднимаются. Эстрагон пытается уйти, но приятель напоминает, что они ждут Годо. Бродяги помогают встать Поццо. Он не может стоять на ногах, они поддерживают его. Глядя на небо, они долго спорят, день сейчас или утро, восход или закат.

Надо ждать

Лакки уже уснул, и Эстрагон ударами пытается его поднять. Тот встает, собирает вещи, и они пытаются уйти. Владимир спрашивает у Лакки, что в чемодане и куда они с Поццо направляются. В ответ он услышал, что в чемодане песок. Владимир просит Лакки спеть, но Поццо говорит, что Лакки немой. Увидев в ответ удивление, Поццо теряет терпение: «Какая разница?» Ведь все происходит всегда в один день, такой же, как и все остальные. В один день мы родились, умрем в такой же день. Поццо и Лакки уходят. Вскоре слышится, как они упали.

Завершает драму Беккета «В ожидании Годо» такая картина: Эстрагон спит, но Владимиру скучно, и он его будит. Тот не может понять, явь это или сон. И завтра все будет так же, он проснется, и ничего не будет знать о сегодняшнем дне, кроме того, что они ждали Годо. Входит мальчик. Владимир его, кажется, узнает, но мальчик ответил, что видит их впервые, а Годо просил передать, что будет завтра. Владимир с Эстрагоном хотят повеситься, но нет веревки. Завтра они придут с веревкой, и если Годо не будет, то они это сделают. Они решили разойтись в разные стороны, и если Годо не будет, то они утром вернутся, чтобы ждать его. «Идем». «Пошли». Но с места не трогаются ни тот, ни другой.

Ожидание Годо

Пьесу Беккета отличает статичность сценического действия, как указано выше, в кратком анализе произведении. «В ожидании Годо» Беккета время остановилось – день заканчивается, наступает другой, но все по-прежнему, ничего не меняется. Это скорее «бездействие». Они ждут Годо. И в каждом их диалоге драматург низводит эту важную сцену на ступень ниже, придавая разговору банальность. Тем самым автор хочет добиться комического эффекта.

Их слова, лишенные смысла, теряют свое значение. Они раздаются, как звуки природы, за ними нет никакой глубины. Так драматург воссоздает «опыт пустотности» языка, что так же подтверждают монологичность и шаблонность речи героев. Отсылки к Библии, часто упоминаемые в пьесе, как бы показывают, что ожидание Годо – это вера в Бога. Так ждут Божьего Суда и Царства Небесного.

Отзывы читателей

«В ожидании Годо» — это не только история про нелюбовь и любовь-жалость к себе, но и история об отношениях. Хотя в определенный момент на сцену выходит одиночество. Герои общаются, но не с собеседником, а с каким-то представлением о нем. Одновременно и ненавидят его, и любят. И хотят уйти, но не могут. Можно уйти от кого-то, но не от себя. Вот тогда ты начинаешь в другом видеть себя. Ты остаешься, я – остаюсь. Ты – страдаешь, я – страдаю. Давай вместе страдать, а то разойдемся, и придется испытать что-то новое.

Прекрасная пьеса. Абсурдизм – одно из увлекательнейших направлений современного театра. Это особый жанр, особая драма, которая заставляет задуматься о жизни в мире, где нет порядка и осмысленности. Впервые об этом жанре заговорили громко после парижской премьеры «В ожидании Годо» Беккета. Пьеса лишена понятного сюжета, но здесь присутствуют яркие образы. Но в центре внимания не столько персонажи, сколько одиночество, попытка найти смысл.

Источники:

http://www.litmir.me/br/?b=2865&p=1
http://briefly.ru/bekket/v_ozhidanii_godo/
http://fb.ru/article/382312/semyuel-bekket-v-ojidanii-godo-kratkoe-soderjanie-i-otzyivyi

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector