163 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Есть ли манкурты в наше время. Манкурт — это кто

Есть ли манкурты в наше время. Манкурт — это кто

ввел в оборот Чингиз Айтматов в своем знаменитом романе «И дольше века длится день». В данном художественном произведении манкурт — это человек, оказавшийся в плену, при помощи зверской пытки превращенный в рабское бездушное существо, забывшее все о своей прошлой жизни и выполняющее любые распоряжения своего хозяина. Слово стало широко употребляться в переносном смысле, сделалось именем нарицательным. Презрительная кличка «манкурт» достается тем, кто забывает национальный язык и пренебрежительно относится к культуре своего народа.Этимология словаСуществует несколько версий происхождения слова. Предположительно Чингиз Айтматов, изобретая термин «манкурт», взял за основу древнетюркское прилагательное mungul, обозначающее «глупый, неразумный, лишенный рассудка». В киргизском современном языке для обозначения изувеченного человека употребляется слово munju. Принимая во внимание взаимовлияние монгольского языка и киргизского, можно предположить, что существительное «манкурт» происходит от «мангуу» — формы слова, имеющей значения: «тупой, глупый, слабоумный» и «идиот». Возможно, что лексема «манкурт» образована путем слияния древнетюркских корней gurut — «высушенный» и man — «опоясываться, надевать пояс».

В четвертом или пятом веке нашей эры Восточная Азия была охвачена процессом переселения. В период смуты в степях Туркестана, Западной Маньчжурии и Монголии возник союз кочевых племен, в который входили беглые рабы, обнищавшие крестьяне, дезертиры. Объединенные общей незавидной участью, люди были вынуждены влачить жалкое нищенское существование, поэтому сбивались в банды, промышляющие грабежом. Постепенно сборище бандитов превратилось в народ, вошедший в историю под именем жуаньжуаней. Это племя отличалось примитивными законами, отсутствием письменности и культуры, постоянной боевой готовностью и лютой беспощадностью. Жуаньжуани контролировали земли на север от Китая и стали настоящим проклятьем для кочевой Азии и соседних государств. Манкурт — это человек, порабощенный этим страшным народом.

Описание пытки
Неслучайно в описанной Айтматовым легенде повествуется именно о жуаньжуанях. Только этот безродный, беспощадный, варварский народ был способен выдумать столь изощренную, нечеловеческую пытку. Особенно жестоко это племя обращалось с пленными. Для того чтобы превратить человека в идеального раба, не помышляющего о восстании и бегстве, ему отнимали память путем надевания на него шири. Для процедуры выбирались молодые и сильные воины. Сначала несчастным начисто обривали головы, буквально выскабливали каждую волосинку. Затем забивали верблюда и отделяли наиболее плотную, выйную часть шкуры. Поделив на части, ее нахлобучивали на головы пленных. Шкура, словно пластырь, прилипала к свежевыбритому черепу людей. Это и означало надеть шири. Затем будущим рабам надевали на шею колодки, чтобы они не могли коснуться головой земли, связывали руки и ноги, вывозили в голую степь и оставляли там на несколько дней. Под палящим солнцем, без воды и пищи, с постепенно высыхающей шкурой, стальным обручем сжимающей голову, пленники чаще всего погибали от невыносимых мучений. Уже через сутки жесткие прямые волосы невольников начинали прорастать, иногда они проникали в сыромятную шкуру, но чаще загибались и вонзались в кожу головы, причиняя жгучую боль. В этот момент пленники окончательно теряли рассудок. Только на пятые сутки за несчастными приходили жуаньжуани. Если хотя бы один из пленников оставался в живых, это считалось удачей. Порабощенного освобождали от пут, давали напиться, постепенно восстанавливали силы и физическое здоровье.

Люди, не помнящие своего прошлого, ценились очень дорого. Они обладали целым рядом преимуществ с хозяйственной точки зрения. Манкурт — это существо, не обремененное сознанием собственного «я», привязанное к хозяину, как собака. Его единственная потребность — пища. Он равнодушен к другим людям и никогда не помышляет о бегстве. Только манкурты, не помнящие родства, могли выдержать бесконечное безлюдье сарозеков, не тяготились одичанием, не нуждались в отдыхе и помощи. И могли долго, неуклонно, монотонно выполнять самый грязный, нудный, тягостный труд. Обычно их приставляли к верблюжьему стаду, которое они зорко охраняли днем и ночью, зимой и летом, не жалуясь на лишения. Повеление хозяина было для них превыше всего. Манкурт был равноценен десяти здоровым невольникам. Известно, что за случайное убийство такого раба в междоусобных войнах, чтобы возместить ущерб, виновная сторона выплачивала выкуп в три раза больший, чем за уничтожение свободного соплеменника.

Легенда о манкурте

В романе «И дольше века длится день» одна глава посвящена древней легенде. О несчастной судьбе женщины по имени Найман-Ана рассказывает в своем предании Айтматов. Манкурт, о котором случайно услышала героиня повествования, оказался ее без вести пропавшим в бою сыном. Обычно, даже если родственники изувеченного пленника и узнавали о его страшной участи, то никогда не стремились спасти его. Человек, не помнящий родства, сохранял только внешнюю оболочку. Иначе рассудила Найман-Ана. Она решила во что бы то ни стало вернуть сына домой. Разыскав его среди бескрайних сарозеков, женщина попыталась вернуть юноше память. Однако ни тепло материнских рук, ни ее настойчивые речи, ни знакомые с детства колыбельные, ни приготовленная под родным кровом пища не помогли пленнику вспомнить свое прошлое. А когда коварные жуаньжуани внушили манкурту, что Найман-Ана хочет обмануть его, снять с него шапку и отпарить измученную голову, раб недрогнувшей рукой пустил стрелу в сердце матери. С волос умирающей женщины упал белый платок, превратился в птицу Доненбай, которая продолжала кричать, напоминая манкурту о его отце и забытом родном крае.

Автор предания, как уже говорилось, — известный писатель Чингиз Айтматов. Легенда о манкурте, в свою очередь, происходит из реального фольклорного источника. Писатель в одном из интервью рассказывает, что в эпосе «Манас», одном из величайших сказаний киргизского народа, есть упоминание об угрозе одного из воинов другому в случае победы нахлобучить ему на голову шири, чтобы отнять память. Других сведений об этом жесточайшем насилии над рассудком человека автор ни в фольклоре, ни в литературе не нашел. Исследователь К. Асаналиев, изучая эпос «Манас», нашел в нем строки, в которых враги пытаются надеть на юного Манаса шири.

Шири — это сыромятная кожа крупного скота, из которой кочевые народы в древности изготавливали посуду. У киргизов также существовал погребальный обычай, связанный с использованием шири. Если из-за неблагоприятных обстоятельств приходилось отложить похороны умершего в другой местности, его тело с соблюдением всех положенных обрядов заворачивали в шири и вешали на высокое дерево. Весной покойника отвозили на родовое кладбище и хоронили там. Известно упоминание лексемы «шири» в значении «колпак из сыромятной кожи, надеваемый на голову наказуемого». Такой вид пытки широко применялся у кочевых народов. Высыхающая шкура животного сжималась, причиняя человеку невыносимую боль. Манкурт — это человек, потерявший память под воздействием такой пытки, по версии Айтматова. Если предположить, что термин «шири» монгольского происхождения, то его значение — «шкура, кожа, сыромять». В киргизском языке наряду с лексемой «шири» используются производные: «ширеш» — «срастаться, слипаться» и «шириле» — «надевать на голову шири».

Читать еще:  Лейтенант из Собибора. Побег из лагеря смерти

Предание о манкурте тесно связано с основной темой повествования романа «И дольше века длится день». В нем описываются современные манкурты. Чингиз Айтматов стремился донести до своих читателей идею о том, что человек, лишенный исторической памяти, становится марионеткой, рабом навязанных ему понятий и представлений. Он не помнит наставлений отца и матери, забывает свое настоящее имя, утрачивает связь с национальной культурой своего племени и теряет свою самобытность. Особое значение в легенде придается тому, что несчастный манкурт, утративший информацию о своей человеческой сущности, сохранил память о том, как стрелять из лука, а значит — убивать. И когда поработители настроили юношу против матери, он уничтожил ее собственными руками. Историческая память — основа человеческой души, прививка от безнравственности и аморализма. Найман-Ана — символ этой памяти, без устали напоминающий людям об уроках прошлого.
Употребление слова

По данным журнала «Наука и жизнь» манкурт — это пример лексемы, введенной в русский язык недавно. В настоящее время значение этого слова сузилось до понятия о человеке, не помнящем родства, забывшем о своих предках. Информация о том, что эта утрата произошла в результате внешнего воздействия на психику и превращает испытуемого в раба своего хозяина, в значении существительного «манкурт» постепенно утрачивается.Большую популярность термин приобрел в Азербайджане, Киргизии, Молдове, Татарстане, Башкортостане. В этих странах слово «манкурт» имеет отрицательное значение, им называют людей, забывающих национальный язык и культуру.

У других авторов

Публицист Вертипорох Лилия называет манкуртом человека, «у которого империя удалила сердце и мозги, оставив только желудок». Константин Крылов описывает употребление термина «манкурт» в восьмидесятые годы прошлого века как несправедливую и презрительную характеристику человека, не очень интересующегося «позавчерашними новостями» о сталинских репрессиях и прочих событиях российской истории, а больше думающего о настоящем и будущем своей страны. Публицист и журналист Соловьев Владимир называет манкуртами граждан, пренебрежительно отзывающихся о своей Родине. Он считает людей, для которых уважение к памяти предков — пустые слова, генетической мутацией.

Экстремально

Раб, не помнящий родства. О судьбе таких несчастных мучеников написал известный Киргизский писатель Чингиз Айтматов в романе «И дольше века длится день».

Когда-то постоянно враждовавшие между собой кочевники-азиаты жестоко обращались с пленниками, но особо чудовищная участь ждала тех, кому предстояло стать манкуртами. Память рабов уничтожалась страшной пыткой. На их тщательно бритые головы надевалась шири — кусок толстой верблюжьей шкуры только что забитого матерого верблюда. Шкура своей мездрой, как пластырь, прилипала к обритой голове, словно резиновая купальная шапочка.

Из пяти-шести пленников выживал один, но он напрочь терял память и становился бессловесным получеловеком, рабом, готовым сутками напролет пасти скот, беспрекословно выполнять любую грязную работу и, кроме еды, ничего не требовать от хозяина взамен. Манкурт, как собака, был предан хозяину и один заменял десяток других работников.
В середине 70-х годов наша полевая геологоразведочная партия в конце сезона располагалась на разъезде железной дороги Актогай-Дружба. По этой дороге когда-то в нашу страну везли из Китая диковинные для нас товары, потом взаимоотношения между СССР и Китаем разладились, поезда в братскую страну уже не ходили, но дорога поддерживалась в исправности. Дважды в неделю по ней ходил мини-поезд с вагоном-лавкой, снабжая всем необходимым персонал дороги. Смотрителем на нашем разъезде был то ли уйгур, то ли киргиз, на русском языке говоривший совсем плохо, как и его жена, дважды «мать-героиня». Детей у них было больше десятка, все школьники учились в школе-интернате и хорошо говорили по-русски, они дома бывали только на каникулах, а младшие выводком следовали за мамой, словно гусята за гусыней, и лишь старший сын был при хозяйстве — пас верблюдов, коров и овец. Он совсем не умел читать и писать и не знал ни одной буквы. Так распорядился отец, сделав его своим помощником. Обидным словом — балбес называли его младшие братья, и это было недалеко от истины. По недоброй воле родителя взрослый парень остался с разумом ребенка. Почти манкурт.

Конечно, это не совсем так, но почему-то сохранился он в памяти навсегда, и, когда перечитываю Айтматова, сразу вспоминаю этого доброго и несчастного юношу. Каждый понимает счастье по-своему, во всяком случае, при общении с ним что-то не заметил я, чтобы парень был удручен своим положением в семье, возможно, просто не осознавал всю трагичность ситуации, однако мне его жалко до сих пор.

«Манкурт» часто видел меня с ружьем и однажды сказал, что в песках, недалеко от нас, есть озеро, где водится много уток. Не может быть, говорю, откуда в песках озеро? На ломаном русском абориген утверждал, что до озера даже пешком можно дойти. Покажешь? — спрашиваю. Жаксы (хорошо) — отвечает.

Утром в выходной день мы отправились. Идем через барханы час, другой, а озера все нет. Скоро ли озеро, спрашиваю. Скоро, скоро, сапсем скоро — был ответ.
Еще через час у меня осталось полфляжки воды. Жары уже не было, октябрь, но пить все равно хотелось. Удивило, что парень совсем не пил и воду с собой даже не брал. Терпение мое лопнуло. Пошли обратно, говорю, жаман (плохо), дорогу-то назад найдешь? Может, ты адасып кетты? (заблудился). Жок (нет), говорит.

Уходили мы утром к озеру почти на север, перпендикулярно к железной дороге, и даже без компаса к ней все равно бы вышли, я особо не переживал, хотя ориентироваться в песках бывает очень тяжело, а в пасмурные дни почти невозможно. К примеру, в Южном Прибалхашье гряды барханов тянутся в основном с юго-востока на северо-запад, но это все равно ненадежный ориентир, однажды я там заблудился и ушел в сторону от лагеря за десяток километров, уже под конец дня повезло — спасла случайная машина строителей колодцев для чабанов. Вода у них оказалась, и вкус той воды помню даже сейчас.

Домой мы вернулись ближе к вечеру. Отец моего проводника долго на него орал за самовольную отлучку и даже несколько раз ударил беднягу палкой. Самое поразительное, озеро там действительно оказалось. От большого озера Сасыкколь на запад тянется пересыхающая протока, и в конце этой протоки есть, вернее было, поросшее тростником небольшое и мелкое озерцо среди барханов, вскоре мы его нашли. Уток там плавало немерено в то время, жаль, что поздно его обнаружили, сезон уже заканчивался, но поохотиться на нем мы успели. «Манкурт» оказался прав.

Читать еще:  E.C.T. Center Lea Wedensky: Торговцы аплодисментами

Люди на том водоеме если и бывали, то совсем редко, проводник и сам там побывал лишь однажды, ошибся он всего-то на километр, а в результате мы в тот злополучный день прошагали мимо озера.

Понравилась статья? Подпишитесь на канал, чтобы быть в курсе самых интересных материалов

Кто мы? Манкурты или человеки? Как натаскивают манкуртов.

Манкуртов программируют практически с самого рождения против местного населения. Вначале младенцам манкуртам меняют психику, они перестают логически мыслить. Их разум превращается чисто в биологический, животный инстинкт. Например если вам за хорошую плату предлагают работать против своего собственного народа троллем, вы отказываетесь это делать, у манкуртов всё иначе, манкурт думает если он откажется от денег их всё равно заработает кто-то другой, так зачем давать кому-то заработать лёгкие деньги? Вот такой тип мышления у манкуртов.

Во время изменения психики манкуртам также закладывают рефлекс подчинения коэнам и левитам, они при виде левитов рефлекторно как собаки исполняют их команды, они их боятся. После этого манкуртов начинают программировать программой своей секты. Вначале им рассказывают историю вымышленного на бумаге народа, так им создают манию величия. Потом их учат, что все члены секты это люди, а остальной весь мир это животные. То есть им с детства закладывают определённое мировоззрение. Это называется — программирование нейронной сети головного мозга. Потом манкуртам рассказывают истории погромов, историю холокоста, многие события вымышлены, так их программируют ненавистью к собственным народам, их превращают в церберов, сторожевых псов Виндзоров. То есть всё, что Виндзоры совершили руками запрограммированных ними людей против манкуртов, они манкуртам выдают за грехи обычных людей.

Чтобы между манкуртами и нормальными людьми всегда было отчуждение и ненависть #Виндзоры программируют население против манкуртов. Во первых всему населению они давно, ещё во времена Византии дали вымышленную религиозную идеологию — #христианство . Чтобы скрыть кто такие манкурты на самом деле, их всем выдают за вымышленный народ — евреев, во вторых программируя программой христианства местные народы, им манкуртов выдают за потомков тех кто распял их бога-идола, которого навязали Виндзоры всем жителям стран из которых набирают манкуртов. Всем рассказывают как манкурты распяли Иисуса Христа. Так закладывают ненависть к манкуртам. Как вы понимаете такового человека никогда не было, это специально созданный образ для манипуляции человеческим сознанием. Также чтобы была ненависть к манкуртам про них специально придумывается много анекдотов, придуманы мифы о том, что они пьют кровь христианских младенцев. Такие вбросы осуществляются при помощи масонов. Например всем известны Протоколы Сионских Мудрецов. Этот #вброс сделан Виндзорами чтобы выставить козлами отпущения манкуртов. Многие видели видеоролики Григория Климова про манкуртов. Это тоже заказ Виндзоров, который выполнили спецслужбы США. Дэвид Дюк тоже заказ Виндзоров. Всё это делается специально для создания полосы отчуждения между социумом и деструктивным культом иудаизма. Жители социума должны свято верить в библейскую сказку, манкуртов они должны считать только евреями и никеми иными. Манкурты тоже должны свято верить что они потомки библейских евреев, хотя все их ДНК по мужской линии набрано из местных народов. Но увы, там где правит сумашедствие, там #логика отсутствует.

Манкурты всегда ментально должны быть отделены от нормальных людей. Такое практикуют все тотальтарные секты, это делается для использования манкуртов в корыстных целях. Ведь если человек не имеет обиды к другому человеку, он ему никогда не сделает худо. Также манкуртам навязывают специальную терминологию, для них Виндзоры придумали отдельный язык общения — Иврит. Такое практикуется для отделения сектантов манкуртов от нормального социума. Манкуртов программируют в закрытых школах — Синагогах. Каждый манкурт должен верить безоговорочно в вымышленное прошлое своих предков. По специальным методикам в манкуртах воспитывается любовь к деньгам и любовь к предательству. Большинство манкуртов вырастают доносчиками.

В манкуртах воспитывают очень сильную ненависть к окружающему их миру, манкурты страшно завистливы, вы даже не представляете как они завидуют нормальным людям. Мне приходилось читать их некоторые открытые тексты, они полны желчи и ненависти.

Мне с такими сценами приходилось встречаться не раз в интернете. Поначалу меня даже несколько шокировала их ненависть ко всему миру, а потом я понял что они психически больные люди.
https://cont.ws/@emathion/677682

Манкурт — согласно роману Чингиза Айтматова «Буранный полустанок» («И дольше века длится день»), взятый в плен человек, превращённый в бездушное рабское создание, полностью подчинённое хозяину и не помнящее ничего из предыдущей жизни.

В переносном смысле слово «манкурт» употребляется для обозначения человека, потерявшего связь со своими историческими, национальными корнями, забывшего о своём родстве.

В этом значении слово «манкурт» стало нарицательным и уже используется в публицистике.

В русском языке появились неологизмы «манкуртизм», «манкуртизация», «деманкуртизация».

Согласно Айтматову, предназначенному в рабство пленнику обривали голову и надевали на неё шири — кусок шкуры с выйной (шейной) части только что убитого верблюда.

После этого ему связывали руки и ноги и надевали на шею колодку, чтобы он не мог коснуться головой земли, и оставляли в пустыне на несколько дней.

На палящем солнце шири съёживалась, сдавливая голову, волосы врастали в кожу, причиняя невыносимые страдания, усиливаемые жаждой.

Через какое-то время жертва либо гибла, либо теряла память о прошедшей жизни и становилась идеальным рабом, лишённым собственной воли и безгранично покорным хозяину.

Рабы-манкурты ценились гораздо выше обычных.

В романе рассказывается о том, как молодого кочевника Жоламана, сына Доненбая, попавшего в плен к жуаньжуанам, сделали манкуртом.
Его мать Найман-Ана долго искала сына, но, когда она нашла его, он её не узнал. Более того, он убил её по приказу своих хозяев.

В тексте Айтматов даёт подробное определение образа:

«Манкурт не знал, кто он, откуда родом-племенем, не ведал своего имени, не помнил детства, отца и матери — одним словом, манкурт не осознавал себя человеческим существом.

Лишённый понимания собственного „Я“, манкурт с хозяйственной точки зрения обладал целым рядом преимуществ.

Он был равнозначен бессловесной твари и потому абсолютно покорен и безопасен.

Он никогда не помышлял о бегстве.

Для любого рабовладельца самое страшное — восстание раба.

Каждый раб потенциально мятежник.

Манкурт был единственным в своём роде исключением — ему в корне чужды были побуждения к бунту, неповиновению.

Он не ведал таких страстей.

И поэтому не было необходимости стеречь его, держать охрану и тем более подозревать в тайных замыслах.

Манкурт, как собака, признавал только своих хозяев.

Читать еще:  Святой и противный старик. Противные старикашки

С другими он не вступал в общение.

Все его помыслы сводились к утолению чрева.

Других забот он не знал.

Зато порученное дело исполнял слепо, усердно, неуклонно.

Манкуртов обычно заставляли делать наиболее грязную, тяжкую работу или же приставляли их к самым нудным, тягостным занятиям, требующим тупого терпения.

Только манкурт мог выдерживать в одиночестве бесконечную глушь и безлюдье сарозеков, находясь неотлучно при отгонном верблюжьем стаде.

Он один на таком удалении заменял множество работников.

Надо было всего-то снабжать его пищей — и тогда он бессменно пребывал при деле зимой и летом, не тяготясь одичанием и не сетуя на лишения.

Повеление хозяина для манкурта было превыше всего.

Для себя же, кроме еды и обносков, чтобы только не замерзнуть в степи, он ничего не требовал…»

— Чингиз Айтматов. «Буранный полустанок» (И дольше века длится день). — М., 1981. — С. 106—107.

По указаниям исследователей, легенда имеет реальный фольклорный источник.

Сам писатель в одном из интервью отмечает, что «в эпосе „Манас“, одном из величайших сказаний киргизской истории, сказании тысячелетней давности, энциклопедии духовной жизни моего народа, есть строки, в которых один угрожает другому в случае победы натянуть ему на голову шири — сыромятную верблюжью кожу — и этой страшной пыткой уничтожить его память, отнять прошлое.

Кроме этих сведений, больше ничего ни в литературе, ни в фольклоре, не сохранилось».

По публикации в журнале «Наука и жизнь», это пример слова, введённого в русский литературный язык в недавнее время: манкурт — это человек, «который после мощного внешнего воздействия на свою психику забыл о своём прошлом и о прошлом своих предков, став одновременно покорным рабом своего хозяина.

В последнее время это слово весьма широко употребляется, сохранив в своей содержательной части лишь информацию об утрате памяти о предках и потеряв важные части, сообщающие, что это, во-первых, произошло не само по себе, а в результате внешнего вмешательства и, во-вторых, это изменение превратило человека в раба своего хозяина».

Константин Крылов «уточняет» «характерное» использование этого слова в 1980-х годах.

Одной из самых странных черт этой самой «гласности» была, если кто помнит, странная зацикленность на прошлом — при полном игнорировании настоящего и будущего.

Всем вдруг стало безумно важно, что же именно произошло тридцать, сорок, пятьдесят, и, в особенности, семьдесят лет назад.

В журналах, выходящих миллионными тиражами, печатались Замятин и Набоков, а в университетских аудиториях спорили про «сталинизм», «троцкизм», и про то, насколько Ленин извратил Маркса.

Печатались какие-то цифры с шестью нулями — количество «погибших от репрессий». Всё это подавалось как нечто сверхважное, суперактуальное, без чего «нельзя жить».

Страна упивалась позавчерашними новостями, от которых голова у всех шла кругом.

Для тех, кто не очень интересовался этими звоночками из прошлых веков, «вяликий пясатель» Чингиз Айтматов (помните такого персонажа?) придумал специальное слово «манкурт».

Всякие «национал-возрожденцы» тогда очень любили это словечко.

Российский журналист, публицист Владимир Соловьёв о манкуртизме пишет:

Стало модно пренебрежительно отзываться о своей Родине.

Не о правительстве, а именно о Родине.

Для меня эти люди не существуют.

С ними не о чем говорить.

Они — генетическая мутация.

Историческая память, уважение к памяти предков — для них пустые слова.

Конечно, они дышат, ходят, едят и потребляют.

Но людьми для меня не являются — манкурты.

Прав был Чингиз Айтматов.

Свою ущербность они проявляют агрессией — у них все виноваты, конечно, кроме них самих.

Их довольно много и они считают, что количество их оправдывает.

Олег Дивов употребляет его как синоним слова «зомби» («Молодые и сильные выживут», 1998).

В свете событий 1991 – 2018 годов, переосмысления советского периода, истинной роли Ленина, Троцкого, Сталина, Хрущёва, Брежнева, Черненко, Андропова, Горбачёва, Ельцина в истории России, вынужден подвергнуть многие факты и оценки из статьи и другие, происходившие в стране события — ревизии и «дезинфекции» от заражения прозападной идеологией.

Да, к сожалению, многие у нас в стране, а это в основном — писатели, интеллигенция, цвет и совесть нации, кто чернил советскую действительность – сыграли на руку нашим истинным врагам, у которых много имён и названий, но суть и цель одна – чтоб был гибель России и русского мира.

При всём своём таланте и высоком миросозерцании наши лучшие умы не сумели разглядеть зло, смогли дать себя обмануть и ввести в заблуждение, отдать себя и свой талант в услужение врагам России, которые потирали руки и ждали, когда посеянное ими гнилое семя принесёт свой ядовитый плод.

И оно принесло его – в 90-е, когда почти вся страна продалась, как — индейцы конкистадорам, на блестящие фантики, жвачку бубльгум, сигареты мальборо, кокаколлу, плейбой, голубые джинсы, видики с порнухой, фотки майклов джексонов и мадонн…

Это горестно осознавать, но это было именно так.

Психология стала основным оружием против нас, с нашими девственными мозгами, ограждёнными железным занавесом от всего остального «мира», а на поверку – от антимира – от зла и сатанизма, который там бурлил во всю и лишь мог подкалывать СССР снаружи, не имея силы проникнуть в сердце, потому что в стране была сила в людях и в руководстве.

Но враг победил нас и только теперь мы это поняли, лёжа как богатырь с отрубленной головой из сказки Пушкина «Руслан и Людмила».

Пришло время всё передумать, всё переосмыслить, встать с колен, поднять взор, увидеть врага и его коварный план и начать действовать, начать любить Россию, свою землю, своё прошлое, свою боль и свои победы.

Другого времени и другой жизни не будет для нас.

Скажи – нет всему чужому, всему, что не из русского мира, всем этим иностранным словечкам, от которых уже пухнет мозг, всем этим прозападным говорунам с экранов телевизоров с их мерседесами и айфонами.

Скажи — нет – банкам и банкирам — торговцам воздухом, этим продавцам всего и вся в кредит.

Скажи — нет – грабительским, запредельным ценам на продукты питания, на оплату ЖКХ, на образование и медицинскую помощь.

Скажи – нет – нищенской зарплате и тому, что наверх декларируется высокая зарплата бюджетников – это ложь.

Врач с высшим медицинским образованием, работая в государственном ГКУЗе, получает 13 тысяч рублей – меньше чем дворник и уборщица в магазине.

Скажи – нет — всем этим «медведевым»-медведям и «грефам»-грифам.

Скажи — нет — долларам.

Сними этот презерватив — этот «шири» со своей головы, как эту кожаную удавку с головы манкурта.

Источники:

http://ok.ru/politepeople/topic/66647660721617
http://extremal.mirtesen.ru/blog/43913434133/prev
http://neov-levashov.livejournal.com/77900.html

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector