1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Фредерик шопен история. Зима на Майорке

Любовь Шопена и Жорж Санд на Майорке в Испании

Шопен прибыл в Пальму, главный город Майорки, в ноябре 1838 года в компании баронессы Авроры Дюдеван, известной под литературным псевдонимом Жорж Санд, и ее двух детей. Роман юного музыкального гения и знаменитой писательницы был в Париже предметом пересудов, и любящие сердца хотели укрыться от любопытных глаз в каком-нибудь дальнем уголке.

К тому же Шопен перенёс тяжёлое воспаление лёгких, и врачи рекомендовали ему провести зиму в теплом климате. Выбор пал на Майорку. Казалось, нетронутая цивилизацией природа прекрасного острова в Средиземном море была создана для романтического отдыха. В начале Фредерик восхищался островом. «Небо как бирюза, море как лазурь, горы как изумруды, воздух как на небе».

Но райская идиллия обернулась адом. Местные жители отнеслись к путешественникам крайне неприязненно. В глухой испанской провинции царили строгие нравы, и Жорж Санд, которая носила мужские костюмы, курила трубку и открыто делила кров с молодым любовником, привела благопристойных островитян в ужас. Общество скандальную чету отвергло, торговцы отказывались отпускать им товар, прохожие на улицах осыпали Жорж Санд проклятиями и кидали в Шопена
камни.

Не менее враждебной оказалась и природа. Зима 1838 года на Майорке выдалась на редкость холодной и дождливой. Деревянный дом, который пара арендовала в окрестностях Пальмы, не отапливался, и слабые лёгкие Шопена немедленно отреагировали на промозглую сырость. Местные врачи констатировали начало чахотки. Молва о страшной болезни, считавшейся в те времена опаснее чумы, в мгновение ока распространилась по городу. Владелец дома безжалостно выгнал Жорж Санд с детьми и больным Шопеном на улицу, а вещи, которыми они пользовались, сжёг. Найти новое жилье было невозможно. На несколько дней семейство приютил французский консул, а затем писательнице удалось снять келью в пустующем монастыре в горном селении Вальдемосса в 17 километрах от Пальмы.

Здесь жизнь оказалась ещё труднее. Ливни не прекращались, по каменным коридорам заброшенной обители гулял ледяной ветер, в окна кельи стучал дождь. Деревенские жители шарахались от странного семейства, как от прокажённых, и ни в какие контакты с чужаками не вступали. Жорж Санд приходилось все делать самой — вести хозяйство, ездить в Пальму за продуктами, готовить еду, заниматься детьми, день и ночь сидеть у постели больного. Холод и бытовая неустроенность окончательно подорвали здоровье композитора. К началу февраля его состояние резко ухудшилось, и Жорж Санд с трудом удалось перевезти слабеющего Шопена на материк.

Все счёты с обидчиками Жорж Санд свела оружием, которым владела в совершенстве, — пером. В опубликованной в 1841 году документальной повести «Зима на Майорке» она со всем блеском литературного таланта описала свои страдания на негостеприимном острове.

Выход повести подтвердил истину о том, что плохая реклама тоже работает. Читатели догадались, кто был безымянным спутником Жорж Санд, которого она деликатно называет «один из членов моей семьи», и поклонники таланта Шопена потянулись на остров увидеть своими глазами места, связанные с жизнью гения. Воспоминание о печальной любви великого польского композитора и знаменитой французской писательницы до сих пор окружает этот элегантный курорт неким романтическим ореолом и как магнит притягивает сотни тысяч гостей со всего мира.

Сегодня имя великого польского композитора — важная часть туристического бренда Майорки. В рекламных буклетах Шопена и Жорж Санд именуют не иначе как «первыми туристами» и «родоначальниками туризма на Майорке». Вальдемосса стала центром культурного туризма, а поездка в этот живописный городок — самой востребованной местной экскурсией. В старом монастыре открылся музей, на площади у стен обители установлен памятник композитору. В пристройке к монастырю каждый час можно послушать музыку Шопена. Небольшой фортепианный концерт обычно завершает прелюдия «Капли дождя» — шедевр, сочинённый композитором зимой на Майорке.

Покидая монастырь, можно вспомнить слова Ференца Листа. «Искусство сильнее художника. Его типы и герои живут жизнью, не зависящей от его шаткой воли, так как представляют собой одно из проявлений вечной красоты. Более долговечные, чем их творец, они переходят из поколения в поколение, неизменными и неувядающими, тая в себе скрытую возможность искупления для своего автора».

Прелюдия №15 ре-бемоль мажор

Создание прелюдий Шопена и связанное с ними путешествие на Майорку овеяно легендами и преданиями, без конца повторяемыми в разных вариантах на протяжении прошедших более 170 лет уже несколькими поколениями биографов и музыковедов. Начальным источником этих легенд являются, по-видимому, все же письма самого Шопена и воспоминания Жорж Санд (так называемая «История моей жизни»).

По одному из преданий однажды Шопен музицировал в одиночестве, пока Жорж Санд с детьми ездила за покупками. Шопен задремал, и ему пригрезилось, что из здания напротив выходят какие-то страшные монахи и со зловещим пением обходят вокруг его жилища. Шопен никак не мог отделаться от этого мрачного видения. Когда Жорж Санд с детьми вернулась с покупками из города, она застала Шопена в обмороке у фортепиано. Приходя в себя, Шопен произнёс странные слова, которые любят повторять все биографы: «Я думал, что вы все уже умерли. »
По одному из вариантов легенд, медленное, зловещее, неумолимо приближающееся и отдаляющееся шествие этих страшных монахов и воплощено в средней части этой прелюдии.

Читать еще:  Угарные статусы. Самые угарные статусы

Другие части прелюдии пронизаны нежными и ласковыми интонациями дождя, как бы переломленными через лирическое восприятие Шопена. Поэтому эту прелюдию часто называют «прелюдией в дождевых каплях».
В конце прелюдии особенно явственно чувствуется, как падают последние, сверкающие на солнце, капли дождя и вздыхает обновлённая грозой земля.

прелюдия в каплях дождя
Шопен, вспоминаю тебя
Майорка из грусти и нот
в сердце моем живёт
прелюдия в каплях дождя.

И сыт, и пьян, и нос в табаке.
Да ещё прелюдия Шопена в финале путешествия.
Ну просто сказочно повезло.
Спасибо, Эллен!

Янис Гриммс 04.12.2017 19:40

мы знаем, какая у него
была прелюдия в конце путешествия.
не дай,бог,никому

Эллен Бали 04.12.2017 19:49

***
Ну так мы же не о Шопене, а о себе, любимых.

Экскурсия в музей Шопена и Жорж Санд на острове Майорка

Здравствуйте, друзья! Живописные Балеарские острова привлекли многих творческих людей и вдохновили их на создание талантливых произведений. Так, Фредерик Шопен на Майорке (или на Мальорке) написал не менее трех десятков прелюдий и других музыкальных произведений.

Хотя и пребывал на острове вместе со своей спутницей Жорж Санд непродолжительное время – всего лишь одну зиму. Оставил свой след на Майорке и еще один гений — Антонио Гауди.

Данный пост посвящен знаменитой паре. Останавливались Шопен и Жорж Санд в небольшом городке на западном побережье острова в Картезианском монастыре, где сейчас открыт соответствующий музей. Музей занимает бывшую келью №4, которую снимали пианист и писательница.

В качестве экспонатов музея можно увидеть не только личные предметы, но и дары, переданные потомками Шопена и Жорж Санд. Теперь обо всем по порядку:

  1. Жорж Санд и Шопен на Майорке
  2. Музей в монастыре

Жорж Санд и Фредерик Шопен в Вальдемоссе

Эта известная пара приехала на Майорку в ноябре 1838 года. Шопен отличался слабым здоровьем, и предполагалось, что курортный островной климат благоприятно скажется на самочувствии композитора.

Выбор пал на городок Вальдемосса, расположенный на север от Пальма де Майорка в красивой горной местности. Забегая вперед, посмотрите, какие пейзажи открывались из окон кельи, в которой остановился Шопен и его спутница Жорж Санд со своими детьми-подростками:

Отношения этой пары вряд ли можно отнести к категории «чистой и светлой любви». Жорж Санд — страстная женщина, пережившая несколько романов, — удивлялась сама себе, чем ее так увлек меланхоличный и болезненный юноша, на 6 лет моложе ее, и которому только исполнилось 27 лет.

Настороженно приняли этот союз, а вернее отсутствие официального союза, и на Майорке. Пуританское общество отказалось предоставить Жорж Санд и Шопену частные апартаменты, и они вынуждены были обратиться с просьбой о крове в Картезианский монастырь. В 1835 году монастырь упразднили, а монашеские кельи государство сдавало в аренду богатым жителям Майорки и приезжим.

Парадоксально, но пребывание на Майорке, которая воспринимается нами исключительно как благодатный курорт, совершенно не пошло на пользу композитору. Шопен и Жорж Санд провели на острове зиму, и в это время у композитора только обострились проблемы со здоровьем.

Он скептически отзывался о монастырском жилье и крайне страдал от островной зимы. Помещение было сырым и холодным. Не справлялись с обогревом и те средневековые приспособления, которые были в распоряжении обитателей бывшего монастыря. В центре фотографии изображен как раз такой прибор – он стоит на входе из внутреннего дворика в келью Шопена:

Шопен сокрушался некомпетентностью местных врачей. За период пребывания на острове пианиста обследовали три врача и вынесли заключение одно печальнее другого. Как грустно шутил Шопен, первый из лекарей сказал, что пациент уже мертв, второй – что он уже умирает, а третий изрек, что композитор собирается умереть.

В итоге, в феврале Шопен и Жорж Санд уехали с острова во Францию. Но, несмотря на неблагоприятные условия, мальоркский период стал для композитора вполне плодотворным. На Майорке он создал ряд произведений, ставших в последствие мировым достоянием. В настоящее время уже несколько десятилетий в Вальдемоссе проходит ежегодный музыкальный фестиваль, посвященный композитору.

Музей Шопена и Жорж Санд в Картезианском монастыре

В Картезианском монастыре открыто несколько экспозиций. Келья №4 стала музеем благодаря активной деятельности внучки Жорж Санд, собравшей коллекцию материалов о жизни и творчестве писательницы. В 1969 году экспозицию дополнили материалами о Фредерике Шопене. Наряду с варшавской это самая полная коллекция, иллюстрирующая жизнь и творчество композитора и пианиста.

Перед тем, как войти в музей, посетители увидят восковые фигуры двух талантливых личностей. Помню, как в школьном возрасте я не могла оторваться от «Консуэло» — пожалуй, самого популярного произведения Жорж Санд. А кто-то, возможно, не мог прожить без музыки Шопена…

Как выглядит келья, ставшая музеем? Это своеобразные апартаменты с миниатюрным внутренним двориком, вокруг которого расположены комнаты, а одна из сторон продолжается балконом.

Думаю, что в летнюю пору Шопену понравилось бы его место проживания. Потому что природа в этом уголке несказанно красивая.

А с высоты балкона открываются те великолепные пейзажи, которые изображены на второй фотографии этого поста.

В комнатах выставлены предметы, которыми пользовались в свое время знаменитые постояльцы кельи. Наиболее впечатляющим является готическое кресло XV века – практически трон, на котором любила сидеть Жорж Санд:

Читать еще:  Человечки из love is. Красивая надпись LOVE

Когда Шопен и Жорж Санд разместились в Вальдемоссе, композитор приобрел пианино. Но он привык к инструментам, которые изготавливала фирма Pleyel . В итоге, в декабре маленькое пианино фирмы Pleyel было доставлено из Парижа на Майорку. А в январе Шопен отправил своему другу и владельцу фирмы несколько страниц нот с новыми прелюдиями, сообщив, что смог завершить произведения именно на любимом инструменте. Но в экспозиции музея все же выставлен другой инструмент, приобретенный во время проведения международного фестиваля Шопена в Вальдемоссе:

Одно из помещений музея напоминает гостиную. Вероятно, подобную роль эта комната и выполняла. На стенах комнаты размещены портреты Фредерика Шопена и Жорж Санд. И здесь же находится более ста акварельных работ старшего сына писательницы.

Самой большой ценностью музея являются партитуры, написанные рукой композитора. Кстати, рука и посмертная маска также прилагаются:

Музей Шопена небольшой, но непродолжительная жизнь композитора оставила так мало вещественных свидетельств, что коллекция на Майорке обладает самым внушительным перечнем. Даже портретов осталось не более одного-двух…

Но самое большое богатство и достояние из жизни композитора – это его музыка. Настоящим ценителям классической музыки предлагаю послушать Скерцо в исполнении талантливой пианистки Kate Liu. Не может оставить равнодушным невероятное погружение и отточенная техника исполнительницы:

Друзья, предвижу вопрос: кто же посетил Майорку и предоставил фотографии для этой статьи? Я о Балеарских островах все еще только мечтаю))) А отдыхать на Майорку с приятной периодичностью ездит моя подруга Катя. И поскольку она останавливалась в нескольких городах острова, то уже посетила много интересных мест. Постараемся вместе с Катей рассказать о достопримечательностях Майорки на страницах блога.

Жорж Санд — Зима с Шопеном (сборник)

Описание книги «Зима с Шопеном (сборник)»

Описание и краткое содержание «Зима с Шопеном (сборник)» читать бесплатно онлайн.

Зимой 1838 года Жорж Санд вместе со своими детьми и новым возлюбленным, чрезвычайно одаренным молодым человеком по имени Фредерик Шопен, приехала на солнечный остров Майорка.

Композитор был тяжело болен, и самая эксцентричная писательница своего века, Жорж Санд, надеялась, что теплый воздух Майорки излечит молодого гения. Эта зима послужила началом одного из самых странных романов XIX века. Железная леди, любящая облачаться в мужские наряды, и чрезвычайно ранимый композитор, способный упасть в обморок от дуновения ветра. Одни называли Шопена проклятием, другие – даром свыше.

Перед вами – исповедь величайшей писательницы XIX века, история любви Жорж Санд и Фредерика Шопена на фоне загадочной и прекрасной Майорки.

Un hiver à Majorque

© ООО «ТД Алгоритм», 2016

Зима на Майорке

Предположительно пятьдесят лет назад два английских путешественника открыли долину Шамони, расположенную в Альпах, по крайней мере, так гласит надпись, высеченная ими на камне у подножия ледника Мер де Гляс.

С точки зрения географического положения этой миниатюрной долины подобное утверждение может показаться несколько преувеличенным, но вполне оправданным, если учесть, что те путешественники, чьих имен я сейчас не помню, первыми открыли эти романтические места поэтам и художникам, в том числе Байрону, который именно здесь задумал свою знаменитую трагедию «Манфред».

В широком смысле, с точки зрения моды, Швейцария стала открытием для светского общества или артистической богемы только в прошлом веке. Жан-Жак Руссо стал поистине Христофором Колумбом альпийской темы в поэзии, а также, как справедливо заметил месье де Шатобриан, родоначальником романтизма во французской литературе.

Возможно, мои достижения не столь значительны, чтобы претендовать на такое же бессмертие, какое заслужил Жан-Жак, но, учитывая тот известный опыт, который я имею, я бы, пожалуй, могла последовать примеру тех двух англичан, оставивших надпись в долине Шамони, и таким образом претендовать на роль первооткрывателя острова Майорка. Однако мир стал настолько взыскательным, что сегодня недостаточно просто высечь свое имя на каком-нибудь балеарском утесе. Сегодняшняя аудитория ждет от меня подробного повествования или, по меньшей мере, достаточно художественного описания моего путешествия, которое было бы способно вызвать в читателе желание отправиться по моим следам. За все время пребывания в этой стране ко мне так ни разу и не пришло чувство восторженности, и я не буду претендовать на факт совершения открытия ни посредством наскальных надписей, ни на бумаге.

Если бы я писала свое повествование тогда, под тяжестью одолевающих меня лишений и невзгод, едва ли было бы возможно вести описание своего открытия в восторженном тоне, и ни один мой читатель не поверил бы в то, что таковое имело место. Тем не менее сегодня я осмелюсь заявить, что да, имело – открытие Майорки миру художников как одного из красивейших мест на земле и одного из самых малоизвестных. Там, где живописать нечего, за исключением природных красот, литературные попытки их запечатлеть выглядят настолько никчемными и неуместными, что я к ним даже и не прибегала. Передать любителю странствий все величие и очарование природы можно только с помощью пера художника или резца гравера.

В моей памяти так и не пробудились бы сегодня воспоминания того далекого времени, если бы одним недавним утром я не нашла на своем столе занятный томик Ж. Б. Лорана[1] «Воспоминания о путешествии художника на остров Майорка».

Для меня было истинным удовольствием снова открыть для себя Майорку с ее пальмовыми деревьями, алоэ, памятниками арабской культуры и греческими одеждами. Я узнавала каждое описываемое в книге место по особой характерной для него поэтичности. И все воспоминания, уже давно забытые, или, по крайней мере, считавшиеся мною забытыми, воскресли в моей памяти. Любая лачуга, любая кустарниковая заросль пробуждали во мне, как теперь говорят, целую вереницу воспоминаний. Именно тогда во мне появились силы если не рассказать о своем путешествии, то, по крайней мере, перечитать воспоминания г-на Лорана, талантливого и трудолюбивого человека, виртуоза своего дела и мастера, снискавшего добрую славу. Присвоенные себе лавры первооткрывателя острова Майорки мне следует, несомненно, уступить ему.

Читать еще:  Картины на которых изображены дети. Искусство

Путешествие г-на Лорана в самое сердце Средиземноморья, к берегам, где море порой столь же неприветливо, как и жители, заслуживает гораздо большей похвалы, нежели пеший поход двух небезызвестных англичан к горе Монтанвер. И если наступят такие времена, когда цивилизованная Европа избавится от таможенных барьеров и полиции – прямого олицетворения недоверия и межнациональной неприязни, и когда от берегов Франции к берегам этого острова будут проложены прямые пароходные маршруты, тогда Майорка будет достойно конкурировать со Швейцарией, поскольку с появлением возможности добираться туда в считанные дни люди, безусловно, откроют для себя всю ту пленительную красоту, все то невиданное и потрясающее великолепие, которые станут новой духовной пищей для художников.

А пока, положа руку на сердце, я могу рекомендовать подобное путешествие исключительно тем художникам, которые обладают крепким физическим здоровьем и страстным характером. Безусловно, недалек тот день, когда любой самый изнеженный дилетант или просто хорошенькая барышня смогут так же легко и беззаботно приезжать в Пальму, как они сегодня ездят в Женеву.

Г-на Лорана долгое время интересовали художественные работы г-на Тейлора, посвященные французским памятникам старины; и год назад ему пришла в голову идея собственными силами отправиться на Балеарские острова, о которых он имел настолько отдаленное представление, что, по его признанию, как только он ступил на эту землю, сердце его забилось от страха перед возможным крушением всех его светлых надежд. Но он не мог не найти здесь всего того, к чему он так стремился, и не воплотить в жизнь все свои замыслы, ибо, еще раз напомню, Майорка для мастеров живописи – это поистине Эльдорадо. Здесь все живописно – от самой скромной крестьянской хижины, сохранившей в себе особенности жилищ времен арабского завоевания, до одетого в лохмотья ребенка, чья горделивость даже его рваной одежде придает благородство (подобное сравнение использовал Генрих Гейне в своем описании торговок овощного рынка в Вероне). Местному ландшафту, отличающемуся от североафриканского ландшафта более обильной растительностью, присущи те же широта, спокойствие и простота. В нем зеленые тона пейзажей Гельвеции (латинское название Швейцарии – Прим. ред.), насыщенные светом калабрийского солнца, и вместе с тем торжественность и таинственность Востока.

В Швейцарии несущиеся отовсюду бурные потоки и бесконечно плывущие облака создают впечатление изменчивости тонов или, другими словами, впечатление непрекращающегося движения, которое средствами живописи не всегда можно достаточно полно воспроизвести; здесь природа как бы насмехается над художником. На Майорке же она его как будто зовет или манит. Растения могут принимать несвойственные им причудливые формы, однако не имея при этом беспорядочного излишества, подобного тому, за которым порой становятся невидимы особенности швейцарского пейзажа. Вот на фоне яркого неба вырисовывается неподвижный контур горной вершины; вот пальма склонилась над обрывом, не позволяя своенравному морскому ветру трепать свою роскошную шевелюру; даже самый корявый кактус, под стать всему остальному, будто позирует на обочине дороги так, что нельзя оторвать глаз.

Вступлением к моему дальнейшему повествованию будет попытка дать краткое определение самому главному острову из Балеар, наподобие тех, какие содержатся в географических справочниках. Это не так просто, как кажется, особенно когда приходится собственными силами разыскивать необходимые сведения в недрах самой страны. Осторожность, свойственная любому испанцу, так же как и недоверчивость, свойственная любому островитянину, настолько велики, что ни один иностранец не застрахован от риска оказаться «тайным агентом», обратись он здесь к кому-либо даже с самым невинным вопросом. Добропорядочный г-н Лоран был в буквальном смысле арестован одним таким бдительным начальником за правонарушение, которое заключалось в том, что он посмел сделать набросок понравившейся ему разрушенной крепости. Ему было предъявлено обвинение в зарисовке плана оборонительного сооружения. После чего наш путешественник зарекся никогда не приступать к пополнению своего альбома очередным эскизом, предварительно не убедившись, что находится за пределами расположения объектов, являющихся местами заключения государства Майорка. Соответственно, он внимательно следил за тем, чтобы все его вопросы сводились лишь к месторасположению троп, ведущих в горы, и чтобы единственным документальным источником, к которому он обращался, были собственно каменные руины. За четыре месяца, проведенные на Майорке, мне бы так и не удалось собрать больше сведений, чем удалось собрать ему, если бы не та скромная информация об этой географической территории, которую мне удалось раздобыть. Однако эти источники породили во мне множество сомнений. Все эти устаревшие труды зачастую противоречили друг другу. Истории, рассказанные путешественниками, были, как правило, настолько претенциозны и неуважительны по отношению к свидетельствам друг друга, настолько много в них содержалось взаимных обвинений в представлении неверных сведений, что возникало желание внести свои собственные исправления в допущенные ими ошибки, тем самым рискуя, в свою очередь, совершить еще больше новых. Далее следует составленная мною статья для географического справочника. Но для начала, как и подобает истинному путешественнику, я заявляю, что мое описание, безо всяких сомнений, превосходит все другие, ранее имевшие место.

Источники:

http://www.stihi.ru/2017/11/30/4434
http://euro-provodnik.ru/yekskursiya-v-muzey-shopena-majorca.html
http://www.libfox.ru/640444-zhorzh-sand-zima-s-shopenom-sbornik.html

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector
×
×