0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Автор и его герой. В помощь школьнику

Школяру.ру | В помощь школьнику

У каждого писателя есть такое произведение, которое считается высшим достижением, апогеем его творчества, где его талант раскрывается в полной мере, и при упоминании имени писателя возникает ассоциация именно с этим произведением, например: Л.Н. Толстой – «Война и мир», М.Ю. Лермонтов – «Герой нашего времени», А.С. Грибоедов – «Горе от ума» и т.д. Для А.С. Пушкина таким произведением несомненно является «Евгений Онегин». По мнению В.Г. Белинского, этот роман – «самое любимое дитя его [Пушкина] фантазии», «оценить такое произведение — значит оценит самого поэта во всем объеме его творчества». Действительно, творение Пушкина – крупное по своей значительности, реальности, ведь в «Евгений Онегин» можно увидеть исторически достоверную картину современного поэту общества, характер поколения периода после войны 1812 г., к которому принадлежал и сам поэт. Его замыслом было изображение разнообразия общества того времени, и ему это удалось: в романе мы встречаем как провинциальных помещиков (в деревне, «где скучал Евгений»), так и «сливки» светского общества (в первой главе и на вечере в последней главе).

Заслуга Пушкина не только в том, что он создал, в некоторой степени, историческое произведение. Как отмечает Белинский, поэт был в числе тех немногих (а точнее, по мнению критика, их было всего двое – Пушкин и Грибоедов), кто перешел к изображению русской жизни, до них были лишь элементы ее – у Крылова, Карамзина, Фонвизина. Абсолютно новым было и то, что у Пушкина мы видим особый, никогда ранее не встречавшийся тип романа: если для читателя предыдущего поколения была приемлема такая система, как наложение авторских размышлений на сюжет, являющийся основой произведения, то в «Евгении Онегине», наоборот, главными выступают рассуждения, в которые вплетается сюжет. По сути, автор присутствует в романе в двух качествах: он и повествователь, и герой. Мир, изображенный в произведении, выдуман, персонажи тоже, но Автор с ними «знаком» и, таким образом, становится одним из главных (если не главным) героев. Он не принимает непосредственного участия в событиях, происходящих в произведении, но постоянно напоминает о себе, обращаясь к читателю и как бы ведя с ним диалог. Он «врывается» в повествование, нарушает течение событий своими репликами, или, как их еще называют, авторскими отступлениями. Иногда он действительно «отступает» от сюжета, уходя в свои собственные воспоминания, философские рассуждения. По ним и составляется представление об образе Автора. Это много повидавший в жизни, умудренный опытом человек; он делится своими наблюдениями, оценками высшего света, людей, к нему принадлежащих, в особенности, женщин – «красавиц недоступных»; он затрагивает глобальные вопросы:

Кто жил и мыслил, тот не может
В душе не презирать людей…
…Мы все глядим в Наполеоны…

Многочисленны отступления на тему любви («Ах, ножки, ножки! где вы ныне?»), что говорит о том, что и ее испытал Автор. Как поэт он рассуждает об искусстве, поэзии, ее назначении и даже полемизирует со своими современниками. Автор предстает перед нами как человек со сформировавшимися убеждениями, поэтому он позволяет себе иронизировать над мнениями чуждых ему людей, порицая их пошлость и лицемерие; он откровенно высмеивает «уездной барышни альбом», лжедрузей, готовых предать в любую минуту, и т.д. Автор уверен в своих жизненных ценностях и на основании их оценивает остальных героев.

Существует множество мнений по вопросу о том, в образ кого из героев «перевоплотился» Пушкин. Одни считают, что это Татьяна, по большинство утверждают: Пушкин говорит словами Автора. И те, и другие ошибаются: несомненно, Татьяна – милый, любимый образ Пушкина, а роман построен по принципу рассказа (в целом, повествование ведется от первого лица), рассказчиком выступает Автор и, в принципе, можно принять за единое целое Пушкина и Автора. Но Автор – это созданный поэтом образ. Пушкин никогда лично не встречался со своими героями, в отличие от Автора, который даже сравнивает себя с ними, рассказывает истории из своей «биографии», связанные со знакомством с ними. Например, он находит некоторое сходство между собой и Онегиным:

…С ним подружился я в то время.
…Страстей игру мы знали оба:
Томила жизнь обоих нас;
В обоих сердца жар угас…

Тем не менее, он отрицает полное совпадение их характеров:

Всегда я рад заметить разность
Между Онегиным и мной…

Автор в романе выступает как главный судья. Его прямые сопоставления себя с героями или отдельные фразы и слова, косвенно выражающие его отношение к тому или иному происшествию, например, о том, как «мило поступил» Онегин с Татьяной, – это его оценка характеров героев. Без нее читатель вряд ли бы смог глубоко понять их. Высказывая свое мнение, он помогает разобраться в героях. Если, находя себя несколько сходным с Онегиным, он все же подчеркивает их «разность» и даже специально отвергает малейшие подозрения, то за Татьяну он ревностно заступается, она – его «милый идеал».

Сказать, что Автор является только судьей – значит упустить наиболее важную его функцию – «знакомство», описание героев романа. Ведь именно из его уст читатель узнает о жизни, характере, убеждениях, поведении, поступках того или иного героя. Автор беспристрастно рассказывает о воспитании и образовании Онегина, которых хватало лишь на то, чтобы

Читать еще:  Картина видение отроку варфоломею. О картине М.В

Без принужденья в разговоре
Коснуться до всего слегка,
С ученым видом знатока
Хранить молчанье в важном споре
И возбуждать улыбку дам
Огнем нежданных эпиграмм.

Со слов Автора можно узнать о Евгении многое: приставленный к нему в детстве Monsieur l’Abbe «учил его всему шутя, не докучал моралью строгой»; Онегин был знаком с трудами Адама Смита, рассуждал о развитии государства; он ездил в театры для того лишь, чтобы, рассеянно зевнув, сказать что-либо громкое, привлекающее внимание; успешнее и охотнее всего он обучался «науке страсти нежной», достигнув в этой области значительных успехов. После такой характеристики читатель вполне четко представляет себе главного героя.

Подробнейшим образом, дабы объяснить характер Татьяны, Автор посвящает читателей в обстоятельства, условия ее жизни, указывает на страстное увлечение романами, что крайне важно для понимания причины ее любви к Онегину.

Особенно широко в романе использован прием характеристики героев словами персонажа этого романа – Автора. Но присутствуют и специфические приемы. Например, раскрытие личности Ленского, помимо, конечно, рассказа о нем Автора, способствует приведенное стихотворение, якобы им написанное. Читая его, можно понять, что Ленский – неисправимый романтик, мыслящий поступающий, как романтический герой.

Особая характеристика вводится и для Татьяны. Автор сопоставляет ее внешность с природой:

Татьяна…
С ее холодною красою
Любила русскую зиму…

Еще одной важной деталью образа Онегина является наличие у него невероятного количества инструментов для ухода за ногтями. Отсюда читатель делает вывод о такой его черте, как желание всегда идеально выглядеть.

Итак, можно сказать, что каждое появление в романе Автора, его реплики вызваны стремлением охарактеризовать тот или иной поступок или черту характера героя; порой рассуждения переходят в воспоминания и высказывания на другие темы. Возникает вопрос: зачем понадобилось Пушкину вводить в роман образ Автора? Образ привлекает своей целостностью, законченностью, правильностью, он подчеркивает неидеальность всех остальных героев – в нем поэт воплотил свой идеал человека и поэта.

Какой видят школу герои подростковых книг

Выбрали несколько известных подростковых книг и посмотрели, в каком образе предстаёт школа в глазах главных героев (и наверняка авторов).

По правде говоря, ходить в школу почти всегда неприятно. Это обязательно стресс и вынужденное подчинение навязанным правилам. По крайней мере, в любимых книгах подростков редко рассказывается о весёлой и благополучной учёбе. Может быть, за это читатели таких книг и благодарны авторам. Мы попытались вспомнить известных школьников литературы и проблемы, с которыми они встречаются.

Над пропастью во ржи

Дж. Д. Сэлинджер, 1951

Книжка, которую, наверное, должны читать взрослые, но зачитываются ей все подростки. Её герой – самый знаменитый подросток в литературе, а его похождения начинаются как раз с исключения из школы.

Несмотря на то, что Холдена Колфилда отчисляют за неуспеваемость, он прорисован как способный ученик, которого школьная жизнь ничем не может привлечь. Он прямо говорит, что «не интересуется» историей и подробностями жизни древних египтян, пренебрегает рекомендованной литературой. Зато остро реагирует на свойственную закрытым пансионам для мальчиков несправедливость: снобизм, классовое неравенство, травлю. В предыдущей его школе травля приобретает такой масштаб, что один из мальчиков выпрыгивает из окна и разбивается, пока его враги стучат в дверь.

В такой гнусной школе я еще никогда не учился. Все напоказ. Все притворство. Или подлость. Такого скопления подлецов я в жизни не встречал… Там еще было это треклятое тайное общество — я тоже из трусости в него вступил.

Несмотря на неприязнь к школьной системе как таковой, Колфилд хорошо отзывается о некоторых однокашниках и учителях. Один из них хочет приютить сбежавшего подростка у себя дома и пытается объяснить ему, что тот бросается воевать с системой, не разобравшись хорошенько ни в ней, ни в себе. Колфилд, однако, не хочет его понять – не то по молодости, не то потому, что увиденное им в школах слишком отвратительно, чтобы оправдывать это высшим смыслом системы образования.

Закрытые пансионы для богатых детей — некий архаизм среди школ, наследие позапрошлого века, которое, надо думать, превратило в невротиков не только героев Сэлинджера. Хотя, судя по обсуждаемой с учителем литературе, могло похвастать неплохим образованием.

Вверх по лестнице, ведущей вниз

Бел Кауфман, 1964

Пожалуй, единственная в списке книга, которая действительно рассчитана и на школьников, и на взрослых одновременно. Очень в духе времени, внутренние конфликты школьников между собой и учителями привязываются к остросоциальным проблемам.

Без учителя им не разрешают оставаться в классах. Им не разрешают задерживаться в коридорах. Им не разрешают говорить, не подняв предварительно руку. Им не разрешают переживать слишком остро или смеяться слишком громко.

Так молодая учительница Сильвия Баррет описывает положение учеников. Единственный способ заинтересовать этих подростков учёбой — объяснить, как предмет (в данном случае литература) поможет разобраться в их повседневных трудностях. Дать высказаться о расовой сегрегации, о преступности, о любви и сексе, об отношениях с родителями.

Возможность учеников высказаться (а учителей — их услышать) ограничена бюрократической машиной школы. Все пишут отчёты и циркуляры, все просьбы теряются в бумажной волоките, сверху спускаются безумные распоряжения. Всегда не хватает книг, учебников, тряпок, мела. Это создаёт ощущение информационного шума, на фоне которого учитель пытается хоть как-то взаимодействовать с классом, и самые небольшие успехи на таком фоне выглядят грандиозно.

Колыбельная для брата

Владислав Крапивин, 1979

Революционная книга, в которой миллионы советских подростков узнали себя и свою школу. Крапивин открыто отрицает сам миф о благополучной советской школе, воспоминания о которой до сих пор вызывают у некоторых людей ностальгические слезы.

Читать еще:  Богатыри земли русской. Описание и умения

Кирилл, герой книги, несправедливо подозревается в том, что украл кошелёк в гардеробе. Против него говорит то, что он уж слишком независимый. С этого момента он начинает всерьёз задумываться, а чем же на самом деле является его школа (одна из лучших в провинциальном городе), его класс и его непримиримая руководительница Ева Петровна.

Отец главного героя безуспешно пытается донести до этой женщины, что в её школе не все так идеально.

Я ведь в школе не первый раз. И с Кириллом говорил. Все у вас на окрике. Не набрал макулатуры – запись в дневник, не пришёл на сбор – двойка, пробежал по коридору – хвать за воротник. Вот сейчас по школе шел, а какая-то дама, весьма почтенная, кричит на первоклашек так, что окна, простите, вот-вот лопнут.

«Нет никакого отряда», — говорит Кирилл, осознавший, что «тимуровское» движение в классе осуществляется из-под палки, самодеятельность работает на страхе плохих отметок, пионерская дружба есть в переписке с товарищами из других городов, но не существует, когда детям приходится столкнуться с реальными опасностями.

Опасности есть на самом деле: например, за стенами школы ребят подстерегают хулиганы, вымогающие деньги и личные вещи. Учительница открыто отказывается вмешаться в ситуацию, ссылаясь на то, что у отпетого Дыбы и его компании «есть своя школа».

Один из главных вопросов — почему, например, дети должны позволять учителям обыскивать свои карманы, а коллектив под давлением учителя должен «по-товарищески» обвинять одноклассника в недисциплинированности?

Дневник Адриана Моула

Сью Таунсенд, 1982

«Дневник Адриана Моула» и его продолжения — одно из лучших произведений своего жанра. Комичные записки подростка, дотошно описывающего свою жизнь и окружения, рисуют, в общем-то, невесёлую действительность Англии начала восьмидесятых годов. Безработица, политическая напряженность, бедность — для четырнадцатилетнего Адриана всё это видится не такой страшной проблемой, как задиры в школе или первая любовь.

Школа для героя — место встречи с врагами и друзьями, место унижений и приложения амбиций, организация, стремящаяся разорить его родных, в общем, эпицентр жизни. По нынешним меркам, английская школа прошлого века выглядит жутковато. Прогул урока будет большой проблемой, которая не решится без разговора с родителями. Отпроситься с физкультуры без записки из дома нельзя, а если забыл форму — иди за ней домой. Большим скандалом становится появление Моула в классе в красных носках «не по уставу». Когда доходит до отстранения от занятий, друзья героя устраивают протест, надевая самые яркие носки.

Бунт, впрочем, быстро подавлен.

Комитет Красных Носков проголосовал временно уступить Скратону. Теперь мы носим красные носки под чёрными. От этого ботинки жмут, но нам плевать, потому что принципы превыше всего.

Кроме того, в школе процветает рэкет. Старшеклассники вымогают мелочь у тех, кто младше или слабее, включая главного героя. В отличие от крапивинской повести, это происходит прямо на территории школы, и никаких разговоров о том, чтобы «объединиться и дать отпор» не идёт вообще.

Дневник школьника завершается днём начала Фолклендской войны.

Зато есть ещё одна деталь, знакомая по советской литературе: «тимуровская» работа с пожилыми, курируемая школой. Адриан привязывается к одинокому старику со скверным характером и даже по мере сил спасает его от отправления в богадельню.

В поисках Аляски

Из городка, где нет друзей, герой отправляется в другую школу в поисках великого «возможно». Это опять частный пансион, только мальчики и девочки учатся вместе. Да и суровые нравы закрытых школ прошлого сильно смягчились.

Главный герой, прозванный «Толстячком» за худобу, изо всех сил старается быть интеллектуалом. Остальные здесь выглядят такими же гиками – каждый в какой-то области образованнее другого. Даже местные хулиганы и правители скорее похожи на обнаглевшую золотую молодежь, чем на пролетариев-любителей спорта. В общаге живут мальчики и девочки, отсюда, естественно, происходят и многие драмы в жизнях героев.

Любовные треугольники, заговоры, пьянки, стычки и ночные беседы о литературе — настоящая школьная жизнь происходит вне классных стен. Единственный упоминаемый и главный урок, как ни странно, — религиоведение.

Толстячок любит слушать и узнавать, он не любит якобы демократичных и развивающих дискуссий на уроках. Ему нужен наставник, и он появляется. Старый профессор рассказывает о христианстве, исламе и буддизме, предлагает подумать и написать в сочинении, почему люди пришли к мысли о Боге и загробной жизни. Не все ученики любят «занудного» и строгого преподавателя старой закалки, но им приходится задуматься о его словах, когда их жизнь меняется кардинально и вечные вопросы вдруг оказываются насущными.

Мухаммед обещал, что всякий сможет получить жизнь вечную, преданно служа одному истинному Богу. Будда говорил, что из круга страданий можно вырваться. Иисус уверял, что последние станут первыми, что и мытари и прокаженные — отбросы общества — имеют основания на надежду. И я жду, что именно этот вопрос вы осветите в своем сочинении: в чем черпаете надежду вы?

Образование, даже весёлое, современное и разноплановое, мертво, если неприменимо в жизни. Тип учителя-лектора, учителя-мастера, имеющего личное отношение к каждому из детей, возможно, уходит в прошлое. Возможно, его предмет (да и он сам) — рудимент времён христианского колледжа. Но, наверное, не для тех, кто ищет в школе великого «возможно» — осмысления и перемены своей жизни.

Пишем книгу: Автор и герой

Герой – это главное действующее лицо в любой истории.

И в романах, и в повестях, и в пьесах, и в рассказах герой – двигатель сюжета, и на его личности завязаны и идея, и интрига, и ход событий. От его поступков, целей и мотивов зависит порой вся событийная цепочка.

Читать еще:  Ужасные аниме. Смотреть аниме ужасы

И отношение автора – создателя истории к своему герою играет ключевую роль. Куда автор героя отправит – в ту сторону и будет развиваться сюжет, как герой станет решать авторские задачи – так будут развиваться интрига и идея.

Как же с помощью героя сделать книгу увлекательной?

В «общении» с героем могут возникнуть самые разные препятствия, помехи и нестыковки, и опытные писатели это прекрасно знают. Так, может быть, есть подсказки – как вообще автору «вести» себя с выдуманной личностью?

Рассмотрим основные моменты «взаимоотношений» автора и героя.

1. Не жалейте своего героя.

Не жалейте! Он должен пройти огонь, воду и медные трубы, по всем кругам ада. От этого выиграет, во-первых, сам герой, меняясь в стрессовой обстановке выживания, во-вторых – динамика повествования. Если вам хочется, чтобы на каждом шагу его пытались убить – пусть пытаются, если сюжет требует, чтобы он терял близких – пусть теряет, если в уличной драке ему нужно сломать ногу или нос – ломайте. Не жалейте.

Читатель должен переживать за героя, листая страницу за страницей, чтобы узнать – как он справился, как выкарабкался, как выжил. Если герой не вызывает сочувствия и отклика, то и книга не вызывает интереса. В таком случае убедить читателя в том, что она стоит его времени, будет намного сложнее.

Единственное, все потери и страдания героя должны быть обоснованы и вписаны в сюжет, должны менять героя. Потери ради потерь – это “рояль”, которого читатели точно не оценят.

Однако, «не жалея», помните, что у вашего героя, даже если он тысячелетний эльф, силы небезграничны, как у любого живого существа. Чем больше неприятностей вокруг него – тем лучше, и тем интереснее читателю. Но не переусердствуйте 😉

2. Любите своего героя 🙂

Да, после пункта «не жалейте» звучит странно, но тем не менее. Любите. Герой должен выживать и выкарабкиваться из любых ситуаций, желательно – хотя бы относительно целым. Он должен находить стимулы, чтобы жить, любить, верить и смеяться, несмотря ни на что. Угрюмые и равнодушные циники хороши персонажами, а герой должен быть живым и чувствующим. И любимым, да. И вами, и персонажами, и читателями.

Окружите героя близкими (или не очень) людьми (или существами) – семьей, друзьями, напарниками, попутчиками. Он не должен в одиночку тянуть лямку повествования. Рядом, особенно в стрессовые моменты, нужен тот, кто подставит плечо, подаст руку или подскажет.

В ситуации общения и решения совместных вопросов герой меняется так же, как и в ситуации выживания.

3. Не ассоциируйте себя с героем. Абстрагируйтесь от него.

Герой – это не вы. Это некая отдельная личность, со своим нравом, мироощущением и поступками. Конечно, в нем будет что-то от вас. Как и в любом персонаже. Независимо от себя вы перенесете на всех участников истории свои черты характера, привычки и поступки. Это неплохо помогает на начальной стадии работы с образом. Однако если герой «родился», абстрагируйтесь от него. Позвольте ему вести, решать, думать и чувствовать.

Как понять, что герой «родился»? Он оживает, когда «не держит строй и лезет на рожон» (с.).

Вы считаете, что ему нужно в город за продуктами, а он приходит в деревню и идет по бабам Или неожиданно влюбляется в лесную ведьму, которая вообще-то мимо проходила и нужна была для антуража.

В общем, когда мысли, чувства и поступки героя перестают перекликаться с вашими, то все – он встал на ноги. И в этом случае очень важно не ломать его, не подстраивать под себя, а позволить действовать. Да, это сложно. Это очень сложно. Но это необходимо. Иначе он не получится живым и настоящим.

4. Не идеализируйте своего героя.

У любого – даже у самого-самого мужественного и красивого – есть свои темные стороны и скелеты в шкафу. Равно как и у самого-самого непробиваемого головореза должны быть слабые стороны и уязвимые места. Если изначально их нет, значит, придумайте. А, придумав, покажите читателями.

Идеалы красивые, но картонные, это только картинка. А герой, повторюсь, должен быть живым. И жизнь – это и свет, и тьма во взаимодействии.

5. Не бросайте своего героя.

Проходите вместе с ним весь его нелегкий путь, наблюдая, подсказывая, помогая. И если вы завели его в изначально безвыходную ситуацию, чтобы возбудить читательский интерес, не убегайте и не бросайте его. Он должен выбраться, а вы должны читателям об этом рассказать.

Метод «- А как Джек выбрался с острова? – На морских черепахах!» сойдет, если после возвращения, в ближайшем трактире, «Джек» придумает красивую и правдоподобную байку. Но не иначе. И позже правду все равно стоит рассказать.

Вообще момент «выкручивайся сам» заметен у многих начинающих авторов. Он состоит в том, чтобы загнать первого героя в угол – и переключиться на второго, а потом показать первого таинственным образом появившегося в ореоле славы.

Так вот, одно маленькое замечание: подобным героям не веришь . Это во-первых. А во-вторых, вам самим полезно будет подумать и проявить смекалку, выкручиваясь вместе с героем из неприятностей.

Позвольте герою прожить свою маленькую жизнь в вашем мире самостоятельно. Стройте для него города, показывайте ему страны, наблюдайте за ним, подсказывайте путь. Но пройти по этому пути он должен сам.

Да, автор – это кукловод. Однако даже если вы держите своего героя в жестких повествовательных рамках, не мешайте ему хотя бы чувствовать и ощущать мир по-своему – пусть впечатления от увиденного будут его собственным.

Источники:

http://shkolyaru.ru/klassicheskaya/pushkin/84-avtor-i-ego-geroi-v-romane-qevgenij-oneginq.html
http://newtonew.com/school/fictional-schools-in-literature
http://school-of-inspiration.ru/pishem-knigu-avtor-i-geroj

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector