0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Что же такое любовь к жизни. Любовь к жизни

Любовь к жизни

Мы ищем любви… Мы ищем смыслы…

Ищем любовь ради смысла и смысл в любви.

Теряем и ее и себя, вновь обретаем, окрыляемся и творим до следующего раза.

Мы ищем человека, чтобы познать, чтобы любить.

Мы говорим и пишем о любви к людям, о том, что она невозможна без любви к себе и учимся снова и снова «правильно» себя любить.

Но как бы не называли эту силу, что дает нам возможность, падая, подниматься вновь и вновь, вдохновляться и вдохновлять, верить и делать, «не смотря на», я называю ее ЛЮБОВЬ К ЖИЗНИ!

Мы вдохновляемся примерами великих и сильных, их стойкостью и силой духа.

Например, Виктор Франкл, сила духа и вера в человеческое, которого вдохновляет и подтверждает, что мы можем сохранить человеческое лицо в самых сложных обстоятельствах (для меня лично это героический пример, т. к. мне, признаюсь, и в менее жестких обстоятельствах не всегда удавалось сохранить лицо).

Мы можем! Мы можем жить не «на зло», но «вопреки» злу (слухам, сплетням, непониманию, собственному отчаянию, эгоизму и т. д. и т. п.).

Грешен ли человек по своей природе или свят.

Да, и что значит быть человеком?

Актуальности эти вопросы не утратят никогда.

Порой мы забываем, что ангелы и демоны не где-то снаружи, а внутри нас.

Мы воюем с ветряными мельницами, находим врагов и теряем друзей в лице реальных людей.

Мы постигаем страдание через тяжелые болезни, незрелые чувства и рухнувшие ожидания. Но проходя все это, мы становимся, нет, не сильнее (в буквальном смысле), а ЧЕЛОВЕЧНЕЕ!

Мы ничего не знаем, но упорно пытаемся загадывать, обнадеживаемся, разочаровываемся, падаем, «грызем землю» в слезах и злости от отчаянья и чувства невозможности.

Мы упираемся в свои «надо» и «хочу», забывая о чем-то простом и важном…

Когда мы совсем «зашориваемся» и забываемся, в наши жизни приходит он – КРИЗИС, разный, но всегда одинаково неумолимый, все рушащий и оставляющий руины, обломки былого…

Но когда буря стихает и остается позади, обернувшись, мы видим, как много сделали (конечно, если не просто сидели и стенали) не для кого-то, а для себя!

Вдруг, мы понимаем, как выросли в своей человеческой природе и снова чувствуем, что обрели себя – такого знакомого, но обновленного, и в то же время другого – с новыми силами и возможностями.

В этот момент, когда «буря» миновала, мы видим жизнь во всем ее многоцветье! Мы, наконец-то видим как она прекрасна, просто потому, что дана нам.

(Через несколько минут мне будет сорок и я не скажу, что жизнь только начинается, но продолжается, это точно!)

Я пришла в психологию когда-то и как студент, и как клиент и как психолог.

Я стала психологом, в том числе, который пишет, — о жизнях и судьбах, о страхах и надеждах.

И пока я писала, тоже проходила важный участок пути. Со мной это делали мои ученики, мои читатели и клиенты.

В трудные минуты моей собственной жизни меня поддерживали не всегда самые «близкие», но дальние. Это было неожиданно и приятно и хоть, и были те, кто не вспомнил, не поддержал, находились те, другие, кто говорил самые важные слова.

Еще несколько лет назад мне казалось «не успела», «не смогла», но вера в себя, психология и любовь к жизни привели меня туда, где я сейчас и я счастлива!

Я хочу, чтобы эту статью прочитали те, кто стоит «у черты» — возрастной (или какой-то иной), той, за которой, кажется какая-то другая жизнь и, может кажется, что там жизни нет.

Пусть читают те, кому скоро двадцать, тридцать, сорок, пятьдесят и т. д. и т. п.

Да, она меняется, потому, что меняемся мы – наше тело, наши мысли, но душа… она всегда поет нам одну песню – песню любви.

И сколько бы вам не исполнилось, и как бы трудно не было, даже если сегодня на небе тучи, это не навсегда и будет еще солнце, ведь ЖИЗНЬ – ПРЕКРАСНАЯ ШТУКА И САМЫЙ ДОРОГОЙ ПОДАРОК!

Не сопротивляйтесь! Идите вперед, ведь столько надо еще успеть и там столько неведомого.

Что же такое любовь к жизни. Любовь к жизни

Что такое жизнь?

Что наша жизнь — Метафора Поэта,
Развёрнутая молнией с небес,
Игра воображения и света,
Иллюзия несчастий и чудес.

Весь мир — театр. Меняем платья, роли,
Меняем разум, души и сердца.
Мы в роли до такой врастаем боли,
Что забываем зрителя-Творца!

Что забываем изначально добрый
Сценарий: ни болезней в нём, ни бед!
Что после нас останется лишь образ —
Метафора, развёрнутая в свет.
© Георгий Бореев

Бог есть Любовь! Любовь – это Жизнь.
Жизнь уходит оттуда где иссякает Любовь, на её место приходит разрушение, разложение, распадение.
Жизнь – это энергия. Эта энергия обладает сознанием.

На вопрос «Что такое жизнь?» никто ответить не может. Независимо от вероисповедания, мы являемся детьми материализма, и потребуется ещё немало времени, прежде чем слово «жизнь» напрямую отождествится в нашем сознании с жизнью духовной. Покуда мы, выпучив глаза, таращимся на материю как на первичную субстанцию, она же будет вынуждена силком повернуть нашу голову — хорошо, если шею при этом нам не свернёт, — туда, где при внимательном рассмотрении можно узреть смысл жизни. Так материя учит нас правильно относиться к жизни. Учит сурово. Может, мы и поймём, что жизнь — нечто большее, чем наше тело, но к тому времени жизненные силы полностью иссякнут, а тело одряхлеет. И тогда, возможно, возникнет вопрос: что это за сила, которая приводила в движение моё тело, и куда она подевалась? Обратившись в последней душевной муке к этому безымянному началу и от всего сердца моля его о возвращении, мы, вполне возможно, почувствуем, что мольба оказалась самым действенным средством, позволившим телу вновь обрести силу. И, вероятно, поймём, что помог нам не кто-то, а мы сами.

Причин, по которым человек перепоручает свою жизнь другим, находится великое множество. Самая банальная — то, что сам он что-то не умеет. Неумению находится оправдание: я же не специалист. А о том, что посторонний, быть может, тоже не умеет, человек не задумывается либо не желает думать. Тот, другой, обязан уметь. Если же не умеет, его впору призвать к ответу. Однако никакой помощник не способен проникнуть в душу человека, нуждающегося в помощи. То есть не способен прожить за него его душевную жизнь, которая и есть настоящая жизнь. Земная жизнь — это лишь зеркальное отражение духовной жизни.

Большинство из нас лишено понимания собственной натуры. Потому что утеряли сознательную СВЯЗЬ с нашими высшими «Я». А что значит потерять СВЯЗЬ? Это значит потерять ощущение силы и ответственности за свою жизнь. И где-то внутри нас прячется чувство беспомощности, ведь мы не знаем кто мы и что. Подобно маленьким заблудившимся детям, мы чувствует себя бессильными что-либо изменить. Не только в мире, но и в своей жизни. Это внутреннее ощущение бессилия гонит нас вперёд, заставляет прилагать огромные усилия по утверждению себя. Но утверждаем мы себя вовне, а внутри остаёмся всё такими же беспомощными. И всё что мы с вами здесь делаем, направлено на то, чтобы обнаружить СВЯЗЬ и быть ГОТОВЫМИ её восстановить.

Читать еще:  Базаров внешность цитаты. Внешность Базарова

Упорно мы привязываем свои эмоции к вещам и людям вне нас, полагая, что от них зависит наше счастье. Вспомните это почти постоянное ощущение, что внутри нас «чего-то не хватает». А значит ещё вот тот пряник, тот бантик, того учителя… Вспомните это напряжение, беспокойство и стресс, вечные отчаянные попытки заполнить внутреннюю пустоту. Конечно, там внутри пусто, потому что нет нашего «Я», хозяина всего этого хозяйства нет и на СВЯЗЬ с ним выйти не удаётся. Вспомните наши попытки манипулировать внешним миром для получения того, чего нам не достаёт «для счастья». Вспомнили?

Именно в таком состоянии большинство из нас ставит цели и пытается чего-то достичь в жизни. К сожалению, на данном уровне сознания это невозможно…
Либо мы сами создаём себе слишком много препятствий, и ничего не достигаем. Либо достигаем намеченного, но только для того, чтобы обнаружить, что это не та игрушка, которая делает счастье. Замкнутый круг.

Все, кто понял тайну жизни, постигают, что жизнь одна, но она существует в двух аспектах. Во-первых, как бессмертная, всеобъемлющая и безмолвная и, во-вторых, как смертная, активная и проявляющаяся в многообразии. Сущность души, которая относится к первому аспекту, обманывается, становится беспомощной и захватывается переживанием жизни, соприкоснувшись с умом и телом, относящимся ко второму аспекту. Удовлетворение желаний тела и причуд ума не достаточно для целей души, которая, несомненно, должна испытывать свои собственные явления в видимом и невидимом; несмотря на то что она склоняется к тому, чтобы быть собой и никем больше. Когда заблуждение заставляет ее почувствовать, что она беспомощна, смертна и пленена, она обнаруживает, что ей неуютно. Это трагедия жизни, которая ввергает сильного и слабого, богатого и бедного в разочарование, заставляет постоянно искать чего-то, что им неизвестно. Как говорит Икбал: «Я блуждал в погоне за самим собой: я был путешественником, и я был пунктом назначения”.
/Хазрат Инаят Хан. Путь Озарения./

Жизнь предоставляет вам свободный выбор — жить ли в душевном покое либо в душевных терзаниях. Если вы убеждены — а убеждение идёт от сердца — в том, что жизнь начинается с самого человека, то вы делаете выбор в пользу любви. Если пока ещё не умеете, то научитесь. Неважно, сколь глубоко вы увязли в житейской трясине. Начав помогать своей душе духовно, вы станете помогать и тем, кто старается помочь вашему телу в меру их сил и способностей. Таким образом произойдёт воссоединение двух граней вашей жизни. Вы будете благодарны себе и окружающим. Пройдя через чудовищные испытания, вы сделаете важное открытие: вас окружают люди. Какое счастье!

Мы понимаем, что в жизни есть нечто большее, и начинаем искать это. Такой поиск может быть долгим, но, в конце концов, человек непременно, набив шишки и получив массу ненужных сведений, возвращается к себе. Мы становимся самими собой, осознаём, что сами являемся творцами своей жизни. Мы восстанавливаем нашу внутреннюю силу и заполняем пустоту внутри нас.

Когда мы ГОТОВЫ судьба даёт нам шанс восстановить СВЯЗЬ с нашим «Я». Оно вновь поселяется в Пространстве Любви, которое мы так старательно подготовили. Когда мы выходим из пустого, алчного, манипулятивного состояния сознания (когда считаем, что счастье можно найти, приобретя очередную вещь или завоевав волю другого человека), нашим первым и главнейшим уроком становится научиться не привязываться. То есть расслабиться, прекратить борьбу, усилия, прекратить манипулировать событиями, вещами и людьми для достижения поставленных целей. То есть прекратить так много делать и некоторое время просто БЫТЬ. Как сказано в известной книге, «перестать беспокоиться и начать жить».

Дело непростое, поэтому не торопитесь. Как в один день невозможно стать йогом, или акробатом, так нельзя в один миг оставить свои привязанности. На то они к нам и привязаны, чтобы нелегко было отвязать. Но попробуйте, сначала просто представить, потом минуту, две, три не стремиться ни к чему внешнему… Совершив это, мы внезапно обнаруживаем, что нам по-настоящему хорошо, чувствуем себя прекрасно просто оттого, что позволяем себе быть самими собой и не пытаемся изменить мир. Это и есть то самое быть «здесь и сейчас». То, что в восточной философии называется «избавиться от привязанностей». Это ощущение необычайной свободы, основной этап на любом пути самопознания.

Что же дальше? Когда это чувство возникает у нас всё чаще и чаще, мы постепенно восстанавливаем СВЯЗЬ с самими собой, со своим высшим «Я». Мы вдруг с радостью открываем, что жизнь многолика, что она всегда добра, щедра и интересна. Что жизнь — зеркало. Что ты ему показываешь, то оно и отражает. Желание, так желание, цель так цель, мечту, так мечту… И тогда созидательная визуализация и формулы-утверждения становятся для нас самым важным инструментом по дальнейшему творчеству жизни. Ведь что мы сделаем, то и отразиться, что отразиться то, мы и получим. А чтобы сформировать свои желания и цели просто незаменимы аффирмации и силы воображения.

Или можно представить всё немного по-другому. Представьте, что жизнь — это река. Большинство людей цепляется за берег в страхе перед бурным течением. Но каждый должен быть готов в какой-то момент разжать руки и отдаться этому бурному потоку. В этот момент мы начинаем понимать выражение «плыть по течению» и, возможно, чувствуем себя счастливыми. Когда человек привыкает к движению реки, он начинает осматриваться по сторонам. Он учится прокладывать свой собственный курс, огибая валуны и коряги, выбирая каналы и протоки реки, но в то же самое время постоянно «двигаясь по течению».
Это сравнение метафорично, но оно показывает, как мы можем принять нашу жизнь «здесь и сейчас», отдавшись на волю её течения, и в то же самое время сознательно достигать намеченных целей, принимая на себя ответственность за собственную жизнь.

Не забывайте, что созидательное представление — инструмент, который можно использовать по-разному, в том числе и для духовного развития. С её помощью каждый из нас может представить себя более открытым человеком, отдающимся течению жизни, живущим «здесь и сейчас» и всегда связанным со своей внутренней сущностью. Будьте благословенны во всем, что желает ваше сердце.

Внутренняя жизнь — основные линии Судьбы, изменить которые мы не можем, это требует от нас сосредоточие усилий в течение длительного периода времени. В Буддхиальном теле заложены те внутренние установки человека, которые исподволь ведут его по Буддхиальным сюжетам — это его жизненные позиции, общая жизненная философия, мировоззрение и способы мировосприятия.
Информация, зашифрованная в Буддхиальном теле, проявляется двояким образом: в виде основных сюжетных линий судьбы человека, с одной стороны и в его, что называется, «психологии», с другой.
Сюжеты Буддхиального тела это в первую очередь сюжеты внутреннего развития человека. Можно ли изменить буддхиальные сюжеты? Во всяком случае, трудно. В принципе всегда возможна альтернатива: либо данный фрагмент сюжета не является окончательным, и тогда он через некоторое время закончится и начнется новый (при этом, однако, неизвестно, понравится ли он человеку больше или меньше), или это окончательный фрагмент, и ничего другого тонкой кармой уже не планируется, по крайней мере, в этом воплощении. Однако в любом случае человек может повлиять на свою судьбу путем работы с Буддхиальным телом, первым признаком чего будет не изменение плотной кармы (то есть конкретных обстоятельств его жизни), а перемены в психологии, то есть изменение мировосприятия и жизненных позиций, хотя бы и не осознаваемых. Как же можно этим заниматься?
В принципе каждым своим телом человек может заниматься, во-первых, самим по себе, а во-вторых, влияя на него другими телами. При этом какими-то связями соединена каждая пара его тел, но самые сильные связи обычно бывают между соседними телами; в данном случае это Атманическое и Каузальное. Наибольшее (вообще говоря) влияние на каждое тело оказывает соседнее с ним более тонкое тело; в данном случае это Атманическое.
Развитие Буддхиального тела это работа человек над собой в смысле практической психологии, а также практической философии и религии, то есть изменение жизненных установок, способов видения той части окружающего мира, которая имеет прямое отношение к непосредственной жизни человека. Это выработка определенных черт характера, отвыкание от дурных привычек и приобретение хороших, то есть перевод себя на более высокие энергетические потоки; соответствующая трансформация программ подсознания и т.д.
Однако все это имеет свои границы, так как чаще всего слегка чистит и корректирует сюжет, но редко его заканчивают и еще реже переводит на качественно иной уровень (хотя бывает и так). Гораздо более сильное воздействие на Буддхиальное тело может оказать Атманическое, чья энергия имеет качественно иной характер, и там, где самоанализ и психоанализ заходят в тупик, нужны новые духовные каналы или смена жизненных идеалов.
Вообще слово «идеал» в последнее время приобретает несвойственный ему ментальный оттенок. На самом деле идеал это то, что вдохновляет, или другими словами, символ высокого Эгрегора, который способен дать человеку энергию на уровне его Атманического тела. Однако когда Эгрегор умирает, то слово «идеал» приобретает оттенок долженствования: идеал это то, к чему нужно стремиться, обычно под страхом осуждения или иного наказания. И хотя найти себе истинный идеал, то есть вдохновляющий Атманическое тело высокий Эгрегор может оказаться нелегко, неискренность здесь введет к энергетическому тупику на всех телах сразу: энергию Атманического тела заменить нечем. Идеал нужно искать себе достаточно высоким (иначе бессмысленно) и добровольно ему служить, и выбирать его так, чтобы он компенсировал своей (высокой) энергией более низкую энергию служения ему человека. Ментальный идеал, содержащийся в Атманическом теле ментального человека, о котором речь ниже, никогда не дает такой энергии, поэтому служение тому, что человек ментально, но не религиозно считает высшим, ведет к растрате всех энергий и экзистенциальной фрустрации, то есть полному торжеству серого.
Итак, новый поворот основного жизненного сюжета часто обеспечивается энергией, спускающейся в Буддхиальное тело из Атманического: человек обретает новый идеал, который необычайно его вдохновляет, меняет в его свете взгляды на окружающую жизнь, систему ценностей, переосмысливает самого себя, и его жизнь резко поворачивается.
Однако иногда этого почему-то не случается: новая жизнь как будто уже за воротами (во всяком случае, старая надоела смертельно), но никак не начнется. Здесь вполне может возникнуть ситуация, когда для сдвига по сюжету или его изменения Буддхиальному телу нужна инвольтация, то есть от человека требуется некоторый решительный поступок, чаще всего определенная жертва, энергия которой вынет наконец щепку из колесика тонкой кармы.
Специалист по Атманическому телу это, например, духовник или проповедник; специалист по Буддхиальному телу это психолог, или мудрец; специалист по каузальному телу это гадалка, или практический советчик.
См. Буддхиальное тело.

Читать еще:  Интересные рассказы бунина. И.А

ЦЕЛЬ ЖИЗНИ — это повышение уровня знаний и любви, понимание и осознание необходимых уроков.
Жизнь даётся человеку, чтобы работать над собой.

СМЫСЛ СУЩЕСТВОВАНИЯ — бороться за то, чтобы научиться быть гармоничным. Вначале нужно познать одно, чтобы затем понять другое. ДисГармония является ценным уроком, призванным дать человеку понять и оценить природу Гармонии.

ПЛОД ЖИЗНИ — это уроки, которые Душа извлекает из жизни. Весь жизненный опыт есть познание.

Научи меня жить, по дыханью, по нотам,
без суждений и боли, падений и взлетов.
И в густой суете прошепчи мое имя,
чтоб на сердце усталом расплавился иней…

Научи меня жить, губ касаясь губами,
чтобы стало прочней все, что есть между нами.
Разжигая огонь, не бояться пожара –
мы с тобою вдвоем, мы с тобою недаром…

Научи меня жить, я тебе доверяю
это сердце, а в нем – чем дышу, чем страдаю.
Позови меня вдаль, где никто не услышит,
там, где ветер седой вдохновением дышит…

Научи меня жить, научи, ты же можешь,
и я стану другим, сбросив старые кожи.
Разобьются века о тяжелые своды,
но мы будем вдвоем оживать год за годом…

Научи меня жить, обними еще крепче –
и забудется все, и дышать станет легче…
Я не знаю, что там, за завесою буден,
но я буду любить…
как бы путь ни был труден.
© Борис Пастернак

Что же такое любовь к жизни. Любовь к жизни

  • ЖАНРЫ
  • АВТОРЫ
  • КНИГИ 589 562
  • СЕРИИ
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 548 324

Прихрамывая, они спускались к речке, и один раз тот, что шел впереди, зашатался, споткнувшись посреди каменной россыпи. Оба устали и выбились из сил, и лица их выражали терпеливую покорность – след долгих лишений. Плечи им оттягивали тяжелые тюки, стянутые ремнями. Каждый из них нес ружье. Оба шли сгорбившись, низко нагнув голову и не поднимая глаз.

– Хорошо бы иметь хоть два патрона из тех, что лежат у нас в тайнике, – сказал один.

Голос его звучал вяло, без всякого выражения. Он говорил равнодушно, и его спутник, только что ступивший в молочно-белую воду, пенившуюся по камням, ничего ему не ответил.

Второй тоже вошел в речку вслед за первым. Они не разулись, хотя вода была холодная, как лед, – такая холодная, что ноги у них и даже пальцы на ногах онемели от холода. Местами вода захлестывала колени, и оба они пошатывались, теряя опору.

Второй путник поскользнулся на гладком валуне и чуть не упал, но удержался на ногах, громко вскрикнув от боли. Должно быть, у него закружилась голова, – он пошатнулся и замахал свободной рукой, словно хватаясь за воздух. Справившись с собой, он шагнул вперед, но снова пошатнулся и чуть не упал. Тогда он остановился и посмотрел на своего спутника: тот все так же шел вперед, даже не оглядываясь.

Целую минуту он стоял неподвижно, словно раздумывая, потом крикнул:

– Слушай, Билл, я вывихнул ногу!

Билл ковылял дальше по молочно-белой воде. Он ни разу не оглянулся. Второй смотрел ему вслед, и хотя его лицо оставалось по-прежнему тупым, в глазах появилась тоска, словно у раненого оленя.

Читать еще:  Устные семейные предания. Семейные легенды

Билл уже выбрался на другой берег и плелся дальше. Тот, что стоял посреди речки, не сводил с него глаз. Губы у него так сильно дрожали, что шевелились жесткие рыжие усы над ними. Он облизнул сухие губы кончиком языка.

– Билл! – крикнул он.

Это была отчаянная мольба человека, попавшего в беду, но Билл не повернул головы. Его товарищ долго следил, как он неуклюжей походкой, прихрамывая и спотыкаясь, взбирается по отлогому склону к волнистой линии горизонта, образованной гребнем невысокого холма. Следил до тех пор, пока Билл не скрылся из виду, перевалив за гребень. Тогда он отвернулся и медленно обвел взглядом тот круг вселенной, в котором он остался один после ухода Билла.

Над самым горизонтом тускло светило солнце, едва видное сквозь мглу и густой туман, который лежал плотной пеленой, без видимых границ и очертаний. Опираясь на одну ногу всей своей тяжестью, путник достал часы. Было уже четыре. Последние недели две он сбился со счета; так как стоял конец июля или начало августа, то он знал, что солнце должно находиться на северо-западе. Он взглянул на юг, соображая, что где-то там, за этими мрачными холмами, лежит Большое Медвежье озеро[1] и что в том же направлении проходит по канадской равнине страшный путь Полярного круга. Речка, посреди которой он стоял, была притоком реки Коппермайн[2], а Коппермайн течет также на север и впадает в залив Коронации[3], в Северный Ледовитый океан. Сам он никогда не бывал там, но видел однажды эти места на карте Компании Гудзонова залива.

Он снова окинул взглядом тот круг вселенной, в котором остался теперь один. Картина была невеселая. Низкие холмы замыкали горизонт однообразной волнистой линией. Ни деревьев, ни кустов, ни травы – ничего, кроме беспредельной и страшной пустыни, – и в его глазах появилось выражение страха.

– Билл! – прошептал он и повторил опять: – Билл!

Он присел на корточки посреди мутного ручья, словно бескрайняя пустыня подавляла его своей несокрушимой силой, угнетала своим страшным спокойствием. Он задрожал, словно в лихорадке, и его ружье с плеском упало в воду. Это заставило его опомниться. Он пересилил свой страх, собрался с духом и, опустив руку в воду, нашарил ружье, потом передвинул тюк ближе к левому плечу, чтобы тяжесть меньше давила на больную ногу, и медленно и осторожно пошел к берегу, морщась от боли.

Он шел не останавливаясь. Не обращая внимания на боль, с отчаянной решимостью, он торопливо взбирался на вершину холма, за гребнем которого скрылся Билл, – и сам он казался еще более смешным и неуклюжим, чем хромой, едва ковылявший Билл. Но с гребня он увидел, что в неглубокой долине никого нет! На него снова напал страх, и, снова поборов его, он передвинул тюк еще дальше к левому плечу и, хромая, стал спускаться вниз.

Дно долины было болотистое, вода пропитывала густой мох, словно губку. На каждом шагу она брызгала из-под ног, и подошва с хлюпаньем отрывалась от влажного мха. Стараясь идти по следам Билла, путник перебирался от озерка к озерку по камням, торчавшим во мху, как островки.

Оставшись один, он не сбился с пути. Он знал, что еще немного – и он подойдет к тому месту, где сухие пихты и ели, низенькие и чахлые, окружают маленькое озеро Титчинничили, что на местном языке означает: «Страна Маленьких Палок». А в озеро впадает ручей, и вода в нем не мутная. По берегам ручья растет камыш – это он хорошо помнил, – но деревьев там нет, и он пойдет вверх по ручью до самого водораздела. От водораздела начинается другой ручей, текущий на запад; он спустится по нему до реки Диз и там найдет свой тайник под перевернутым челноком, заваленным камнями. В тайнике спрятаны патроны, крючки и лески для удочек и маленькая сеть – все нужное для того, чтобы добывать себе пропитание. А еще там есть мука – правда, немного, и кусок грудинки, и бобы.

Билл подождет его там, и они вдвоем спустятся по реке Диз до Большого Медвежьего озера, а потом переправятся через озеро и пойдут на юг, все на юг, пока не доберутся до реки Маккензи. На юг, все на юг, – а зима будет догонять их, и быстрину в реке затянет льдом, и дни станут холодней, – на юг, к какой-нибудь фактории Гудзонова залива, где растут высокие, мощные деревья и где сколько хочешь еды.

Вот о чем думал путник, с трудом пробираясь вперед. Но как ни трудно было ему идти, еще труднее было уверить себя в том, что Билл его не бросил, что Билл, конечно, ждет его у тайника. Он должен был так думать, иначе не имело никакого смысла бороться дальше, – оставалось только лечь на землю и умереть. И пока тусклый диск солнца медленно скрывался на северо-западе, он успел рассчитать – и не один раз – каждый шаг того пути, который предстоит проделать им с Биллом, уходя на юг от наступающей зимы. Он снова и снова перебирал мысленно запасы пищи в своем тайнике и запасы на складе Компании Гудзонова залива. Он ничего не ел уже два дня, но еще дольше он не ел досыта. То и дело он нагибался, срывал бледные болотные ягоды, клал их в рот, жевал и проглатывал. Ягоды были водянистые и быстро таяли во рту, – оставалось только горькое жесткое семя. Он знал, что ими не насытишься, но все-таки терпеливо жевал, потому что надежда не хочет считаться с опытом.

В девять часов он ушиб большой палец ноги о камень, пошатнулся и упал от слабости и утомления. Довольно долго он лежал на боку не шевелясь; потом высвободился из ремней, неловко приподнялся и сел. Еще не стемнело, и в сумеречном свете он стал шарить среди камней, собирая клочки сухого мха. Набрав целую охапку, он развел костер – тлеющий, дымный костер – и поставил на него котелок с водой.

Он распаковал тюк и прежде всего сосчитал, сколько у него спичек. Их было шестьдесят семь. Чтобы не ошибиться, он пересчитывал три раза. Он разделил их на три кучки и каждую завернул в пергамент; один сверток он положил в пустой кисет, другой – за подкладку изношенной шапки, а третий – за пазуху. Когда он проделал все это, ему вдруг стало страшно; он развернул все три свертка и снова пересчитал. Спичек было по-прежнему шестьдесят семь.

Он просушил мокрую обувь у костра. От мокасин остались одни лохмотья, сшитые из одеяла носки прохудились насквозь, и ноги у него были стерты до крови. Лодыжка сильно болела, и он осмотрел ее: она распухла, стала почти такой же толстой, как колено. Он оторвал длинную полосу от одного одеяла и крепко-накрепко перевязал лодыжку, оторвал еще несколько полос и обмотал ими ноги, заменив этим носки и мокасины, потом выпил кипятку, завел часы и лег, укрывшись одеялом.

Источники:

http://www.b17.ru/article/136649/
http://lubovbezusl.ru/publ/ljubov/k_zhizni/ljubov_k_zhizni/24-1-0-86
http://www.litmir.me/br/?b=165660&p=1

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector