0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

«битва за англию». Лондон под бомбами

«битва за англию». Лондон под бомбами

«Битва за Англию»

В течение июня и в начале июля немецко-фашистские воздушные армии готовились к нанесению решающего удара по Британским островам. После предварительной разведки и пробных полетов 10 июля был проведен первый большой налет немецкой авиации. Началась ожесточенная «битва за Англию».

Можно выделить три основных этапа немецкого воздушного наступления. Первый этап — с 10 июля по 18 августа, когда основные удары немецкой авиации наносились по английским военным и торговым судам в Ла-Манше и по южным портам Англии от Дувра до Плимута. Немецкое командование ставило задачей вовлечь в бой английскую авиацию и измотать ее, а также нанести удар по тем морским портам Южной Англии, которые должны были стать объектами вторжения по плану «Морской лев».

На втором этапе — с 24 августа по 27 сентября — немецкое командование стремилось проложить путь к Лондону, ликвидировать английскую авиацию и ее базы, радиолокационные станции, а также военно-промышленные объекты. Третий и последний этап наступил тогда, когда операция «Морской лев» была отложена (Churchill W. Op. cit., vol. II, p. 983.).

Особенно ожесточенной бомбардировке подвергся Лондон — «самая большая в мире цель». На долю жителей столицы выпали тяжкие испытания. С 7 сентября по 3 ноября, в течение 57 ночей подряд, германская авиация бомбила английскую столицу и ее окрестности. В среднем на Лондон налетало по 200 бомбардировщиков. Фашисты надеялись ожесточенной бомбежкой парализовать британскую столицу с 7-миллионным населением, запугать английский народ и заставить правительство заключить мир. Однако немцы лишь посеяли бурю гнева английского народа. В ночь на 6 сентября 68 немецких самолетов бомбили Лондон. Но это была только разведка. 7 сентября 300 тяжелых бомбардировщиков в дневное время ожесточенно бомбили Лондон. По приказу Гитлера главный удар был нанесен по железнодорожным узлам и лондонским докам, в районе которых находились крупнейшие продовольственные склады с запасами для всей страны. В доках от зажигательных и фугасных бомб бушевало пламя грандиозного пожара: горело зерно; огненной лавой вытекал расплавленный сахар; горел каучук, окутывая пепелище черным едким дымом; взрывались бочки с красками, виски и вином.

С 20 часов до 7 утра при свете бушующих пожаров над Лондоном появились еще 250 бомбардировщиков. Тысячи лондонцев — стариков, женщин и детей были погребены под развалинами домов, погибли в пламени. Немецкие бомбы попали в здание английского парламента, превратили в развалины многие правительственные здания вокруг Уайтхолла. Восемь лондонских церквей работы бессмертного архитектора Кристофера Рена были превращены в развалины. Только героическими усилиями лондонцев удалось спасти собор св. Павла и гробницы Веллингтона и Нельсона.

Особенно ожесточенным, «классическим», так его называл Черчилль, был налет немецко-фашистской авиации на цитадель финансовых заправил Англии — лондонское Сити. Пожары были «благодарностью» Гитлера за те миллионы фунтов стерлингов, которые ссудили немецким фашистам банкиры лондонского Сити. Бомбы, сброшенные на Букингемский дворец, разрушили дворцовую церковь, с корнем вырвали деревья дворцового сада. Много раз во время жестоких бомбежек монарху Англии Георгу вместе с премьером приходилось в спешке спускаться в недостроенное убежище Букингемского дворца.

В воскресенье, 15 сентября 1940 г., произошло, по мнению Черчилля, одно из решающих сражений за Англию, своего рода «битва при Ватерлоо».

В этот день германские ВВС совершили крупнейший массированный дневной налет на Лондон, послав на город свыше 1000 самолетов (См.: История второй мировой войны 1939-1945, т. 3, с. 134). Разыгралось крупнейшее воздушное сражение.

В тот же день Черчилль покинул свою резиденцию в Чекерсе и прибыл в Аксбридж, в штаб вице-маршала авиации Парка, командовавшего 11-й авиагруппой британских ВВС.

Черчилля провели в оперативный центр, расположенный в прочном бомбоубежище на глубине 50 футов под землей. Едва он успел спуститься, как тут же поступило сообщение, что с немецких аэродромов из района Дьеппа вылетело «40 с лишком» самолетов противника. Один за другим следовали сигналы: «60 с лишком» и далее «80 с лишком». Все новые и новые волны атакующих самолетов врага шли бомбить Лондон.

Все английские эскадрильи Парка ввязались в жестокий бой. Черчилль заметил тревогу на лице вице-маршала и спросил:

— Какими еще резервами мы располагаем?

— Резервов больше нет, (Churchill W. Op. cit., vol. II, p. 296.) — тихо ответил тот. Положение английских ВВС было отчаянным.

Кто знает, вспоминал Черчилль, что произошло бы с Англией, если бы неприятель бросил еще сотню-другую самолетов в момент, когда английские эскадрильи, вынужденные заправляться горючим и пополнять запасы боеприпасов через каждые 70-80 минут, находились на земле. Но немцы не сделали этого.

Днем Черчилль вернулся в Чекерс. После отдыха он вызвал главного личного секретаря Дж. Мартина с вечерней сводкой известий. Они были печальны. «Тем не менее, — сказал Мартин, заканчивая свой доклад, — все это искупается положением в воздухе. Мы сбили 183 самолета, потеряв меньше 40». Правда, данные, полученные после войны, показали, что потери немецкой авиации составили всего 56 самолетов, а английской — 26. Все же Черчилль склонен был считать 15 сентября переломным моментом в «битве за Англию» ( Ibid., p. 297.). Несомненно, немецкое командование военно-воздушных сил, что признавал и Черчилль, совершило серьезную стратегическую ошибку, сосредоточив основные удары на Лондоне. Гораздо опаснее было бы для судеб Англии продолжение налетов на аэродромы.

Когда немецкая авиация наносила массированные удары по аэродромам, она тем самым ставила под удар оперативные центры и телефонную связь английских ВВС. Буквально на волоске висела вся сложная система организации истребительной авиации Англии. Но когда Геринг перенес свои бомбежки на Лондон, английское командование истребительной авиации вздохнуло свободно. История «битвы за Англию» была историей не осуществленных до конца противоречивых планов Геринга, бессистемной смены первоочередных объектов военных бомбардировок. Немецкий морской штаб признавал неэффективность «воздушной войны» Геринга без учета требований морской войны и вне рамок операции «Морской лев». В той форме, в какой вел Геринг эту войну, она «не могла, — по признанию морского штаба Германии, — помочь подготовке к операции «Морской лев»» (Ibid., p. 289-290.). По-прежнему английские корабли почти беспрепятственно действовали в Ла-Манше и Дуврском канале.

Лишь в конце сентября 1940 г. Геринг отказался от надежды превратить Лондон в груды развалин.

Лондон выстоял, несмотря на то, что в городе не было помимо метрополитена действительно безопасных убежищ, — было очень мало подвалов и погребов, которые могли бы выдержать прямые попадания. «На обширных пространствах, — признавал позднее Черчилль, — уже нечего было жечь и разрушать» (Ibid., p. 328.). Несмотря на тяжкие испытания, выпавшие на долю лондонцев, они не пали духом. Квалифицированные и неквалифицированные рабочие, мужчины и женщины стояли у станков и работали в цехах под бомбами врага, словно они были на «передовых позициях». По существу они были в окопах «битвы за Англию». «Лондон, — с горечью вспоминал Черчилль, — походил на какое-то огромное историческое животное, способное переносить страшные раны, изувеченное и кровоточащее и все же сохраняющее способность жить и двигаться» (Ibidem.).

Ночью 3 ноября впервые после почти беспрерывной двухмесячной бомбардировки в столице не было объявлено воздушной тревоги. Оказалось, что на следующий день Геринг приказал рассредоточить удары люфтваффе по всему острову, снова изменив тактику германского наступления. Хотя Лондон по-прежнему считался главным объектом нападения, основные усилия были направлены на разрушение других промышленных центров страны.

В ноябре немецкие летчики ожесточенно бомбили крупнейшие города Англии — Бирмингем и Ковентри, Шеффилд и Манчестер, Ливерпуль и Бристоль, Плимут и Глазго, Гулль и Ноттингем, Кардифф и Портсмут. Особенно тяжкие испытания выпали на долю жителей Ковентри. Ночью 14 ноября 1940 г. 500 немецких бомбардировщиков, летевших волнами, сбросили на город 600 т бомб большой разрушительной силы и тысячи зажигательных бомб. В городе с 350-тысячным населением почти не было убежищ. Люди спасались в громадном готическом соборе. Но при прямом попадании тяжелой бомбы под сводами собора были погребены сотни людей. В городе полыхало более 2 тыс. очагов пожара. Центральная часть Ковентри, кроме одиноко торчавшей колокольни, была сметена с лица земли.

Это был самый опустошительный налет, который пришлось пережить Англии, хотя министерство авиации за два дня было предупреждено о нем через разведку (См.: Уинтерботэм Ф. Указ, соч., с. 81, 82.).

Германское радио заявило, что все английские города ждет печальная участь Ковентри: они будут «ковентрированы», т. е. беспощадно стерты с лица земли. Через 20 лет после окончания войны автору этой монографии довелось посетить Ковентри. В центре города еще сохранились развалины, поросшие густой травой. На них с грустью взирала покровительница Ковентри леди Годива, чудом уцелевшая на своем гранитном пьедестале во время ожесточенной бомбежки. В центре же сохранились лишь остатки готического собора, скорбным памятником напоминавшие о днях тяжелых испытаний, выпавших на долю многострадального города.

Читать еще:  Подборка случайных цитат – Цитатник Рунета.

За Лондоном и Ковентри наступила очередь Бирмингема, второго по величине промышленного центра Англии с миллионным населением, родины «скобяных королей» из рода Чемберленов — министра-колониалиста Джозефа Чемберлена, его старшего сына Остина и незадачливого младшего, мюнхенца Невиля.

Правда, вскармливая фашистского зверя, помогая создавать германскую авиацию, Невиль Чемберлен и другие мюнхенцы были глубоко убеждены, что немецкие бомбы не упадут на Лондон и другие города. Однако только в 1940 г. на головы британских подданных фашистские стервятники сбросили свыше 36 тыс. бомб и более 21 тыс. бомб в 1941 г. (См.: Вторая мировая война 1939-1945 гг. М., 1958, с. 95.) Еще при жизни Н. Чемберлена, в начале октября 1940 г. ушедшего в отставку и доживавшего свои последние дни (он скончался 9 ноября 1940 г.), история жестоко посмеялась над неразумным политиком, ставшим политическим преступником по отношению не только к английскому народу, но и к другим порабощенным немецкими фашистами народам Европы. С 19 по 22 ноября немецкая авиация нанесла три последовательных удара по Бирмингему, причинив городу огромные разрушения. После этих варварских налетов на красивой площади города — Виктория-сквер близ памятника королеве Виктории в большой братской могиле было похоронено около 800 граждан города, в том числе и детей. Потери гражданского населения Англии от немецких бомбардировок с июня 1940 по июль 1941 г., когда прекратилось немецкое воздушное наступление на Англию, составили 146 777 человек, из них 60 595 человек убитыми. По всей Англии от фашистских бомб погибло 7736 детей, не достигших 16-летнего возраста (Strength and Casualties of the Armed Forces and Auxiliary Services of the United Kingdom 1939 to 1945. London, 1946, p. 9.).

В течение августа в различных пунктах английского побережья между островом Уайт и Корнуэллом бурное море выбросило на берег 40 трупов немецких солдат.

Говорят, у страха глаза велики. По прибрежным английским городам поползли тревожные слухи, что немцы уже предприняли попытку вторжения на Британские острова, но были разгромлены.

В действительности фашистские штабы лишь проводили учения по высадке десанта, почти каждую ночь занимаясь погрузкой и разгрузкой барж и других судов в портах французского побережья. Часть этих барж, спасаясь от ударов английской авиации, вышла в море и погибла то ли от бури, то ли от бомбовых ударов. Однако, по указанию Черчилля, слухи о разгроме десанта не опровергались. Они усиливались, принимая фантастические размеры, распространялись в оккупированных странах, подбадривая народ.

Инженерная служба английской армии поддерживала легенду о создании таких средств обороны, которые позволяли превратить побережье Англии, и особенно прибрежную полосу воды, в сплошное море пламени и тем самым сжечь все десантные суда и боевые корабли гитлеровцев.

Однако тревога нарастала. 7 сентября британское командование получило сведения о продвижении немецких барж и мелких судов к портам между Остенде и Гавром. Имперский генеральный штаб считал это передвижение попыткой высадки десанта. Тревога усилилась в связи с тем, что на передовых аэродромах в районе Па-де-Кале английские разведчики заметили новые части пикирующих бомбардировщиков ближнего действия, переброшенных из Норвегии. В начале сентября немецкие шпионы высаживались на южном и восточном побережье Англии, имея указание быть готовыми в течение двух ближайших недель в любой момент доносить о передвижении английских резервных войск в районе Исович — Лондон — Оксфорд. Между 8-10 сентября фаза Луны, условия прилива особенно благоприятствовали высадке немецкого десанта на юго-восточном побережье Англии. Поэтому начальники английских военных штабов заявили Черчиллю, что создалась непосредственная угроза вторжения (Churchill W. Op. cit., vol. II, p. 276.). Силы обороны были приведены в состояние боевой готовности.

Кодовое слово «Кромвель», означавшее «вторжение близко», было передано командованием войск метрополии в 20 часов вечера 7 сентября Восточному и Южному военным округам; передовые дивизии готовы были открыть огонь по врагу. Приказ «Кромвель» был передан всем соединениям в районе Лондона, а также 7-му и 4-му корпусам резерва главного командования и сообщен всем остальным военным округам в Великобритании. В ряде районов страны командиры отрядов местной обороны по собственной инициативе созывали добровольцев колокольным звоном. Над городами и местечками Англии гудел тревожный, протяжный набат, и сотни тысяч добровольцев, вооруженных охотничьими ружьями, пиками, вилами и ножами, сбегались на свои сборные пункты, полные решимости вступить в неравный бой с вооруженным до зубов беспощадным врагом. Дороги были заминированы, в некоторых местах взорваны мосты. Появились слухи о высадке неприятельских парашютных десантов, о приближении к побережью разнокалиберной «армады» фашистских десантных судов (Ibidem.).

В тревожном выступлении Черчилля перед членами парламента 11 сентября указывалось:

«Не следует закрывать глаза на тот факт, что с присущей немцам основательностью и методичностью ведется подготовка к решительному всестороннему вторжению на наш остров и что оно может быть предпринято сейчас в Англии, Шотландии, Ирландии или сразу во всех трех местах» (Ibid., p. 291.). Особенно опасной британское правительство и командование считали неделю с 11 по 18 сентября, когда погода весьма благоприятствовала высадке крупного десанта.

Признаки надвигающегося германского вторжения множились. Новые английские аэрофотосъемки показали, что в голландских, бельгийских и французских портах и устьях рек было сосредоточено более 3 тыс. самоходных барж, и это, не считая резервов более крупных кораблей в устье Рейна или на Балтике, о которых английская разведка не знала.

Битва за Англию»

Битва за Англию»

В течение июня и в начале июля немецко-фашистские воздушные армии готовились к нанесению решающего удара по Британским островам. После предварительной разведки и пробных полетов 10 июля был проведен первый большой налет немецкой авиации. Началась ожесточенная «битва за Англию».

Можно выделить три основных этапа немецкого воздушного наступления. Первый этап — с 10 июля по 18 августа, когда основные удары немецкой авиации наносились по английским военным и торговым судам в Ла-Манше и по южным портам Англии от Дувра до Плимута. Немецкое командование ставило задачей вовлечь в бой английскую авиацию и измотать ее, а также нанести удар по тем морским портам Южной Англии, которые должны были стать объектами вторжения по плану «Морской лев».

На втором этапе — с 24 августа по 27 сентября — немецкое командование стремилось проложить путь к Лондону, ликвидировать английскую авиацию и ее базы, радиолокационные станции, а также военно-промышленные объекты. Третий и последний этап наступил тогда, когда операция «Морской лев» была отложена.

Особенно ожесточенной бомбардировке подвергся Лондон — «самая большая в мире цель». На долю жителей столицы выпали тяжкие испытания. С 7 сентября по 3 ноября, в течение 57 ночей подряд, германская авиация бомбила английскую столицу и ее окрестности. В среднем на Лондон налетало по 200 бомбардировщиков. Фашисты надеялись ожесточенной бомбежкой парализовать британскую столицу с 7-миллионным населением, запугать английский народ и заставить правительство заключить мир. Однако немцы лишь посеяли бурю гнева английского народа. В ночь на 6 сентября 68 немецких самолетов бомбили Лондон. Но это была только разведка. 7 сентября 300 тяжелых бомбардировщиков в дневное время ожесточенно бомбили Лондон. По приказу Гитлера главный удар был нанесен по железнодорожным узлам и лондонским докам, в районе которых находились крупнейшие продовольственные склады с запасами для всей страны. В доках от зажигательных и фугасных бомб бушевало пламя грандиозного пожара: горело зерно; огненной лавой вытекал расплавленный сахар; горел каучук, окутывая пепелище черным едким дымом; взрывались бочки с красками, виски и вином.

С 20 часов до 7 утра при свете бушующих пожаров над Лондоном появились еще 250 бомбардировщиков. Тысячи лондонцев — стариков, женщин и детей были погребены под развалинами домов, погибли в пламени. Немецкие бомбы попали в здание английского парламента, превратили в развалины многие правительственные здания вокруг Уайтхолла. Восемь лондонских церквей работы бессмертного архитектора Кристофера Рена были превращены в развалины. Только героическими усилиями лондонцев удалось спасти собор св. Павла и гробницы Веллингтона и Нельсона.

Особенно ожесточенным, «классическим», так его называл Черчилль, был налет немецко-фашистской авиации на цитадель финансовых заправил Англии лондонское Сити. Пожары были «благодарностью» Гитлера за те миллионы фунтов стерлингов, которые ссудили немецким фашистам банкиры лондонского Сити. Бомбы, сброшенные на Букингемский дворец, разрушили дворцовую церковь, с корнем вырвали деревья дворцового сада. Много раз во время жестоких бомбежек монарху Англии Георгу вместе с премьером приходилось в спешке спускаться в недостроенное убежище Букингемского дворца.

В воскресенье, 15 сентября 1940 г., произошло, по мнению Черчилля, одно из решающих сражений за Англию, своего рода «битва при Ватерлоо».

В этот день германские ВВС совершили крупнейший массированный дневной налет на Лондон, послав на город свыше 1000 самолетов. Разыгралось крупнейшее воздушное сражение.

В тот же день Черчилль покинул свою резиденцию в Чекерсе и прибыл в Аксбридж, в штаб вице-маршала авиации Парка, командовавшего 11-й авиагруппой британских ВВС.

Читать еще:  Темур юнусов. Студийные альбомы Тимати

Черчилля провели в оперативный центр, расположенный в прочном бомбоубежище на глубине 50 футов под землей. Едва он успел спуститься, как тут же поступило сообщение, что с немецких аэродромов из района Дьеппа вылетело «40 с лишком» самолетов противника. Один за другим следовали сигналы: «60 с лишком» и далее «80 с лишком». Все новые и новые волны атакующих самолетов врага шли бомбить Лондон.

Все английские эскадрильи Парка ввязались в жестокий бой. Черчилль заметил тревогу на лице вице-маршала и спросил:

— Какими еще резервами мы располагаем?

— Резервов больше нет, — тихо ответил тот. Положение английских ВВС было отчаянным.

Кто знает, вспоминал Черчилль, что произошло бы с Англией, если бы неприятель бросил еще сотню-другую самолетов в момент, когда английские эскадрильи, вынужденные заправляться горючим и пополнять запасы боеприпасов через каждые 70–80 минут, находились на земле. Но немцы не сделали этого.

Днем Черчилль вернулся в Чекерс. После отдыха он вызвал главного личного секретаря Дж. Мартина с вечерней сводкой известий. Они были печальны. «Тем не менее, — сказал Мартин, заканчивая свой доклад, — все это искупается положением в воздухе. Мы сбили 183 самолета, потеряв меньше 40». Правда, данные, полученные после войны, показали, что потери немецкой авиации составили всего 56 самолетов, а английской — 26. Все же Черчилль склонен был считать 15 сентября переломным моментом в «битве за Англию». Несомненно, немецкое командование военно-воздушных сил, что признавал и Черчилль, совершило серьезную стратегическую ошибку, сосредоточив основные удары на Лондоне. Гораздо опаснее было бы для судеб Англии продолжение налетов на аэродромы.

Когда немецкая авиация наносила массированные удары по аэродромам, она тем самым ставила под удар оперативные центры и телефонную связь английских ВВС. Буквально на волоске висела вся сложная система организации истребительной авиации Англии, Но когда Геринг перенес свои бомбежки на Лондон, английское командование истребительной авиации вздохнуло свободно. История «битвы за Англию» была историей не осуществленных до конца противоречивых планов Геринга, бессистемной смены первоочередных объектов военных бомбардировок. Немецкий морской штаб признавал неэффективность «воздушной войны» Геринга без учета требований морской войны и вне рамок операции «Морской лев». В той форме, в какой вел Геринг эту войну, она «не могла, — по признанию морского штаба Германии, — помочь подготовке к операции «Морской лев». По-прежнему английские корабли почти беспрепятственно действовали в Ла-Манше и Дуврском канале.

Лишь в конце сентября 1940 г. Геринг отказался от надежды превратить Лондон в груды развалин.

Лондон выстоял, несмотря на то что в городе не было помимо метрополитена действительно безопасных убежищ, — было очень мало подвалов и погребов, которые могли бы выдержать прямые попадания. «На обширных пространствах, — признавал позднее Черчилль, — уже нечего было жечь и разрушать». Несмотря на тяжкие испытания, выпавшие на долю лондонцев, они не пали духом. Квалифицированные и неквалифицированные рабочие, мужчины и женщины стояли у станков и работали в цехах под бомбами врага, словно они были на «передовых позициях». По существу они были в окопах «битвы за Англию». «Лондон, — с горечью вспоминал Черчилль, — походил на какое-то огромное историческое животное, способное переносить страшные раны, изувеченное и кровоточащее и все же сохраняющее способность жить и двигаться».

Ночью 3 ноября впервые после почти беспрерывной двухмесячной бомбардировки в столице не было объявлено воздушной тревоги. Оказалось, что на следующий день Геринг приказал рассредоточить удары люфтваффе по всему острову, снова изменив тактику германского наступления. Хотя Лондон по-прежнему считался главным объектом нападения, основные усилия были направлены на разрушение других промышленных центров страны.

В ноябре немецкие летчики ожесточенно бомбили крупнейшие города Англии — Бирмингем и Ковентри, Шеффилд и Манчестер, Ливерпуль и Бристоль, Плимут и Глазго, Гулль и Ноттингем, Кардифф и Портсмут. Особенно тяжкие испытания выпали на долю жителей Ковентри. Ночью 14 ноября 1940 г. 500 немецких бомбардировщиков, летевших волнами, сбросили на город 600 т бомб большой разрушительной силы и тысячи зажигательных бомб. В городе с 350-тысячным населением почти не было убежищ. Люди спасались в громадном готическом соборе. Но при прямом попадании тяжелой бомбы под сводами собора были погребены сотни людей. В городе полыхало более 2 тыс. очагов пожара. Центральная часть Ковентри, кроме одиноко торчавшей колокольни, была сметена с лица земли.

Это был самый опустошительный налет, который пришлось пережить Англии, хотя министерство авиации за два дня было предупреждено о нем через разведку.

Германское радио заявило, что все английские города ждет печальная участь Ковентри: они будут «ковентрированы», т. е. беспощадно стерты с лица земли. Через 20 лет после окончания войны автору этой монографии довелось посетить Ковентри. В центре города еще сохранились развалины, поросшие густой травой. На них с грустью взирала покровительница Ковентри леди Годива, чудом уцелевшая на своем гранитном пьедестале во время ожесточенной бомбежки. В центре же сохранились лишь остатки готического собора, скорбным памятником напоминавшие о днях тяжелых испытаний, выпавших на долю многострадального города.

За Лондоном и Ковентри наступила очередь Бирмингема, второго по величине промышленного центра Англии с миллионным населением, родины «скобяных королей» из рода Чемберленов — министра-колониалиста Джозефа Чемберлена, его старшего сына Остина и незадачливого младшего, мюнхенца Невиля.

Правда, вскармливая фашистского зверя, помогая создавать германскую авиацию, Невиль Чемберлен и другие мюнхенцы были глубоко убеждены, что немецкие бомбы не упадут на Лондон и другие города. Однако только в 1940 г. на головы британских подданных фашистские стервятники сбросили свыше 36 тыс. бомб и более 21 тыс. бомб в 1941 г. Еще при жизни Н. Чемберлена, в начале октября 1940 г. ушедшего в отставку и доживавшего свои последние дни (он скончался 9 ноября 1940 г.), история жестоко посмеялась над неразумным политиком, ставшим политическим преступником по отношению не только к английскому народу, но и к другим порабощенным немецкими фашистами народам Европы. С 19 по 22 ноября немецкая авиация нанесла три последовательных удара по Бирмингему, причинив городу огромные разрушения. После этих варварских налетов на красивой площади города — Виктория-сквер близ памятника королеве Виктории в большой братской могиле было похоронено около 800 граждан города, в том числе и детей. Потери гражданского населения Англии от немецких бомбардировок с июня 1940 по июль 1941 г., когда прекратилось немецкое воздушное наступление на Англию, составили 146 777 человек, из них 60 595 человек убитыми. По всей Англии от фашистских бомб погибло 7736 детей, не достигших 16-летнего возраста.

В течение августа в различных пунктах английского побережья между островом Уайт и Корнуэллом бурное море выбросило на берег 40 трупов немецких солдат.

Говорят, у страха глаза велики. По прибрежным английским городам поползли тревожные слухи, что немцы уже предприняли попытку вторжения на Британские острова, но были разгромлены.

В действительности фашистские штабы лишь проводили учения по высадке десанта, почти каждую ночь занимаясь погрузкой и разгрузкой барж и других судов в портах французского побережья. Часть этих барж, спасаясь от ударов английской авиации, вышла в море и погибла то ли от бури, то ли от бомбовых ударов. Однако, по указанию Черчилля, слухи о разгроме десанта не опровергались. Они усиливались, принимая фантастические размеры, распространялись в оккупированных странах, подбадривая народ.

Инженерная служба английской армии поддерживала легенду о создании таких средств обороны, которые позволяли превратить побережье Англии, и особенно прибрежную полосу воды, в сплошное море пламени и тем самым сжечь все десантные суда и боевые корабли гитлеровцев.

Однако тревога нарастала. 7 сентября британское командование получило сведения о продвижении немецких барж и мелких судов к портам между Остенде и Гавром. Имперский генеральный штаб считал это передвижение попыткой высадки десанта. Тревога усилилась в связи с тем, что на передовых аэродромах в районе Па-де-Кале английские разведчики заметили новые части пикирующих бомбардировщиков ближнего действия, переброшенных из Норвегии. В начале сентября немецкие шпионы высаживались на южном и восточном побережье Англии, имея указание быть готовыми в течение двух ближайших недель в любой момент доносить о передвижении английских резервных войск в районе Исович Лондон — Оксфорд. Между 8-10 сентября фаза Луны, условия прилива особенно благоприятствовали высадке немецкого десанта на юго-восточном побережье Англии. Поэтому начальники английских военных штабов заявили Черчиллю, что создалась непосредственная угроза вторжения. Силы обороны были приведены в состояние боевой готовности.

Кодовое слово «Кромвель», означавшее «вторжение близко», было передано командованием войск метрополии в 20 часов вечера 7 сентября Восточному и Южному военным округам; передовые дивизии готовы были открыть огонь по врагу. Приказ «Кромвель» был передан всем соединениям в районе Лондона, а также 7-му и 4-му корпусам резерва главного командования и сообщен всем остальным военным округам в Великобритании. В ряде районов страны командиры отрядов местной обороны по собственной инициативе созывали добровольцев колокольным звоном. Над городами и местечками Англии гудел тревожный, протяжный набат, и сотни тысяч добровольцев, вооруженных охотничьими ружьями, пиками, вилами и ножами, сбегались на свои сборные пункты, полные решимости вступить в неравный бой с вооруженным до зубов беспощадным врагом. Дороги были заминированы, в некоторых местах взорваны мосты. Появились слухи о высадке неприятельских парашютных десантов, о приближении к побережью разнокалиберной «армады» фашистских десантных судов.

Читать еще:  Замятин, Евгений Иванович – биография.

В тревожном выступлении Черчилля перед членами парламента 11 сентября указывалось:

«Не следует закрывать глаза на тот факт, что с присущей немцам основательностью и методичностью ведется подготовка к решительному всестороннему вторжению на наш остров и что оно может быть предпринято сейчас в Англии, Шотландии, Ирландии или сразу во всех трех местах». Особенно опасной британское правительство и командование считали неделю с 11 по 18 сентября, когда погода весьма благоприятствовала высадке крупного десанта.

Признаки надвигающегося германского вторжения множились. Новые английские аэрофотосъемки показали, что в голландских, бельгийских и французских портах и устьях рек было сосредоточено более 3 тыс. самоходных барж, и это не считая резервов более крупных кораблей в устье Рейна или на Балтике, о которых английская разведка не знала.

Битва за Англию 1940. Величайшее воздушное сражение в истории

Еще 1 сентября 1939 года английское командование ВВС приняло решение бомбить промышленные центры Германии, если люфтваффе нанесет массированный удар по городам Великобритании. Однако, Геринг воздерживался от налетев на Альбион вплоть до окончания французской компании. Поэтому до 10 мая 40-го года британские бомбардировщики либо разбрасывали листовки над немецкими позициями, либо рыскали над Атлантикой в поисках кораблей кригсмарине.

Иногда их удавалось обнаружить, но английские ВВС, не имея опыта борьбы с надводным флотом, несли тяжелые потери. Более удачно бомбардировщики боролись с германскими субмаринами, но несколько раз самолеты Королевских ВВС по ошибке чуть было не отправили на дно собственные подводные лодки. Вторжение вермахта во Францию круто изменило положение.

10 и 11 мая немецкие самолеты атаковали все девять аэродромов, на которых Королевские ВВС базировалась на французской территории. Англичане имели сильную и хорошо отлаженную систему ПВО, и налеты закончились потерей всего нескольких машин. 11 мая, на следующий день после того как Черчилль сформировал свой кабинет, английские бомбардировщики атаковали город Фрайбург.

После варварской бомбардировки немецкой авиацией Роттердама, английское командование решило бомбить Рурский район, где были сосредоточены основные сталелитейные, оборонные и угледобывающие предприятия Германии. Целью этой операции было отвлечь внимание люфтваффе о погибающей французской армии, переключив его на Лондон и промышленные районы Англии. Однако, пока союзники во Франции не были окончательно разгромлены, в британском небе не появился ни один германский самолет.

21 мая 1940 года британские экспедиционные ВВС перебазировались в Южную Англию. При эвакуации Дюнкерка люфрваффе не без трудностей, но все же смогло добиться полного господства в небе. Но, причиной этого была отнюдь не слабость английской авиации. Дело в том, что британские солдаты и матросы, имеющие горький опыт боев в северной Франции автоматически принимали любой летящий самолет за немецкий. Это привело к тому, что артиллерийские расчеты кораблей при приближении любого самолета, не выясняя его принадлежность, сразу же открывали огонь. Потом эта история повторилась и при высадке на Сицилии и в Нормандии.

После разгрома Франции Гитлер предложил Англии заключить мир, с условием признания его интересов в Центральной Европе. Но британское правительство проигнорировало инициативу фюрера. После этого Гитлер отдал приказ о разработке плана высадки на Альбион под кодовым названием «Seelöwe» (Морской лев). В соответствии с этим оперативным планом десанту должны были предшествовать усиленные бомбовые удары, целью которых было подавить авиацию противника и нанести возможно большие урон войскам метрополии.

Несмотря на то, что вермахт не располагал реальными возможностями осуществить данную операцию, 1 августа 1940 года Гитлер подписал директиву номер семнадцать, гласившую: «Немецкая авиация всеми имеющимися в ее распоряжении силами должна как можно скорее уничтожить английскую авиацию. Удары должны быть направлены в первую очередь против авиационных частей, их аэродромов и баз снабжения, а также против военной промышленности. После достижения превосходства в воздухе в отношении времени и места, необходимо продолжать воздушную войну против портов и особенно против складов продовольствия внутри страны». Геринг отдал приказ о начале операции «Adler» (Орел). 12 августа 1940 года немецкие самолеты поднялись в воздух и направились в сторону Британских островов.

Люфтваффе, действовавшие в течении последних двух месяцев только в районе Ла-Манша, перенесли силу своего удара на британские аэродромы и радиолокационные станции. Однако немцы повредили всего пять радаров, которые в течении следующего дня были полностью восстановлены, и, потеряв 36 самолетов, вернулись на свои базы. Потери англичан составили 22 истребителя. На следующий день немцы продолжили прощупывать британскую систему ПВО, пытаясь найти в ней слабое место. Но на этот раз Истребительное командование Королевских ВВС смогло уничтожить уже 47 самолетов противника. Немцы же смогли сбить только 13 машин. Со следующей ночи германские ВВС переключили свое внимание на авиационные заводы, но и здесь не смогли добиться каких-либо значительных успехов. Английские летчики уничтожили 19 немецких бомбардировщиков, потеряв всего 7 самолетов.

Днем 15 августа 1940 года в небе над Англией состоялось самое ожесточенное сражение за все время операции «Орел». 1790 самолетов трех флотов люфтваффе практически одновременно атаковали восточное побережье Великобритании. Но англичане оказали самое серьезное противодействие противнику. Большая часть немецких бомбардировщиков не смогла прорваться через заслон британских истребителей, и вынуждена была вернуться со своим смертоносным грузом на базы. В этот день люфтваффе потеряли 76 самолетов, сбив только 34 британских истребителя.

После этого Геринг отдал приказ, согласно которому в составе экипажа каждого самолета, действующего над Англией, должно было быть не более одного офицера. 16 августа немцы повторили массированный налет. Пользуясь низкой облачностью, они смогли довольно далеко проникнуть в британское воздушное пространство, но по этой же причине ущерб от бомбардировок был минимальным. На этот раз Геринг потерял 45 самолетов, тогда как англичане – только 21.

Главной задачей люфтваффе было уничтожение английской истребительной авиации, которая стойко защищала Альбион от немецких бомб. Однако, первая неделя боев показала, что германские ВВС не способны ослабить Истребительное командование налетами на объекты в прибрежных районах Англии. Тогда Геринг обрушил всю мощь удара на Юго-Восточную Англию, которую защищала 11-я авиагруппа Королевских ВВС. Немецкое командование надеялось, что атаковав аэродромы, расположенные во внутренних районах страны, оно сможет втянуть в бой как можно большее количество британских истребителей.

В ночь на 25 августа 1940 года немецкие бомбардировщики случайно сбросили несколько бомб на Лондон. В течении последующей недели англичане каждую ночь устраивали показательные бомбардировки Берлина. В субботу, 7 сентября 1940 года, германские ВВС прекратили налеты на аэродромы и переключили свое внимание на Лондон. Это была роковая ошибка фюрера.

Силы Истребительного командования медленно но верно таяли, и еще несколько недель атак на авиабазы могли закончиться для Англии самым плачевным образом. Но, вокруг столицы и на подступах к ней были сосредоточены крупные силы зенитной артиллерии, которые значительно облегчили задачу обороны Лондона. Потери немецкой авиации по-прежнему составляли 2:1. С этого времени численность самолетов, находившихся в распоряжении Истребительного командования вновь, начала расти. Уже в первую неделю борьбы за Лондон число сбитых противников «Харрикейнов» и «Спитфайеров» оказалось меньше количества истребителей, произведенных за это же время британской промышленностью.

В ходе этой операции люфтваффе наносила серьезный урон Англии, однако, несмотря на победные фанфары Геббельса, и сама несла очень тяжелые потери. Система ПВО Берлина находилась в зачаточном состоянии и в первый налет ни одного британского самолета сбить не удалось. Через несколько дней налет повторился. Гитлер устроил Герингу истерику и приказал перенести основной удар с английской авиации населенные пункты. Фюрер считал, что таким образом ему удастся деморализовать англичан и заставить правительство Великобритании пойти на переговоры.

Однако он добился того, что с 4 сентября англичане стали совершать постоянные налеты на многочисленные промышленные центры Германии, вызывая большие жертвы среди мирного населения. 14 ноября 1940 пятьсот самолетов люфтваффе бомбили Ковентри, центр авиамоторной промышленности. Это был самый крупный налет немецкой авиации, в ходе которого погибло 400 мирных жителей, а городу был нанесен огромный ущерб. Постепенно битва над Англией приобретала совсем не от оборот, на который рассчитывали Гитлер и Геринг. Она поглощала значительную часть лучших сил люфтваффе. В результате потери большого количества опытных летчиков и постоянного перенапряжения сил ВВС Германии был нанесен урон, от которого они так и не смогли оправиться.

В апреле-мае 1941 года налеты на Англию значительно активизировались. Германское командование развернуло широкомасштабную компанию по дезинформации Сталина, в результате которой его удалось таки убедить, что следующей жертвой вермахта станет Великобритания. Когда эта цель была достигнута, большинство авиосоединений были тайно переброшены на Восток.

Источники:

http://historic.ru/books/item/f00/s00/z0000074/st012.shtml
http://history.wikireading.ru/345646
http://zen.yandex.ru/media/id/5b3962f77aa92600aa96e41e/5b9d6cbd0a646400aa400da7

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector