1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Франсуа-Жак Оссанг. Великий мятежный стиль

Жак-Франсуа Ансело: «Молчаливый Новгород стоит между двумя столицами как урок превратности судьбы!»

Москва, июль 1826 года

Как ни сильны чувства, которые внушил мне величественный и необычный вид города, где меня ждут ужасные воспоминания и пышные празднества, как ни горячо мое желание провести тебя мысленно среди его причудливых зданий, нагромождений монастырей, дворцов, церквей и хижин, я должен, мой друг, оглянуться назад и представить тебе краткий отчет о проделанном мной пути. Санкт-Петербург отделен от Москвы расстоянием в семьсот двадцать семь верст (около двухсот французских лье), и эта дорога, проложенная по прямой через леса, песчаные равнины и болота, преодолевается с невероятной быстротой, ибо нет в мире другой страны, где можно путешествовать дешевле и быстрее. Поэтому здесь самое время, мой дорогой Ксавье, рассказать тебе о русских кучерах, чья ловкость и бесстрашие заслуживают большего, чем простое упоминание.

Сидя на возвышении и управляя четверкой лошадей, перекладывая вожжи из руки в руку, русский кучер, кажется, не боится ничего на свете. Как бы ужасна ни была дорога, он пускает свою квадригу в галоп и, крайне редко пользуясь висящим на руке кнутом, подбадривает скакунов криком. На протяжении всего перегона, что часто составляет двадцать пять — тридцать верст (то есть более восьми лье), он не перестает беседовать со своими лошадьми, а они, кажется, действительно понимают его. Вообрази, что, обращаясь с этими животными мягче, чем его хозяин с ним самим, он не отдает им ни одного приказа, не объяснив его мотива! Я попросил слугу, служившего нам переводчиком, перевести некоторые из этих нескончаемых монологов, лишь изредка сменяемых народной песней.

Меняя тон и интонацию голоса в зависимости от возраста, силы и характера каждой из четырех лошадей, русский кучер взывает к опыту старшей, побуждая ее подать добрый пример подругам, поддразнивает ленивую разнеженность той, которая, простояв несколько дней на конюшне, должна искупить постыдное бездействие новым рвением, не сомневается, что гордость не позволит самой крупной уступить менее статным, а самую молодую, поставленную в ряд с заслуженными бегунами, убеждает доказать своим усердием, что она заслужила эту честь. Таков, мой друг, смысл разговоров русского кучера со своими лошадьми. Речи эти, то доброжелательные, то ворчливые, производят очевидное действие на животных. Когда возница доволен, он награждает их нежнейшим именем «голубчики мои»: это самое лестное прозвище, ибо голуби составляют для русского народа предмет особой любви и даже поклонения. Он нежно заботится об этих птицах, убивать или есть их считается преступным: это одно из многочисленных здешних суеверий.

Бесстрашие русских кучеров и их презрение к опасности часто подвергает суровому испытанию мужество путника и прочность коляски. Преодолеть расстояние как можно скорее — такова, по мнению этих храбрецов, их первейшая обязанность. Гоня лошадь во весь опор, они мало заботятся о том, что происходит у них за спиной, главное для них — добраться до места. Рассказывают, что один кучер доехал однажды до станции с половиной коляски, тогда как другая половина вместе с пассажирами осталась в пыли за лье от места назначения. Кучер же ничего не заметил: он мчал во весь опор, покрикивал на лошадей и распевал песни.

Совершенно уверенные в своей ловкости, русские возницы обычно пренебрегают предосторожностями, часто так необходимыми в дороге. Оказывается, что и в самом деле почти нет такой поломки, которую они не могли бы устранить. В их искусных руках в дело идет все, что подвернется под руку: ось они сооружают из ветви дерева, прочную веревку — из березовой коры. Как бы серьезно ни было происшествие, первое, что скажет русский крестьянин, это «ничево» (то есть ничего страшного), и добавит: «небось» (не бойтесь). В деревнях эти люди сохраняют детскую наивность, жизнь кажется им игрой. Когда вы приезжаете на станцию, вас ожидает человек пятнадцать — двадцать длиннобородых крестьян. Чтобы решить, кому из них ставить вам лошадей и везти до следующей станции, они бросают жребий: берутся за правую постромку и перебирают ее по очереди. Тот, чья рука окажется последней, и есть избранник судьбы, и, приняв поздравления товарищей, он принимается за исполнение долга, выпавшего ему по воле случая.

Читать еще:  Пирамида атея. Пасьянс пирамида атея

Я говорил, мой друг, что нигде в мире нельзя путешествовать так дешево, как в России, и могу это доказать. В этой стране плата за лошадь составляет 5 копеек (5 сантимов) с версты, что во Франции соответствовало бы семи су за один перегон между почтовыми станциями. Определенных чаевых не установлено, ямщики полагаются на великодушие путешественника, и крохотная сумма делает его в их глазах гением щедрости. Заплатив 80 копеек (16 су) за целый перегон, который, как я говорил, часто равняется двадцати пяти или тридцати верстам, вы станете объектом безграничной благодарности, выраженной самым живейшим образом. Подъезжая к станции, кучер будет кричать: «Поспешай, орлов везу!» Если же седоки скупы, он упреждает своих собратьев, что везет ворон. Кто же откажется прослыть орлом за столь сходную цену?

В повозку обычно впрягают четверку лошадей; таким образом, вы проезжаете одну версту за 20 копеек (или сантимов), а так как 7 верст составляют один французский почтовый перегон, нетрудно сосчитать, что за 1 франк 40 сантимов можно проехать 2 лье, тогда как во Франции то же расстояние обходится в 5 франков — и на двух лошадях.

Первый достойный упоминания город на пути из Петербурга в Москву — знаменитый Новгород. Когда думаешь о его былом величии, когда вспоминаешь старую русскую пословицу «Кто устоит перед богами и великим Новгородом?» — начинаешь испытывать страх, осматривая печальные руины древнего великолепия. Здесь колыбель русской монархии; на этих улицах, сегодня столь малолюдных, некогда блистал военным великолепием еще дикий двор. Эти разрушенные стены выдержали многочисленные осады, эти шестьдесят церквей, куда сегодня лишь изредка забредают прихожане, некогда едва вмещали толпу верующих, чье благочестие служило их благоденствию. Теперь все пустынно, уныло, и молчаливый Новгород стоит между двумя столицами как урок превратности судьбы!

В этом городе можно полюбоваться также деревянным мостом длиной в триста футов и собором св. Софии с древними фресками; полагают, что они старше эпохи итальянского Возрождения. В сорока верстах от Новгорода, среди бескрайних песчаных равнин, удивленного путешественника встречает холм. Говорят, что это курган, могила знаменитого колдуна, о чудесных деяниях которого сложены легенды. Вскоре взор путника, утомленный однообразием этих вечных лесов и бескрайних равнин, где ничто не привлекает к себе внимания, с восхищением начинает открывать плодородные поля, озера, холмы и горы. Это русская Швейцария, и в самом деле напоминающая миниатюрный слепок с богатых и живописных кантонов Гельвеции. На фоне очаровательного пейзажа, на берегу озера и у подножия холма стоит городок Валдай. Но стоит путешественнику въехать в него, как неожиданно его неопытность оказывается под угрозой. Коляску окружает несметная толпа торговок баранками, Армид в коротких юбках, чья бесстрашная навязчивость не дает чужестранцу ни минуты покоя. Если, он остановится здесь на ночь, посягательства возобновятся, ибо эти торговки, большей частью молоденькие и хорошенькие, занимаются не только открытым промыслом, но и тайным, менее невинным и более выгодным. Хозяйки гостиниц, их сообщницы и наперсницы, отворяют им двери, и чтобы сохранить добродетель, путешественник должен призвать на помощь всю свою осторожность.

Город Торжок славится на всю Россию изделиями из вышитого сафьяна и восхищает путешественников благородной архитектурой своей церкви. В шестидесяти верстах отсюда расположена Тверь, губернский город, один из самых красивых в этой стране. Здесь вы переезжаете Волгу по мосту длиной в пятьсот пятьдесят футов. На всех этих станциях вполне приличные трактиры, однако от надежды спать на кровати приходится отказаться. В каждой комнате стоит большой кожаный диван, набитый конским волосом. На них и проводят ночь путешественники, каков бы ни был их чин. Русские, привыкшие спать на чрезвычайно жестких матрасах, легко смиряются с таким отдыхом, но я должен признать, что и иностранец, сначала пораженный внезапным переходом от немецких перин к российским диванам, вскоре привыкает к этой разновидности походных кроватей и засыпает довольно покойно.

Читать еще:  Мои эссе: «Красный смех». Дневник мёртвого человека

Двенадцать часов прошло с момента, как мы выехали из Твери, но, горя нетерпением скорее увидеть Москву, мы решили ехать всю ночь. Солнце уже садилось за горизонт, густые тени ложились на дорогу, и лишь несколько слабых лучей еще светились на западе, подобно нежному воспоминанию в душе страдальца. Мы пересекали темный еловый лес и старались развеять дорожную тоску, рассказывая друг другу страшные истории. Мы воображали, что эти молчаливые края населены вооруженными разбойниками, представляли себе, как они набрасываются на нас, делят наши пожитки, и, смеясь над кровавыми сценами, читанными у Радклиф, невольно кидали окрест беспокойные взгляды, чтобы проверить, не воплотится ли игра нашего воображения в реальность. Вдруг мой товарищ по путешествию схватил меня за руку и показал на группу людей, стоявших впереди по нашей дороге и, казалось, поджидавших нас. Не меньше двадцати человек грелось у костра.

Огонь освещал их варварские лица и позволял нам как следует их рассмотреть. Обувь из древесной коры, меховые шапки, рубахи из грубого холста, овечьи шкуры на плечах, длинные усы и рыжие бороды, спадающие на волосатую грудь, медные лица и устремленные на нас горящие глаза явили нам картину, возможно, весьма живописную, но несколько волнующую, особенно на фоне наших недавних фантазий. Стараясь не выдать своего волнения, мы протянули руки к пистолетам, заряженным еще в Париже и ни разу не востребованным, и продолжали двигаться вперед. Когда мы поравнялись с этими страшными людьми, они встали и. согнулись в низком поклоне, самым почтительным образом желая нам доброго пути. Оказалось, то были ломовики; на этих долгих дорогах, где деревни далеко одна от другой, для них нет харчевен. Когда наступает ночь, они распрягают лошадей, отпускают их пастись в лес и разбивают лагерь у большого костра, а на рассвете собирают умных и послушных животных, которые покорно возвращаются под хомуты.

Счастливо избавившись от испуга, воспоминание о котором развлекало нас до конца поездки, мы продолжили свой путь и на четвертый день увидели блистающие купола, золоченые колокольни и наконец въехали в великолепный город, так скоро восстановленный из руин героическим патриотизмом. Если празднества, на которых я буду присутствовать и которые должен буду описать тебе, помешают мне осмотреть все так же тщательно, как в Петербурге, я постараюсь, по крайней мере, мой друг, не упустить ни одного из впечатлений, которые ожидают нас здесь в изобилии.

Дивизия Моритури / L’affaire des divisions Morituri (1985)

Средняя оценка:
1985. Франция. 75 минут.
Жанр: артхаус / музыкальный / сюрреализм-авангард.

Режиссер: Франсуа-Жак Оссанг.
Сценарий:Франсуа-Жак Оссанг ,
Оператор: Франсуа-Жак Оссанг,
Композитор:.

В главных ролях: Джина Лола Бензина, Филипп Сфез, Лионель Туа, Фрэнки Тавеццано .
В ролях: Hell-Now, Жоэль Барбу, Дэниэль Леже и др.

Интересные факты о фильме:

— в кино снялись постпанки Lucrate Milk

Мор: Панки, терроризм, нуар

Дебютный фильм панка-поэта Оссанга, поразившего в «Докторе шансе» стилем. «Дивизия Моритури» — работа дерзкая и непричесанная. То, что Сого Исии сделал для Японии «Взрывающимся городом», Оссанг предложил Франции дебютом, сняв в главных ролях музыкантов из Luсrate Milk. Основная тема фильма — гибель RAF, которая волновала и волнует всех радикалов, призрак тюрьмы Штамхайм со звукоизоляционными камерами, доводящими до безумия. Несмотря на то, что слово ‘RAF’ поизносится пару раз за фильм, становится понятно, что именно камеры сенсорной депривации и гибель в них тех, кто не по нраву обществу, серьезно задели автора. Он снимает панков на берегу, а думает о том, как умерла Майнхоф, пуская по экрану титры с описанием результатов опытов над людьми.

Читать еще:  Рафаэль санти картины. Лучшие картины рафаэля

«Дивизия» очень далеко отстоит от агитационного материала. Это нуар-панк, монологи главного героя-гладиатора, детективные элементы, утопающие в типичном артхаусном авангарде.

Меня гораздо больше самого фильма проперла идея гладиаторов в современном обществе. Главный герой, Этторе, — гладиатор, который дерется в игрушечном колизее, пока на него принимает ставки молодой букмекер. Кто-то выбрал одну судьбу, а кто-то, кто умеет умирать, решил стать гладиатором, чтобы мягкобрюхие буржуа снова почувствовали вкус к жизни, глядя, как люди умирают. Чем дальше идет государство, монополизируя право на насилие, тем сильнее невротизируется общество. Я бы не удивилась, если бы вместо реалити-шоу, где азартно показывают, как телки дерут друг друга за волосы, появились гладиаторские бои. Но парадокс «Дивизии Моритури» в том, что публики нет. Гладиаторы дерутся для себя. И это прекрасно. В этой идее есть такой мощный потенциал, что захотелось написать рассказ.

В фильмах Оссанга (Оссана? Оссанжа?) присутствует свежесть, энергия, хотя в «Дивизии» ему не повезло с главным героем — тому не хватает харизмы, его монологи выглядят хвастовством, театром. Но, если подумать, кем мог стать выживший член RAF? Нет, не доживающим свое стариком, только гладиатором.

Башня Сен-Жак

Tour Saint-Jacques

Не счесть всех достопримечательностей Парижа, но среди них есть несколько таких, которые были незаслуженно преданы забвению и только сегодня они вновь обретают свое место в истории и на карте достопримечательностей.

Такая участь постигла и башню Сен-Жак, которая находится совсем рядом со славной площадью Шатле.

Немного истории

Эта готическая красавица, высотой 52 метра, сегодня после проведенной недавно реставрации, выглядит несколько искусственной, кажется, что вместе со смытой копотью ушла и часть таинственности.

Башня производит несколько странное впечатление, одинокая готическая башня, рядом ни церкви, ни замка, нет даже развалин крепостных стен. На самом деле история ее настолько таинственна и глубока, что, кажется, само провидение сохранило эту древнюю свидетельницу былых времен Парижа, ее не разрушили ни преобразования, ни революции, пощадило время. Вот и стоит она в самом сердце Парижа еще с начала XVI века.

Венчает вершину одинокой башни статуя святого Иакова (Сен-Жак, Сантьяго, Сент-Джеймс), работа скульптора Шеньон. Но башня не всегда находилась в одиночестве, в былые времена это была колокольня огромнейшей церкви, занимавшей площадь всего нынешнего сквера, окружающего башню.

Сен-Жак – помощница алхимиков и ученых:

Это была Сен-Жак-де-ла-Бушери — старинная парижская церковь, находившаяся на пересечении главных дорог, в том числе и дороги на юг, тропы паломников к Сантьяго-де-Компостела, святыне находящейся в Испании. Жертвовали на церковь зажиточные мясники, богатые буржуа и писари, крошечные хибарки которых ютились рядом. Среди них был и Никола Фламель. Существует легенда, якобы в руки Фламелю попал таинственный манускрипт, с того времени занялся он поиском философского камня и формулы превращения металла в золото. Говорят – нашел, и тайны все раскрыл, но…

Никола Фламель умер и унес с собой все тайны, похоронили его в церкви, чудом сохранился и надгробный камень с надписью.

Со знаменитой церковью связано имя великого математика XVII века Блеза Паскаля, который неоднократно поднимался на вершину башни и там проверял свои открытия о земном притяжении и пустоте. Говорят, что именно здесь он придумал свой гидравлический пресс.

В этой церкви в начале XVIII века играл Франсуа Куперен – выдающийся композитор, а в конце XVIII века в Париже случилась революция…

Церковь была разграблена, продана на слом, но даже революционные власти не решились ломать башню Сан-Жак. В 1836 году Париж выкупил ее. Реконструкция и восстановление начались в 1854 году, башня представляла жалкое зрелище, сброшены на землю лев, орел, телец и ангел – символы евангелистов, сброшена и фигура Сен-Жака. К счастью, по крупицам удалось все восстановить. Глядя на «пламенеющую готику» башни, невольно задумываешься, над тем, какие тайны скрывает эта хранительница вечности.

Источники:

http://philologist.livejournal.com/10907236.html
http://www.ekranka.ru/?id=f3242
http://frenchparis.ru/tour-saint-jacques/

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector