0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Главный дом городской усадьбы Н.В. Игумнова

Дом купца Игумнова

Особняк Игумнова славится своими легендами и историями: однажды здесь устроили бал, где гости танцевали на золотых червонцах, архитектор, который проектировал здание, покончил жизнь самоубийством сразу после завершения строительства, а в стенах особняка якобы замурована молодая любовница хозяина.

На спутниковой карте Абхазии вы найдёте инициалы купца Игумнова — ИНВ. Это кипарисы, которые он посадил в изгнании сотню лет назад. Николай Васильевич владел Ярославской Большой мануфактурой, в его же ведении были золотые прииски Сибири. В 1888 году купец решил приобрести резиденцию в Москве.

Место, которое он под неё выбрал, престижным назвать было сложно. От центра далеко, а район небогатый. Есть две версии такого странного выбора владельца золотых приисков: первая — чтобы не быть на виду у любопытных глаз, а вторая — мол, именно эта улица помнит молодого купца.

Для строительства пригласили молодого архитектора из Ярославля, Николая Поздеева. Отделку интерьеров доверили Петру Бойцову, кирпич доставляли из Голландии, кафель был заказан на лучших заводах города Кузнецова. Дом стал похож на Государственный Исторический музей. Но Москва того времени не слишком жаловала изыски. Говорят, что светское общество встретило особняк прохладно и стало резко критиковать, а расстроенный Игумнов не оплатил работу архитектора. Тот покончил жизнь самоубийством: проект стал для него последним.

Купца Москва не жаловала. Говорили, будто бы в особняке есть у него любовница, которую он убил за измену, и непросто убил — похоронил в стене. В 1901 году Игумнов дал бал в особняке и устлал пол червонцами. Но проблема была в том, что гости плясали прямо на изображениях императора. За такое купец попал в опалу: из Москвы его выгнали в Абхазию. Но и тут купец не пропал: приобрёл земли и построил новый завод — по производству консервов.

Он обеспечил работников жильём, а на местные болота завёз растения, которым нужно много воды — те моментально справились с переизбытком влаги. Сам купец привёз с Кубани чернозём, а из Ярославля — отличный скот. Занялся Игумнов садоводством: стал возделывать мандарины, киви, манго и табак, создал аллеи из кипарисов. После революции имущество купец подарил государству, стал работать в своём поместье простым агрономом.

А особняк успел побывать домом для фабрики Гознак — интересный поворот обратно к балу с золотыми монетами. Потом здесь находилась лаборатория по изучению мозга. В 1938 году особняк передали посольству Франции, которое позже переехало в соседний дом.

Всё равно за домом остаётся мрачная слава: говорят, до сих пор ходит по нему призрак замурованной девушки.

Загадочный дом-терем на Якиманке, построенный опальным купцом и мандариновым плантатором

Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.

Купец хотел поразить всю Москву

Владелец крупнейшего текстильного предприятия (Ярославской Большой мануфактуры) и золотых приисков, богатейший купец Николай Игумнов в конце XIX века построил этот каменный дом в очень непрестижном и отдаленном на тот момент районе Москвы – в конце улицы Якиманки.

По одной из версий, выбор участка для постройки богатого дома в таком странном месте был связан с тем, что купец вырос в этих краях (хотя большая часть его жизни, как известно, прошла в Ярославле), но это лишь гипотеза.

Читать еще:  Гослото 6 из 45 лото. На какой тираж мой билет

Стоявший на выкупленном участке старый деревянный дом купец снес. Над проектом нового здания по заказу Игумнова трудился ярославский архитектор Николай Поздеев. В итоге он сотворил настоящий архитектурный шедевр, которым мы теперь имеем возможность любоваться. Впрочем, московское общество того времени посчитало дом не современным и даже вульгарным.

Возведенное здесь новое здание удачно вписалось в пейзаж – оно хорошо сочеталось со стоявшими на Якиманке особняками, построенными в стиле ампир, даже несмотря на то, что было немного выше и отличалось от них более роскошным и затейливым видом.

Необычные крыши дома делают его похожим на древнерусские палаты, фасады удивительно праздничны – тут и кладка из специально привезенного из Голландии кирпича, и изумительная отделка натуральным камнем, и интересные изразцы в «ярославском» стиле, изготовленные на фабрике Кузнецова (рисунки выполнил художник-керамист С. Масленников). Кроме того, к работам были привлечены лучшие резчики. В общем, получился сказочно-богатый терем.

Не менее шикарны были и внутренние интерьеры – по заказу хозяина их выполнили в стиле, сочетающем с себе русские традиции и классицизм, что было в те времена модно. Кстати, отделку интерьеров заканчивал брат архитектора Иван (Николай Поздеев скончался в 1893 году, так и не увидев свой проект в полном завершении.

В 1901-м Николай II выслал Игумнова в Абхазию, и в столицу хозяин особняка больше не вернулся. В 1917 году дом, как и все купеческие особняки, национализировали.

Правда и вымысел о Николае Игумнове

Купец 1-й гильдии, известный благотворитель и, как сказали бы в наше время, олигарх Николай Игумнов – личность интересная, таинственная и даже легендарная. Во-первых, считается, что именно Игумнов привез в Абхазию мандарины. Но эту историю стоит начать с другой истории – ставшей причиной ссылки Игумнова на Кавказ.

Однажды, желая поразить московское общество своей роскошью, купец устроил у себя в доме шикарный вечер с балом и для пущей «крутизны» рассыпал по всему полу золотые монеты. Гостям приходилось ходить прямо по ним – при том, что на монетах был отчеканен лик Николая II. Неудивительно, что об этой выходке вскоре доложили царю, и она не понравилась самодержцу. За чем и последовала ссылка.

Именно в Абхазии Игумнов увлекся разведением садов, решив выращивать экзотические фрукты. Он осушил местные болота, привез из Кубани чернозем и высадил на будущих плантациях несколько видов плодовых деревьев (манго, киви, мандарины), привезенных из соседней Турции, а также табак. Мандарины отлично прижились, принеся Игумнову неплохой доход и обеспечив впоследствии многие семьи Абхазии возможностью делать неплохой бизнес.

Кстати, здесь, в Гагрском районе Абхазии, Игумнов обустроил поселок Алахадзы (существовавший тут еще с античных времен) и открыл рыбоконсервный завод.

Интересно, что после революции Игумнов остался в Абхазии (при том, что его семья уехала в
Европу) и добровольно передал советской власти свое имущество, в том числе и сады. Садоводческое хозяйство превратилось в «Цитрусовый совхоз имени Третьего Интернационала».
Известно, что Игумнов остался работать при совхозе агрономом. Умер он в Абхазии в 1924 году. Сейчас его сады, увы, почти заброшены.

А вот легенда, связанная со знаменитым домом Игумнова на Якиманке – в отличие от истории с мандаринами, вряд ли могла произойти на самом деле. Среди старожилов этого района Москвы до сих пор гуляют слухи, что в этом доме купец якобы в пылу гнева и ревности убил свою любовницу, которая изменила ему с другим.

Читать еще:  Что означает без вины виноватый. Без вины виноватый

Поговаривали, что хозяин дома убив неверную возлюбленную, замуровал её в одной из стен. Согласно слухам, по ночам по этому дому до сих пор ходит ее призрак. Но это, конечно, просто страшилка.

Текст: Анна Белова

Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:

Откуда в Доме Игумнова на Якиманке взялось привидение и как лепнина оборвала жизнь архитектора и любовницы

Андреассен:

— Сегодня мы с вами отправляемся в особняк Игумнова на Большой Якиманке, дом 43 . Адрес запишите, оно того стоит. Потому что дом, про который нам сейчас расскажет Наталья Леонова, координатор проекта «Иди и смотри необычную Москву» , хранит в себе массу легенд. Архитектор, который проектировал это здание, покончил с собой. В этом особняке была замурована любовница бывшего хозяина. В общем, хватит анонсов, перейдем к делу. Наталья, здравствуйте.

Леонова:

— Здравствуйте. Единственное, Наташ, вы так всех позвали туда, а нас внутрь, боюсь, не пустят, поскольку внутри особняка прочно засел посол Франции с супругой.

Андреассен:

— А мы вокруг походим. Там ведь невероятной красоты это здание.

Леонова:

— Вообще старожилы раньше считали, что дом овеян настолько негативной энергетикой, что старались вообще обходить его стороной.

Богатый купец Николай Васильевич Игумнов был одним из крупнейших совладельцев ярославской большой мануфактуры, владелец золотых приисков в Сибири , и вот он решил всех удивить в Москве . Пригласил для этого видного архитектора города Ярославля Николая Поздеева . Поздеев, кстати, в Ярославле очень красивые строения построил. И вот Игумнов ему дал задание: ты должен сделать так, чтобы все в Москве удивились. Поздеев увлекался древнерусским зодчеством — с кубышками, с такими бочонками, как построены храмы, и в Ярославле в том числе.

И сделал он небывалый дворец. А надо сказать, что раньше архитектор отвечал за все – за проект, за подрядчиков, за материалы, за смету, чтобы уложиться в те деньги, которые дал заказчик. Игумнов заказал ему дом на миллион рублей.

Андреассен:

— По тем временам бешеные деньги.

Леонова:

— Да. Но не ожидал, конечно, ни Поздеев , ни Игумнов, что наши ретрограды в Москве вообще не примут этот чудесный дом. Когда он был построен, люди сказали: господи, что это такое, избушка какая-то?!

Андреассен:

— Он действительно похож на большой терем.

Леонова:

— Да. Но как раз в тот момент вошли в моду дома в стиле модерн, и этот «терем» был воспринят как такой анахронизм. То есть, над домом стали откровенно смеяться. Естественно, Игумнов был не то что расстроен, он был в ярости! Он хотел же всех удивить, а получилось наоборот. Знать бы ему тогда, что именно этот его дом послужит впоследствии прообразом для Исторического музея, для ГУМа.

Но в итоге кому ему претензии предъявить? Архитектору. Сначала он просто стал на него орать: пошлость, безвкусица. Обиженный архитектор в сердцах заявил ему, что ты, мол, вообще сиволапый купец, если не понимаешь, какую я тебе красоту тут построил. Но Игумнов наорал в ответ на архитектора и прицепился к тому, что тот не уложился в миллион, обвинил его в растрате на 250 тысяч рублей. Это были бешеные деньги. И суд постановил оплатить излишки. Что делать архитектору? Он уезжает в Ярославль и заканчивает жизнь самоубийством.

Читать еще:  Сочинение на тему: «Береги честь смолоду.

Андреассен:

— И тут начинается другая трагичная история — с любовницей Игумнова?

Леонова:

— Да, говорят, что у него была любовница Любаша. Стала она жить практически одна, Игумнов редко там появлялся.

Андреассен:

— То есть он ее селит в этом огромном тереме?

Леонова:

— Да. У него же семья в Ярославле осталась. Как уже видно по предыдущим эпизодам с архитектором, человек он был с крутым нравом, за словом в карман не лез. И вот как-то раз у них с Любашей случилась ссора, он заподозрил ее в измене (а ей стало скучно, и она стала активно приглашать в дом гостей). И вот Игумнов в разгар той ссоры ее толкнул, и Любаша ударилась — насмерть. К слову, ударилась о ту самую лепнину, которая удорожила этот проект и стала причиной раздора с архитектором. Потом, как говорят, Игумнов ее замуровал в эту стену, чтобы скрыть труп. Такие слухи ходят до сих пор.

Андреассен:

— Тогда давайте дальше о слухах. Потому что говорят, мол, ее приведение периодически там появляется, возвращается на место.

Леонова:

Андреассен:

— Не слышали ли вы, послов не пугало привидение?

Леонова:

— Я не общалась с ними. (Смеется.) Игумнов же после этого события решил… устроить бал! Надо же было как-то презентовать общественности свой дом. А чтобы показать баснословное богатство, велел усыпать пол в огромном парадном зале царскими монетами. Но чем он думал, вообще непонятно. Ведь ему даже не пришло в голову, что гости будут ходить не только по золотым монетам, а по изображению императора! Нашлись, конечно, те, кто…

Андреассен:

— . Кто подобрал, рассмотрел.

Леонова:

— . И донес тем, кому Игумнов не нравился. Игумнова сослали в Абхазию (ныне это Пицунда ). На самом деле Игумнов молодец, он там зря времени не терял. Он и сад огромный развел, устроил на бывших болотах сады с мандаринами, киви, манго, табаком, лечебными травами. Сейчас в Абхазии практически каждый житель Пицунды, показывая приезжим свой город, говорит: это Игумнов посадил, это Игумнов построил.

Андреассен:

— В общем, можно сказать, что ссылка пошла ему на пользу: он исправился и начал работать на благо страны.

Леонов:

— Игумнов умер в 24-м году, то есть уже в советский период. В этом же году умер вождь мирового пролетариата Владимир Ильич Ленин .

Андреассен:

— Тут, я чувствую, опять к какой-то мистике подбираемся.

Леонова:

— Да. Сначала в доме Игумнова на Большой Якиманке был клуб, общежитие, Гознак . И вот после смерти Ленина было решено основать Институт мозга, чтобы изучать мозг Владимира Ильича Ленина на предмет гениальности. Представьте себе, в 1925 году из особняка выселяют Гознак и начинают работать с мозгами знаменитых людей. Туда же были привезены и мозги поэтов Маяковского , Багрицкого, писателя Горького , Кирова , Куйбышева , Луначарского и т.д.

Андреассен:

— А по какому списку они шли, как они выбирали, почему именно этих, а не тех?

Леонова:

— Трудно сказать. Выдающиеся люди, отличавшиеся от обычных простых людей, с точки зрения таланта какого-то — поэтического, политического. Вот изучали, и изучают, кстати, до сих пор, но институт уже не там.

Андреассен:

— А вот где именно — об этом узнаем в следующей нашей программе, когда отправимся к другому особняку. До встречи.

Читайте и слушайте продолжение истории о домах Игумнова по ссылке

Источники:

http://kudago.com/msk/place/dom-kupca-igumnova/
http://kulturologia.ru/blogs/290619/43532/
http://www.kp.ru/radio/26511/3525275/

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector